К ИСТОКУ

о развитии Божественного Начала в Человеке

 

 

Администратор Милинда проводит онлайн курсы по развитию сознания и световых кристальных тел с активацией меркабы. А так же развитие божественного начала.

ОНЛАЙН КУРСЫ

 

 

* Вход   * Регистрация * FAQ * НОВЫЕ СООБЩЕНИЯ  * Ваши сообщения 

Текущее время: 27 ноя 2020, 13:51

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 53 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Автор Сообщение
Сообщение №16  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:39 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
15. Ситуации, которые кажутся различными, если их рассматривать в сверхупрощенной перспективе (что является обычным), видятся одинаковыми с точки зрения теории внимания. Например: люди, следующие за неким авторитетом, могут проявлять желание получать или давать внимание. Взаимообмен между людьми и их авторитетом можно объяснить поведением взаимного внимания. Некоторые из этого взаимообмена получают только внимание. Некоторые могут получить больше.

16. Путаницу вызывает также и то, что объектом внимания может быть человек, культ, предмет, идея, интерес и т.д. поскольку фокусы внимания могут так различаться, люди вообще еще не выделили общий фактор – желание внимания.

17. Одно из преимуществ этой теории состоит в том, что она позволяет уму человека увязать легко понимаемым способом многие вещи, которые, как его всегда (неправильно) учили, являются весьма различными, несравнимыми и т.д. Такое неправильное воспитание уменьшило, конечно, возможную эффективность функционирования ума, хотя лишь в рамках культуры, не постоянно.

18. Неспособность чувствовать, когда внимание проявлено, а также поддерживать или препятствовать его дальнейшему проявлению, делает человека необычайно уязвимым для влияний, особенно в случае насаждения в его ум идей, и для внушений.

19. Вызвать эмоциональный подъем – наиболее примитивный метод усиления внимания к тому средству, которое усилило эмоции. Это прелюдия или сопровождение почти каждой формы внушения.

20. Традиционные философские и другие учения использовались для предписания упражнений в управлении и фокусировке внимания. Однако ценность этих упражнений в значительной степени была утрачена, потому что индивидуальные упражнения, предписанные людям, нуждавшимся в них, записывались и повторялись как единственные истины, и практиковались способом и людьми, в темпе и при обстоятельствах, которые, при их полной случайности, были не в состоянии произвести какое-либо изменение во внимание-тренировке. Однако, такая трактовка порождала одержимость. Так оно и продолжается.

открыть спойлер
21. Тут и там пословицы и другие части литературных материалов указывают на то, что когда-то было широко распространено знание о внимании, которое здесь очерчивается. Однако, оторванные от контекста, эти указания продолжают существовать скорее как окаменевшие указатели, а не как полезное руководство по упражнению внимания для современного человека.

Внимание к себе или внимание к учителю без упражнения по освоению того, что предлагается не от ближайшего окружения, является разновидностью короткого замыкания. Как сказал Руми: «Не смотри на меня – возьми то, что в моей руке».

3

Суфийские учебные темы

Суфийские учебные темы

В: Если бы вы сейчас давали людям темы для изучения, то какие бы выделили?

О: 1. Все подходы к учебе или человеку могут начаться с желания внимания. Как бы они ни начались, они никогда не должны заканчиваться таким же образом.

2. Изучайте предположения, стоящие за вашими действиями. Затем предположения, стоящие за вашими предположениями.

3. Всем хорош вопрос: «Почему я это сделал?». Но как насчет: «Как иначе я мог бы это сделать?»

4. Вы прошли долгий путь и не знаете его. Перед вами долгий путь, и вы знаете, что это означает.

5. Относительно некоторых вы, возможно, продвинулись. По отношению к другим вы не развились вообще. Ни одно из этих наблюдений не важнее другого.

6. Если ваше желание 'добра' основано на жадности, то это не добро, а жадность.

7. Развивайте силу посредством доброты, и вы, возможно, причините вреда больше, чем могли бы причинить жестокостью. Ни тот, ни другой подход не является правильным.

8. Человек, который знает, должен выполнять некоторую функцию. Тот, кто не знает, не может присваивать это себе; он может лишь пытаться делать это.

9. Не пытайтесь быть смиренным: учитесь смирению.

10. Предположите, что вы отчасти лицемерны и отчасти невнимательны, и вы не слишком ошибетесь.

11. Подражать в добродетели другому – это более подражание, чем добродетель. Пытайтесь научиться тому, на чем основана эта добродетель.

12. Нет практики в изоляции.

13. Если вы ищете учителя, пытайтесь стать настоящим учеником. Если вы хотите быть учеником, пытайтесь найти настоящего учителя.

14. Чем чаще вы что-то делаете, тем вероятнее, что вы сделаете это опять. Нет никакой уверенности, что вы получите от повторения что-либо иное, нежели вероятность дальнейшего повторения.

15. Вначале вы не достойны одеяния и внешних атрибутов суфия. Позже вы в них не нуждаетесь. Наконец, они, вероятно, потребуются вам ради других.

16. Если вы не можете смеяться часто и искренне, у вас нет души.

17. Когда верование стало более, чем инструментом, вы пропали. Вы останетесь пропавшим, пока не научитесь для чего в действительности нужно 'верование'.

18. Когда дервиш проявляет интерес к вашему материальному благосостоянию, возможно, вам это приятно. Однако, часто это потому, что вы еще не готовы ни к чему другому.

19. Когда кто-нибудь просит вас помочь ему что-то сделать, воображаете ли вы, что он не может обойтись без помощи? Возможно, он – суфий, который желает помочь вам, связывая вас со своей задачей.

20. Если вы ленивы, почитайте за счастье, если вам указывают на это, давая шанс исправиться. Лень – всегда ваш недостаток. Это знак того, что человек слишком долго пребывал в бесполезности.

Эти пункты на самом деле являются упражнениями: как перехитрить ложное 'я', которое процветает на мелких удовольствиях. Суфий стремится к Fana (исчезновению – ложного 'я'), и Baqa (пребыванию – Реального). За мнимым 'я', которое непостоянно, находится настоящее Я, для которого характерно сознавание истины, реальности.

Послушайте слова Джунайда из Багдада, сказавшего: «Добрый человек, полагающийся на ощущения, лучше, чем так называемый суфий с дурным нравом».

4

Вещи этого мира

Восточный мудрец и газеты

ПИСЬМО МУДРЕЦУ

Один западный ученик в сфере духовного написал яростное и осуждающее письмо некоему восточному мудрецу, увидев его имя в газете. «Вам следует быть совершенно безразличным к вещам этого мира!» – сказал он–и многое еще.

Когда я посетил мудреца, то спросил его, что он думает о письме, ибо хотел сообщить его реакцию написавшему.

«Да, письма я получаю, – тихо сказал он, – но, увы, не читаю их, видите ли, письма – вещи этого мира, а к ним я безразличен»..

'Вещи этого мира включают, согласно суфиям, все кроме истины.

ПОВЕДЕНИЕ СУФИЕВ

Поведение суфиев не обязательно показывает степень их отрешенности. Чаще оно показывает то, что воображает наблюдатель о том, что оно показывает. Шейх Яхья Мунир, как и многие авторитеты, утверждает, что поведение реализованных суфиев (Аулийя) внешне не одинаковое. Одни хорошо едят и спят; другие постятся и бодрствуют ночью; одни одеты в лохмотья; другие в великолепную одежду. Некоторые принимают дары, другие нет. Те, кто судит о других по таким внешним признакам, названы суфиями 'людьми внешнего'.

Такие суждения принадлежат людям, чья эмоциональная жизнь развилась за счет их человечности, логических способностей и, конечно, духовного восприятия.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ИМЕНИ БОГА...

Дилемма человека, который для своих религиозных понятий использует лишь слова, без полного понимания, хорошо проиллюстрирована в истории о плодах – из книги Руми Fihi та Fihi.

Один человек нарвал плодов с фруктового дерева и стал их есть. Владелец сказал ему: «Почему вы так незаконно поступаете? Бога не боитесь?»

Любитель фруктов ответил: «Чего ж бояться? Дерево – Божье, и я, Божий слуга, вкушаю с Божьего дерева». Владелец сказал: «Что ж, отвечу тем же». Он привязал этого человека к дереву и стал его бить. Человек вскричал: «Вы не боитесь Бога (что так поступаете со мной)?»

Землевладелец сказал: «Чего ж мне бояться? Вы – слуга Бога, а это Божья палка, которой бьют Божьего слугу!»

Точно так же, как интеллектуальная и систематизированная религиозная аргументация оказывается несостоятельной, будучи введенной в более широкий контекст, так и религиозные представления, даже расширенные, не выдерживают сравнения с безграничным восприятием истины, которое суфии вносят в человеческий опыт. Это является посланием всех суфийских мудрецов.

На чем основан интерес

НЕКОТОРЫЕ люди желают знать, почему со мной так трудно увидеться. Они также хотят рекламировать мои 'духовные достижения'.

Я расскажу вам и о том, и о другом.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №17  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:40 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Это ни легко и ни трудно, дело тут скорее в арифметике. Так же было бы с любым.

Взяв для расчета восьмичасовой рабочий день и семидневную неделю, получим, что если уделять одному человеку по часу:

ежедневно проводить одночасовые беседы и ничем другим не заниматься; то за год я смог бы увидеть не более трех тысяч человек, причем каждого лишь один раз.

Однако, примерно в три-десять раз большее число людей выражают желание 'видеть меня'. И если каждый год видеть каждого человека лишь дважды, то можно увидеться только где-то с полутора тысячами людей.

Хотя повод всегда предполагается важным, замечу, что крайняя необходимость таинственно пропадает во время каникул и летних отпусков..,

Обратите внимание, что если бы я не занимался ничем, кроме ежечасных встреч со всеми приходящими ко мне, эта процедура несла бы в себе предпосылки для ее собственного разрешения. Причина в том, что я стал бы таким скучным, таким неоригинальным, таким бесполезным, что желание меня видеть возникало бы у людей все реже и реже, и, таким образом, я в конце концов вернул бы себе свободу.

Итак, вместо того, чтобы проходить через все это, почему бы мне не вести себя в том же духе, что и сейчас, и не оставаться в том положении, в котором я окажусь в любом случае?

Тем более, что есть достаточно предложений со стороны других людей, которым доставляет наслаждение быть окруженными толпами и группами людей, впитывающими их мудрость с утра до ночи.

открыть спойлер
Меня уже критиковали за это высказывание. Говорят, что такие люди всегда вызывают неудовлетворенность у большинства своих последователей, которые вскоре переключаются на следующего гуру. Как раз это я и имею ввиду: если бы я вел себя подобным образом, я бы также вызывал неудовлетворенность, когда люди насытились бы ритуалом моего восседания в позе великого гуру.

У меня нет ни склонности, ни воспитания для того, чтобы зачислить себя в круг гуру.

Вышесказанное, конечно, переводит 'встречи с людьми’ в разряд социально-психологической деятельности, уже адекватно отмеченной социологами, но полностью игнорируемой людьми, склонными к оккультизму: за исключением того случая, когда эти люди путают ее с 'духовной деятельностью', которой она, конечно же, не является.

По моему собственному опыту, вполне подтверждающему опыт традиционных суфийских авторов, сами группирующиеся будут оправдывать это группирование, называя его 'духовной деятельностью'. На них лежит бремя поступать так или же искать близких им по природе людей: искателей лести, чья другая основная характерная черта, как часто оказывается, состоит в том, что они не могут долго быть одни.

В юности учитель сказал мне: «Если бы 'собираться вместе' было путем к большему просветлению, все песчинки стали бы святыми, стаи птиц разлетелись бы, и каждая стала бы духовным учителем, функцию просветленных выполняли бы бараны. Подобным образом, эта характерная черта, видимая нами у наименее просветленных существ, – собираться вокруг вещей и людей, считающихся странными, ценными или возбуждающими – была бы тогда чертой не сборища зевак, а, скорее, собрания избранных...«

ДРУЗЬЯ ШЕЙХА АБУ-ИСХАКА

Что касается 'духовных достижений', это напоминает мне слова, обращенные шейхом Абу-Исхаком с Зеленого Острова, около Альхесираса в Испании, к Ибн Араби и записанные в работе последнего Durrat al-Fakhira, XII век:

«Я разделяю людей на два типа. Во-первых, есть тот друг, который хорошего обо мне мнения и отзывается обо мне хорошо. Он – друг. И есть тот, кто плохо обо мне отзывается, кто рассказывает о моем 'духовном состоянии'».

Мышление в терминах спроса и предложения

В: Когда люди, интересующиеся духовными вещами, задают вопросы, которые фактически являются 'коммерческими', то чей это недостаток, людей или систем? Как, по-вашему, соотносится круг людей, задающих вопросы вам, с такими же кругами около других людей, работающих в духовной сфере?

О: Здесь в одном вопросе несколько вопросов. Во-первых, люди приучены думать почти обо всем в грубых терминах спроса и предложения. Это объясняется культурной и социальной точкой зрения, поэтому трудно назвать это недостатком людей или систем, к которым они обращаются с вопросами.

Во-вторых, если бы вы прочитали опубликованную литературу, написанную людьми, работающими в духовной сфере, с точки зрения анализа спроса и предложения, вы были бы удивлены, обнаружив, что вообще ни спрашивающий, ни духовный человек, по-видимому, не осознают, что они заняты делами 'коммерческого типа'.

В-третьих, обсуждение с людьми таких профессий, как врачи и юристы, показывает, что их клиенты задают им того же рода вопросы, по структуре своей, вопросы спроса и предложения; и. действительно, они получают от них весь набор надоеданий и субъективностей, о которых я говорил. Это так хорошо понималось реальными учителями на Востоке, что резюмировано в шутке: «Такой-то шел к некому учителю для беседы, но все, что он получил – просветление!»

В: Предназначены ли, в таком случае, ваши книги 'заполнить' пробелы а возможных образцах поведения у людей, обращающихся к суфизму?

О: На общем уровне, они все несут такой замысел, и, в результате просьбы к заинтересованным людям читать их тщательно, установилась и успешно поддерживается основа для поддерживания точки зрения, для раскрытия и развития которой потребовались бы, в ином случае, условия монастыря.

В: Помимо ваших книг, какими еще видами деятельности вы занимаетесь?

О: Число их велико. Но эти виды деятельности – многие из которых, хотя и традиционны для суфиев, узко обусловленными людьми не были бы признаны духовными – используются на практике вслед за подбором книг и в особой мере: 'прописываются', так сказать, нуждающимся людям. Поэтому они не поддаются раскрытию путем перечисления или описания.

ЗНАНИЕ КАК ДЕЙСТВИЕ

То, что есть люди, которые занимаются духовными вопросами, как если бы они были коммерческими, и есть люди, которые ищут образцов поведения, как во втором вопросе, вопросе о видах деятельности, – все это, я думаю, от запросов, основанных на желании действия. Что касается того, насколько это верно, то следует обратить внимание на сказанное шейхом Ибрагимом Газур-и-Илахи по вопросу знания и действия: как не может действие быть без знания.

Он подчеркивает: «Люди спорят о том, что приходит первым: знание или действие. Но это одно и то же. (Стоящее) действие – это фактически знание в действии. Правильное действие возникает из правильного знания. Правильное знание обретается через учителя».

КНИГА, ПРИВОДЯЩАЯ В ЯРОСТЬ

Одним из немногих примеров, где мы можем сослаться на действие не-книги как инструмента, и тем не менее являющегося мостиком через область литературы, является случай Книги о Книге. В этой истории, которую я опубликовал в форме книги, рассказывается о том, как люди разочаровываются в книгах, и как они могут научиться из них тому, что в них есть и чего в них нет. Критики были разъярены тем, что эта история была такой короткой, тогда как они предполагали, что книга должна быть определенного объема. Эта ярость овладела ими прежде, чем они прочли книгу, в которой описывалось их поведение и показывалось, каким неадекватным оно является. Это дало нам – и многим другим людям – публичное доказательство такого склада ума литераторов и буквально мыслящих людей, в чем они никогда бы не признались, если бы их прямо на это вызвали. Мы позволили им сделать это для нас. Это показывает, как книга может быть использована для создания ситуации.

Действие рассказов и историй

В: Вы опубликовали несколько сотен сказок и историй, преимущественно Среднего Востока, иллюстрирующих ситуации, которые часто показывают силу и слабости людей. Почему вы экспортируете этот материал из других культур, вместо того, чтобы представить его в современных терминах, и каково его действие на Западный мир, если не просто продвижение 'Восточной Мудрости'?

О: На Востоке этот материал хорошо развит как учебная среда; поэтому, пожалуй, нет смысла пытаться улучшать или заменять то, что проверено и действенно. Посмотрите с другой стороны: люди на Востоке обычно не пытаются изобрести для себя радио просто потому, что оно уже было изобретено и импортировано с Запада.

Действие нашего материала в Западном мире уже широко описано людьми на Западе, которые говорят, что они находят его полезным, и по этому вопросу я должен отослать вас к ним.

Другой причиной, почему мы не используем материал с Запада, является то, что до недавнего времени у нас не было выращенного здесь продукта, достаточного количества материала такого рода, чтобы запускать его в дело.

Даже если бы мы были способны собрать его, то то, как его восприняли бы, не дало бы ему хорошей возможности из-за шаблонно-презрительного отношения к наставляющим историям. Только после указания на его употребительность, жизненность и долговечность в определенных культурах, нашедших его полезным, мы могли бы побудить людей из других мест искать местный продукт и – более того – использовать его.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №18  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:40 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Нам пришлось вновь поднять вопрос о возможной ценности сказок, рассказов, шуток и историй и удерживать его открытым, несмотря на установившееся на Западе мнение, что такой материал имеет лишь развлекательную ценность. И произошло следующее: на Западе стал устанавливаться эквивалент технологическому основанию, или базовая грамотность, в этой области.

Но не следует полагать, просто потому, что вы живете и учитесь на Западе, что (а) этот материал предназначен только для Запада: поскольку он также имеет необычайный успех на Востоке; или что (б) людям на Востоке не приходится заново проходить через подобный процесс возвращения и ознакомления, чтобы получить возможность вернуть не-развлекательное содержание этих произведений их собственных культур.

Действительно, на Востоке, как и на Западе, все еще имеется много людей, неспособных настроиться на восстановление высших и обучающих измерений этого материала. Справедливости ради следует сказать, что если на Западе, в общем, только недавно пришло время для обретения энергии, гибкости и широты любознательности, чтобы исследовать эти материалы тем способом, который задумывали его первоначальные создатели, то на Востоке – тоже в общем – склонны забывать атрибуции, глубину, содержание и структуры, в которых они традиционно были представлены.

Части обоих сообществ приходят к свежему пониманию этих материалов; части каждого из них в значительной степени по соображениям личной безопасности и из-за привязанности к сверхупрощенным идеологиям остаются незаинтересованными или враждебными.

Далее, стоит отметить, что большая часть Западной религии и традиции полностью пропитана сказками и рассказами Востока, многие из которых, являясь, согласно суфиям, изначально рассказами с внутренним смыслом, сейчас воспринимаются буквально или только как аналогия. И сказки и рассказы – это почти единственный феномен культуры, который, как оказывается, является достоянием всех народов мира, не принадлежа, строго говоря, никому.

открыть спойлер
ОППОЗИЦИЯ К АРАБИ

Ибн Араби учил посредством того, что явно было любовной лирикой, и люди стали относиться к нему крайне враждебно. Такое их поведение было обусловлено неспособностью понять используемый им план, а не реальностью их представлений. Но они были твердо уверены, что их предположения о нем и его работе представляют истину, реальны по своей природе. В свою очередь, он смог учить их дальше, составив комментарий, который удовлетворил их и заставил почитать его как великого мистика. Но поступив так, они оказались отрезанными от выгод действительного использования этого материала внутри себя, поскольку не пришли к этому пониманию путем внутреннего и личного восприятия. Они были удовлетворены только интеллектуально и эмоционально. Их восприятие Ибн Араби было ограничено вновь обретенной уверенностью, что его идеи не противоречат их собственным укоренившимся убеждениям.

Именно этот склад ума, фактически являющийся поверхностным оцениванием, – причина бедности потенциального понимания в тех людях, которые ищут только объяснений, а не восприятий.

Рассказы о чудесном

В: Являются ли 'чудесные' рассказы о деяниях суфиев верными буквально, или они придуманы для иллюстрации структур, эквивалентных тому, что может случиться в жизни, или предназначены делать людей доверчивыми, или чтобы научить 'мыслить по-новому'?

О: Ответ – такой же, как и ответ на вопрос типа: «Является ли морковь желтой, или она предназначена для того, чтобы давать питание, или чтобы размножаться, или чтобы сочинять о ней рассказы?» Дело в том, что при правильных условиях все эти факторы могут быть верными, в соответствии с тем, как их используют.

Вы можете использовать сказки дервишей, чтобы поражать людей, если они хотят быть пораженными, или если получаете что-либо от этого обмана, и многие люди действительно так и делают.

Кроме того, слушатели могут неправильно их использовать, если упорствуют в том, чтобы они их впечатляли, или в циничном к ним отношении. К тому же они почти всегда содержат в себе структуры и непосредственные значения, которые могут быть аналогиями; и они могут снова и снова повторяться в действительных событиях, и, когда они циклически повторяются, это делает их верными буквально.

В: Нельзя ли привести пример рассказа, который вы можете вспомнить не только как традиционный и представляющий образец, но и как действительно происшедший?

КОРОЛЬ И ДРОВОСЕК

О: Вот один, хорошо известный среди афганцев и приписываемый в наши дни Ахмаду Шаху, первому королю современного Афганистана:

Ахмад Шах был королем, получившим венец из рук некоего всеми уважаемого дервиша. С того времени он часто надевал мантию дервиша и странствовал среди своих подданных, стремясь улучшить свое правление.

Однажды, переодетый, он посетил дровосека, жившего в лесной хижине. «Что бы ты делал, если бы не смог продавать свои дрова?» – спросил он. «Уважаемый дервиш, – сказал дровосек. – Я уповал бы на Бога и что-нибудь нашел бы».

На следующий день король объявил, что ни один дровосек не будет допущен в город, и спустя день или два снова посетил, переодетый, этого человека.

«Как ты живешь теперь, когда король стал так странно относиться к дровосекам?» – спросил он.

«Что ж, теперь я делаю кожаные ремни и продаю их в лавки. Уповаю на Бога, и на еду мне хватает».

Король покинул его и спустя некоторое время издал указ, запрещающий продавать в лавках изделия из кожи.

Когда Ахмад Шах снова посетил своего бедного дровосека-изготовителя кожаных ремней, он сказал: «Как идут твои дела теперь, когда Судьба, кажется, преследует тебя и оборвала твою новую карьеру?»

«Господин, – сказал тот. – Уповаю на Бога и работаю носильщиком на базаре. Все хорошо, и на еду мне хватает».

Тогда, по приказу Ахмада Шаха, все базарные носильщики были призваны в Дворцовую Гвардию, без какой-либо платы и даже без места для ночлега.

Той же ночью король в дервишском плаще пошел навестить своего друга и обнаружил его в хижине, что-то кушающего и стругающего дерево.

«Что ты делаешь?» – спросил король. «Меня забрали в королевскую гвардию, но без пиши и ночлега, – сказал человек, – поэтому я заложил меч, который мне вручили, купил еды, и вот делаю поддельный меч, пока мое будущее не прояснится».

Король вернулся во дворец.

На следующее утро командир гвардии вызвал дровосека и приказал ему обезглавить узника. Они вместе отправились к месту казни, где, согласно обычаю, ожидал король. Дровосек не узнал короля в его короне и королевской мантии, но сказав: «Уповаю на Бога», вытащил свой деревянный меч в ожидании приказа ударить. Узник произнес: «Во имя Бога, пусть этот меч откажется рубить – ибо я невиновен'» Дровосек уронил свой меч на землю. После расследования обвиняемый был, в конце концов, признан невиновным. Ахмад Шах был так изумлен, что сделал этого человека великим визирем. С того времени Афганские короли всегда употребляли перед своим именем Аl Mutawakkil ala Allah' – тот, кто уповает на Бога.

ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ЖАЖДАНИЕ

Люди, которые интересуются чудесным, либо будут 'поглощать' чудесные сказки из-за эмоциональной жажды, либо смогут позволить им действовать как альтернативным способам мышления, чтобы развить ту часть ума, которая говорит: «стереотипные реакции сковывают».

Эмоциональные реакции, точно так же, как и автоматические, являются частью вторичного 'я' и не представляют восприятия истины.

Сирри аль-Сакати, умерший в 867 году христианской эры, сказал:

«Истинная мудрость – это непривязанность к себе и преданность Истине».

Эффективная деятельность в противовес непрерывной

НЕПРЕРЫВНАЯ деятельность, ярлыки, обусловленное чувство важности или прогресса, достижение на поверхностном плане менее значительных целей – все это имеет тенденцию быть плотью и кровью многих человеческих систем, члены которых ожидают от них гораздо больше того, что они могут дать.

Поскольку они удовлетворяют социальные нужды, удерживают людей занятыми и снимают напряжения, считается, что они являются не именно этим, а чем-то более высокого порядка.

С другой стороны, метод обучения и учеба, которая прерывна, не пользуются методом кнута и пряника, работают с теми, с кем могут, когда и где могут, что и есть суфийский путь, кажутся детям автоматизма чем-то менее обещающим, менее интересным, менее притягательным.

Он был бы менее важным и, пожалуй, менее интересным, если бы существовала альтернатива. Иначе говоря, если бы была возможность достичь проницательности, знания себя, реализации, просветления, высшего сознания и т. п. через механические организации. В таком случае не было бы нужды в суфийской системе: она была бы неуместной и неэффективной.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №19  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:41 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Но они не являются альтернативой. И только когда это понято, люди могут приблизиться к суфийской учебе и получить от нее пользу. До этого они всегда жаждут следующего:

• системы, которая будет открыта им, если только они выдержат неразбериху суфиев;

• самим быть способными выжать порядок из того, что, как они неосознанно считают, является хаотическим состоянием суфийского плана;

• или чего-нибудь, к чему они могут перейти, и что может напоминать им суфийскую учебу, но предлагает того рода стимулы, которые они жаждут.

Это не новая проблема. Но формулировать ее надо постоянно. Если она учтена, может начаться реальное учение, свободное от смирительной рубашки и шор поверхностной деятельности.

Но как это делается, откуда мы начинаем?

Это делается посредством закрепления этой идеи в уме с той же, по меньшей мере, прочностью, что и фантазии, которые противостоят ей и выдают себя за действительность; мы начинаем, убедившись, что впитали это утверждение, а не просто жадно его проглотили и просим следующую порцию привлекательных новинок.

ЛЮДИ КАК ДЕМОНЫ

Вспоминайте, что сказал Руми, и вы увидите, как люди сковывают себя своими желаниями, которые не есть то же самое, что их потенциальные возможности:

Люди – демоны, и страсти – их цепь,

Тащит она их в цеха и поля.

открыть спойлер
Тревоги и страхи ее составляют.

Не считайте свободными создания:

Тянет она их в борьбу и погоню

Тянет их в море и недра земли.

Способность приходит прежде мнения

В: Некоторые люди говорят, что они могут учиться по книгам, другие – что в книгах нет ничего стоящего, третьи – что они еще не нашли нужных книг. Что вы скажете по этому поводу?

О: Лучшее, что я могу сделать, это повторить старую историю, рассказанную одним суфием. Он описал, как одно время искал книги и не находил, затем он их нашел и думал, что в них есть все; потом он решил, что в них нет ничего. В конце концов, но только после прохождения через все эти стадии – а они именно стадии – он понял, какие же книги были полезны ему и в чем в действительности была их польза.

Ошибкой была его позиция принимать или отвергать книги до того, как он обрел способность изучать материал должным образом. Он составлял мнения, не продвинувшись сначала в развитии обычных способностей, и просил то, из чего был не в состоянии извлекать пользу.

Ему следовало бы иметь вначале больше здравого смысла.

Руми говорит о людях, которые полагаются на письменное слово, что иногда они не более чем ослы, груженные книгами. Почему люди всегда интересуются – являются ли книги чем-либо хорошим, не интересуясь – в состоянии ли сами они извлечь пользу из этих книг?

Когда меня впервые учили этому, мне дали следующее высказывание, так что, вызывая его в памяти, я мог снова почувствовать поверхностность дискуссий о книгах, которые ведутся в столь многих кругах:

«Преждевременная самостоятельность – дочь самонадеянности».

Если вы запишете вопрос и посмотрите на него, вы, я думаю (и надеюсь), тотчас увидите, что это вопрос не об учении суфиев, а о книгах. Этот человек концентрируется на идее о книгах, а не на идеях, что в книгах.

Освященная жадность

СУФИЙСКАЯ учеба с одной стороны труднее, а с другой легче, чем иные формы учебы, предполагающие саморазвитие человека.

Она труднее, например, потому что многие из подходов и образцов поведения, необходимые для суфийской учебы, не привились в обычной культуре; они не были нужны обществу для формирования и поддержания себя на некотором уровне.

С другой стороны, ко многим суфийским образцам приблизиться легче, потому что мы уже имеем аналоги образцов мышления и правил поведения, пройденные культурой для установления и поддержания себя: основа уже есть.

Но иногда между этими двумя сторонами имеется конфликт – или кажется, что имеется. К примеру, недифференцированное желание внимания и частое потребление стимулов в общем ритме известны каждому. В большинстве человеческих культур, особенно в их более грубых формах, это стимулопотребление было поставлено на службу самих культур. Его не анализировали и не подразделяли как, например, в случае пищи, когда аппетит отделили бы от потребности в питательных веществах и, кроме того, от вкуса, аромата, привычки и жадности.

Итак, возьмем наш пример, люди освятили жадность – постольку, поскольку такого вида жадность поощряется обществом. Жадность любого другого вида помечается ярлыком 'плохая', а допустимая жадность помечается ярлыком 'хорошее побуждение', правда слишком часто. Это отвлечение жадности на национальные, родовые и тому подобные цели только укрепляет пагубное поведение. Люди развивают, скажем, чувство внимания; общество говорит: «Да, вы можете иметь это, и единственно, что вам надо, – это благотворительными, героическими делами стремиться к нашему одобрению», – что бы при этом общество ни думало о том, что оно хочет или что ему нужно. Такие одобренные дела нередко вызывают несправедливое отношение к другим делам.

Из-за того, что жертва ищет и получает стимулы, она обычно полностью занята этим и не в состоянии увидеть, что ею манипулируют или что ее принуждают. Спектр ее восприятия (в данном случае) стяжательства никогда не развивался. Это как если бы она имела чувство осязания, но не могла отличить тонкое от грубого, или горячее от холодного. Соответственно, она находится в невыгодном положении по отношению к людям, которые имеют более тонкие чувства, а также по отношению к возможной многогранности, ее и общества, включая решение проблем.

Так как ей никогда не говорили, что существует высокочувствительное осязание, то (продолжая аналогию) она не может соответствующим образом воспринимать. Поскольку она получает одобрение на использование грубого осязания, то находится во власти людей и институтов, которые устанавливают правила. Не задумываясь о возможности чего-то более утонченного, она не имеет шансов найти его. Потому что его не существует, конечно, в рамках ее условностей, в ее племени. Или она может представить себе возможность этого, но ошибаться в выборе методов развития.

Это, конечно, пред-разумное, пред-научное, пред-организованное состояние. О нем суфии говорят как о ситуации «В супе должна быть гуща» (из истории о деревенщине, который не мог принять суп без гущи, так как такой суп он никогда прежде не встречал и потому отказался его есть).

Итак, жертва не только неразвита, она – наркоманка. Как же ее вылечить?

Излечить ее может жизненный опыт. Но сначала она должна принять такую возможность. Затем она должна испытать его воздействие, но только после того, как она обретет 'дополнительную способность', время и займет позицию, все это позволит ей сфокусироваться на данной проблеме. Она никогда не сможет сделать этого до тех пор, пока те альтернативы, которые ей предложены, являются просто другими формами наркомании.

Жертва должна привыкнуть к идее, что она действует как автомат, даже когда заглатывает панацею, называемую «Я не собираюсь быть автоматом!»

Ей, возможно, придется повторять свои попытки снова и снова. Саади, в Boston ('Фруктовый сад'), говорит: «Не каждая устрица содержит жемчужину / Не каждый раз стрелок попадает в цель».

Духовно убогие

В: Существует ли какой-нибудь быстрый, практический способ определить, серьезен ли человек и способен ли учиться на суфийском Пути?

О: Если и есть, то такой: серьезные люди готовы начать с начала и двигаться шаг за шагом, «начать путешествие в тысячу миль с одного-единственного шага»; несерьезные люди ищут чудес, стимулов и 'продвинутой работы'.

В: Что порождает и что поддерживает эту непригодность?

О: Тщеславие, вот почему большинство систем требуют смирения.

В: Раз большинство систем требуют его, почему же оно не работает?

О: Потому что большинство систем кончают превращением воображаемого смирения в форму тщеславия, так что они кончают точно так же тщеславием.

Можно ощутить стремление человека, если оно является искренним, по изменению в эманациях от такого человека.

БЕСПОЛЕЗНАЯ МОЛИТВА

Омар Хайям сказал:

Они ушли, и не вернулся ни один

Тебе поведать, что на стороне на той

Ты не достигнешь ничего автоматической молитвой

Молитва бесполезна без искренности

и истинного устремленья.

Второй вопрос, о непригодности, интересует меня несколько больше, чем первый, – о 'быстрых, практических методах'. Задавался ли спрашивающий когда-либо вопросом, что он мог бы делать с таким методом?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №20  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:41 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
В: Но, несомненно, молитва, должным образом совершаемая, может подготовить к правильному обучению?

О: 'Должным образом обученный' – ключевое выражение. Люди, которые молятся и которые не уделяют внимание, как основе молитвы, необходимому изменению в себе, отличаются от тех, кто действительно молится. Люди, которые молятся, непременно изменяются посредством молитвы, и это изменение частично проявляется в их поведении и нраве.

Многие суфийские учителя настаивали на том, чтобы ученики прошли через психологическое и социальное развитие даже до того, как им будет позволено молиться, или, по крайней мере, до подтверждения, что они способны эффективно молиться. Ходжа Муинуддин Гариб Наваз Чишти фактически приравнивает молитву к правильной мысли и правильному действию на обычном человеческом уровне:

«Молитва, – сказал он, – заключается в том, чтобы выслушивать жалобы обиженных и помогать им; помогать нуждающимся и угнетаемым; кормить людей и освобождать узников из плена. Все это, – подчеркивает Гариб-Наваз, – имеет огромную важность» .

Когда критика может прекратиться

В: Когда прекращается критика того, что делают другие?

О: Сообщают, что когда Джалалуддин Руми начал излагать свои двустишия мудрости, прошло довольно мало времени, чтобы составить о нем какое-то мнение.

Одни заинтересовались, другие нет. Некоторые, следуя неизбежной схеме человеческого поведения, возмущались им. Они говорили: «Мы надеемся, что вы не считаете себя вторым Эзопом или кем-нибудь вроде него».

открыть спойлер
ЗАПАДНЫЙ МУДРЕЦ

Согласно одному западному мудрецу, критике следует пройти такие стадии:

1. Это невозможно.

2. Это возможно, но бесполезно.

3. Это полезно, но я всегда знал об этом. Затем критика может прекратиться.

БОЛЬНОЙ. КОТОРЫЙ РУГАЛСЯ

Творить людям добро – это иногда и выдерживать критику от них. В Boston Саади можно прочитать историю о больном человеке, которому помогал великий суфий Мааруф из Карха. Больной ругался на него, и жена Мааруфа спросила, почему он продолжает служить столь неблагодарному человеку.

Мааруф ответил, что терпение было частью помощи больному: он заметил, что больной не может успокоиться до тех пор, пока ему не позволят излить свой гнев.

Сам я не слишком заинтересован в прекращении критики. Как насчет заинтересованности в улучшении качества критики: чтобы она стала более полезной? Многое в ней настолько плохо, что даже критика нежелательных явлений неэффективна, особенно, когда критик демонстрирует свое раздражение или предубеждение вместо того, чтобы быть конструктивным.

Шейх Абдуллах Ансари из Герата, великий суфийский учитель, справедливо сказал:

Несчастье другого предотвратить можно:

От своего – нет спасения...

Информация и опыт

В; Почему вы подчеркиваете важность не только опыта, но и информации?

О; Есть высказывание, что в соответствии с ментальностыо индивидуума даже лик ангела может казаться ему лицом дьявола. Полезно также заметить, что поскольку лик ангела может казаться лицом дьявола, и лицо дьявола – ликом ангела, то есть и другие формы этого недуга.

ИНФОРМАЦИЯ ПРЕЖДЕ МНЕНИЯ

Люди склонны формировать мнения о людях, вещах и идеях лишь на основании информации и предубеждения, уже имеющихся у них. Если вы покажете ребенку или первобытному человеку, скажем, фотоаппарат, он может подумать, что это чудовище.

Информация людям нужна и намного чаше, чем они это осознают. По этой причине поколения суфиев трудятся над тем, чтобы расширить базис информации и опыта, доступных человеку. Обладая информацией и опытом, человек может вернее судить о людях, идеях и вещах. Чем меньше он имеет информации, тем меньше вероятность того, что он в состоянии понимать. Попытки учить любого, кто находится в условиях недостатка информации, бесполезны, никогда не предпринимаются настоящими учителями и являются тратой времени и энергии обеими сторонами.

ИНСТИТУТ БЕЗ ПРОНИЦАТЕЛЬНОСТИ

«Залы и классы, ученые беседы, портики и арки, – говорит Хафиз, – что проку от них, когда нет мудрого сердца и видящего ока?» Чтобы реально ощутить опыт, информация также должна быть.

Учение – это вопрос поведения

В: Могут ли люди следовать суфийской форме учебы без того, чтобы их тренировали и постоянно стимулировали, как это делается во всех системах, которые я исследовал?

О: Следующее знаменитое высказывание нашей традиции заслуживает самого пристального внимания: «Учение – это вопрос поведения».

Действуя определенным образом, человек может быть способен создать впечатление, что он просвещен, усерден, достоин, ценен, или делать много чего другого впечатляющего. Все учения, на своих низших ступенях, стремятся научить людей усваивать подходящие манеры и поведение.

ПОВЕДЕНИЕ, В ДАННОЙ СИТУАЦИИ, НЕ ОЗНАЧАЕТ КОНФОРМИЗМА

Из-за этого акцента на поведение, очень легко возникает неправильное понимание. Люди начинают воображать, что если они выглядят подчиняющимися, то они подходят или прогрессируют.

В действительности, конечно, конформизм является частью воспитания людей. Если люди подчиняются правилам окружающей их культуры, то это позволяет легче общаться большему числу людей. Разногласия обычно ослабевают. Общение между людьми становится возможным, когда, например, все говорят не одновременно.

Бывает необходимо следовать определенным типам ожидаемого поведения для того, чтобы учиться чему-то. Но когда этот конформизм становится единственной или главной характерной чертой людей, учение перестает воздействовать. Вместо обучения мы имеем практику: практику конформизма.

Вред от конформизма может быть двояким: (1) люди примут конформизм за 'высшее' поведение; (2) люди будут верить, что все, что им следует делать – это выглядеть подчиняющимися и, вследствие этого, они обретут 'место на Небесах'.

Мы все знакомы с человеческими системами, в которых один или оба этих порока очевидны. Они, действительно, столь живучи, что конформизм может быть принят как внешний признак организации. Но это не только необязательно: конформизм может быть безусловно опасен для потенциальной функции группы. Тогда почему же мы говорим «Учение – это вопрос поведения»?

ЗНАНИЕ И ДЕЙСТВИЕ ВЗАИМОСВЯЗАНЫ

Во-первых, потому, что когда форма поведения заложена в Учении, будь то выполнение задания, учеба или упражнение, существует особая связь между ментальной 'установкой' и физическим действием. Она помогает упражнению или учебе воздействовать правильно.

Во-вторых, потому что, когда человеку дают выполнять что-то в качестве порученной или предполагаемой деятельности, – то, как он выполняет ее, выполняет ли вообще, степень компетентности или активности без постоянного побуждения: все это характеризует человека. Можно сказать, и индивидуум должен быть способен сказать сам при помощи самоизучения, прогрессирует ли он или ведет себя автоматически. Если он обнаруживает, что нуждается в постоянном стимулирующем воздействии угрозы или обещания, то он не настраивает себя правильным образом. Если он желает вести себя определенным образом только при условии, что получит определенное количество внимания, то он ставит требование внимания выше учебы.

Имеются две основные причины того, что Учение на протяжении поколений принимало множество различных внешних форм.

Первая: то, что в соответствии с временем и культурой, Учение должно быть спроецировано заново.

Вторая и более подходящая сейчас к нашей теме: 'новые' формы принимаются отчасти для того, чтобы не допустить автоматического конформизма.

В реальной обучающей ситуации индивидуум проверяется, и может проверить себя сам по степени активности, которую он способен поддерживать без внушения, повторения, постоянных призывов, и которая ведет к личной воле.

Чтобы показать, что их не «тренируют и постоянно стимулируют», как вы называете это, и чтобы показать, что поведение имеет как внешнее, так и внутреннее значение, суфии используют метод поведения Маламати (заслуживающий порицания). Суфий может преднамеренно навлекать на себя поношение не из мазохизма или для возбуждения внимания, но чтобы показать другим, как охотно они отзываются на внешние сигналы, которые, возможно, вовсе не имеют смысла.

Подобно этому, некоторые люди, работающие на дервишском пути, были названы Бешара (без закона),' потому что на протяжении веков они избирали практику тайной подготовки и предпочитали избегать общественных стимулов, указывая, что внешность может означать только поверхностность.

РАССКАЗ О МУХЕ

Саади описывает один довольно характерный пример поведения-обучения из жизни Хатима аль-Асамма – 'Diyxoco'. Некоторые дидактики, рассказывает он, считают, что Хатим из Балха был глухим: не верьте этому. Однажды он увидел муху, попавшую в паутину, и обратился к ней в назидание присутствующим, сказав, что она была обманута чем-то привлекательным и соблазнительным, но сумела лишь попасться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №21  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:42 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Однако эта аналогия с состоянием человека приобрела особую остроту, когда аудитория осознала, что внимание Хатима привлекло жужжание мухи, которое другие люди едва могли услышать: и все же именно его считали глухим.

Хатим объяснил, что он вовсе не глух. Он делал вид, что не может слышать, потому что, в таком случае, от него не ждут, что он будет выслушивать похвалу или порицание, предназначенные повлиять на него. Посчитав его глухим, окружающие могли бы высказать, что они о нем думают на самом деле.

Интересное различие между суфиями и остальными состоит в том, что подобно социологам и другим ученым, проводящим испытания, суфии могут притворяться – обманывать, как всегда утверждают некоторые, – хотя принято, что человеку никогда не следует притворяться тем, кем он не является, в данном случае, конечно, глухим. Но суфии всегда подчеркивает, что в то время, как он может притворяться с целью указать на некоторый акт, обычный человек притворяется потому, что хочет признания и уважения людей. Поэтому его притворство гораздо хуже, гораздо менее продуктивно, и ничего не дает кроме обмана и самообмана.

Курс занятий, составленный в суфизме учителем для своего ученика, может выродиться в конформизм и автоматизм в различных подражательных сообществах и мнимых 'школах', но их легко распознать. Метод учебы у суфия – это руководство, осуществляемое учителем, какую бы форму оно ни принимало и как бы ни противоречило предположениям других людей о том, чем оно является или чем ему следует быть.

Роль учителя в том, чтобы сделать себя лишним для ученика, помогая ему избегать тенет низших идей и поверхностного ума. Но пока не наступит этот момент, за учителем, как за проводником на пути, невидимом для учащегося, следуют с абсолютным доверием.

Великий суфий Абдул-Кадир из Гилана подчеркивает в семнадцатом обращении в Futuh al-Ghaib, что это подобно роли кормилицы, которой надо прекратить кормить грудью ребенка, когда тот сможет есть твердую пищу. Когда вторичные и низшие привязанности исчезают, искатель устанавливает связь с объективной Реальностью. Вот тогда, продолжает шейх, нет больше необходимости в ученичестве.

Познание собственной искренности

В: Как человек может узнать, искренен он или нет?

открыть спойлер
О: Быть лицемером – это, возможно, худшее, что бывает. Но мне думается, что есть нечто более губительное; воображать, что не притворяешься в 'благих намерениях'. Не воображайте, что вы притворяетесь, и не занимайтесь самобичеванием, ибо и то и другое может быть формой самопотакания.

Имейте мужество признать, что, вне зависимости от того, на скольких людей производят впечатление кажущиеся смиренность и самопорицание набожных людей, реальное усилие – в познании самого себя, так чтобы с этим можно было что-то сделать. Стоит только поддаться и встать на сравнительно легкий путь принятия на себя личной вины, и вы можете стать виновным в саморазвлечении, упоении своей никчемностью.

Если вы так поступаете, то люди могут восхищаться вами, они могут ставить вас в пример, традиционная литература может поддерживать вас в мыслях и действиях, общество может верить, что оно получает пользу от вашего существования – но для вас это путь в никуда.

Люди реального знания существуют, можно сказать, для указания по-настоящему серьезным искателям, что человек в действительности обманывается, когда чувствует себя праведным. Они существуют не для того, чтобы заклеивать щели обоями, соглашаясь, что определенная тренировка мышления или последовательность действий, либо и то и другое вместе, являются неизменными признаками подлинной веры и практики.

Один великий суфий сказал: «Святой до тех пор святой, пока не знает, что он святой».

Суфий во все времена вызывали уважение и понимание у большинства религиозных людей тем, что настойчиво утверждали, что искренность никогда никому не может быть просто приписана. Люди узнают об искренности в себе и в других, наблюдая действия и изучая мысли, и сверяя слова с поступками.

Неглубоко верующие люди устраивают 'проверки' на искренность, которые лишь продлевают невежество и неправильное понимание.

БЕДУИН-УЧИТЕЛЬ

Руми приводит прекрасную аналогию этого, показывая, как люди, которые судят о вещах, не зная фактов, приходят к ложным заключениям.

В этой истории бедуин слушал, как молился один человек. Тот начал произносить отрывок из Корана, где в Суре IX ('Покаяние') стих 97 говорится:

«Арабы из пустыни – более всех погрязли в неверии и лицемерии ...»

Разгневавшись, араб дал ему затрещину. Молящийся, продолжая чтение, перешел к отрывку:

«...Но некоторые арабы из пустыни верят в Бога и Судный день...»

«Вот это уже лучше! – сказал бедуин. – Теперь я научил тебя, как себя вести...»

Здесь бедуин представляет собой поверхностную и склонную к предположениям часть ума буквально мыслящих религиозных людей, чья 'вера', очевидно, основана на поведении и чьи суждения о вере других людей основаны на их собственном воображении о том, что представляют собой верования этих людей.

Бедуин у Руми – и наш спрашивающий об искренности – могли бы проделать такой тест, знай они о нем, если поразмыслят над афоризмом:

«Кто думает, что не самообольщается, пусть проверит, хорошего ли он о себе мнения».

Те, кто претендует, и те, кому следовало бы

МЕЖДУ теми, кто претендует стать последователями Традиции и теми, кому следовало бы ими стать, может иметься существенная разница.

И у тех, и у других могут быть необходимые способности.

Те, кому следовало бы, вполне возможно, никогда не слышали о метафизике. Они, возможно, даже ненавидят идею эзотеризма. В наши дни все еще очень много людей, не имеющих представления о религии, мистицизме, 'духовных ценностях' – и не интересующихся ими – хотя число их с каждым днем уменьшается.

Претендующие – это те, кто был привлечен в то или иное время отблеском истинной внутренней деятельности. Они, быть может, встретились с кем-то, занимающимся такого рода деятельностью, прочитали какую-то литературу. Они претендующие, потому что верят, что, поскольку слышали о чем-то, даже, может быть, пытались практиковать это, то по этой причине имеют на это право.

Вообще, тесный контакт с претендующим показывает, что его интерес сравнительно неглубок. Его вина, как заявил бы психолог, в желании системы, которая согласуется с его предубеждениями, в стремлении достичь не более чем какого-либо вида личного равновесия.

Возможно, он имеет способности. Чаще всего у него нет необходимого отношения. Он склонен, конечно, верить, что у него правильное отношение. Он обвиняет других в его отсутствии.

И тем, и другим необходимо обучение суфийской эволюционной философии, вначале путем ознакомления с ее некоторыми положениями и материалами. Это трудно, так как существует немного изложений общего характера для этого материала, вопреки распространенной вере, что «он должен быть в книгах» или «не надо беспокоиться о книгах, лучше получить его от кого-нибудь во плоти». Но именно поэтому существуют, и всегда существовали, суфийские школы. Это одна причина, почему школы принимают, для грубого наблюдателя, озадачивающе разнообразные внешние формы.

Как говорит Ахлак-и-Мухсини:

У птицы, не знающей пресной воды,

В соленой воде всегда клюв.

НЕ В СОЛЕНОЙ ЛИ ВОДЕ ВАШ КЛЮВ?

Соленая вода, по разумению суфия, есть то, что иначе называют 'этим миром'. Обычный человек воображает, что то, что он воспринимает более быстро, вроде материальных объектов и очевидных (для него) мыслей, по логике должно быть тем, что более реально. Но суфий говорит, что так называемые конкретные вещи не узнаны на опыте, а выведены путем умозаключений.

Вы умозрительно выводите огонь из дыма, и дым может казаться реальным, но лежащая в его основе реальность – огонь. Когда уходит привычка полагать, что непосредственно воспринимаемые вещи важнее, чем более тонкие, последние становятся воспринимаемыми. Суфийская учеба посвящена этой задаче.

Именно по этой причине великий шейх Абдул-Карим Джили говорит:

Истина, реальность (al-Haqq) ощущается, воспринимается:

Этот мир выводится путем умозаключений (ma'qulun).

До тех пор, пока человек считает первичным то, что на самом деле вторично (включая его вторичное, обусловленное 'я'), более тонкий, но более реальный первичный элемент – Реальность и Сущность индивидуума – восприниматься не будет.

ВСТРЕЧА С ТРЕМЯ ДЕРВИШАМИ

Я встретил трех дервишей на Среднем Востоке, и спросил их, не сталкивались ли они когда-нибудь с искателями с Запада. «Часто», – был их ответ. Я спросил, обучали они их чему-либо. «Бывает вот что, – сказал один из них, – они приходят к нам и говорят "Учите нас", и мы пытаемся, сидя вместе с ними, или, оставив их и удалившись, чтобы сообщаться путем прямого восприятия». Я поинтересовался, что случалось дальше. «Всегда одно и то же. Через два-три дня они опять отправляются в путь, жалуясь, что мы не делаем того, что обещали».


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №22  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:42 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Цель ритуала и удовлетворение от него

В: Повсюду в мире мы видим людей, испытывающих удовлетворение от ритуала. Как можно выйти за рамки ритуала?

О: Посвящение и торжественные ритуалы, совершаемые в религиях, обществах и других объединениях, могут иметь различные – весьма несхожие – источники, цели и функции.

Мы могли бы уподобить все эти цели, источники и функции, скажем, различным процессам, которые известны и существуют в любой науке. В химии, дистилляция это не то же, что ферментация; применение спиртов иное, чем применение кислот. Существуют как промышленная, так и исследовательская химия.

В случае науки о человеке различия такие же.

КОГДА НАЧИНАЕТСЯ РИТУАЛИЗМ

Когда знание об этих различиях исчезает, берет верх ритуализм или же ограниченное применение таких процессов. Когда применение и возможность ограничены, эффект незначителен: он может быть даже вредным. Как говорит Саади: «Огнепоклонник может сотню лет заботиться о своем пламени, но если свалится в него, то погибнет».

Возьмите молитву. Когда молитвы совершаются среди людей с определенной подготовкой, и когда уделяется должное внимание таким вещам как правильный настрой, тогда будет один эффект от молитвы. Если людей побуждают молиться без этих или других элементов, то их молитва может стать психотерапевтическим инструментом: весьма ценным, но, тем не менее, более низкого уровня по сравнению с его оптимальной функцией.

открыть спойлер
ЭМОЦИИ, ПРИНИМАЕМЫЕ ЗА ВЫСШИЕ ЧУВСТВА

В таком случае эмоциональное принимается за духовное. Единственное возражение против такой деятельности то, что человек или община, в которых запущен механизм связывания молитвы с эмоцией, будут почти неспособны к дальнейшему развитию, потому что обусловливание, постоянно вызываемое посредством вида, звуков молитвы или участия в ней, будет эмоциональным.

Общества и индивидуумы, взращенные на эмоциональном и обусловленном использовании ритуалов и других процедур, должны подвергнуться переориентации прежде, чем они смогут воспринять в таких ритуалах более высокое содержание.

Это трудно, потому что такие люди обычно ищут углубления своего привычного опыта, а не усовершенствования его.

Саади в Boston говорит: «Не жди, дитя мое, награды от Омара, если работаешь в доме Зайда».

ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУФИЯ

Чтобы учиться, люди должны отказаться от многого, в том числе и от ритуала, как того, на чем, как они воображают, они могли бы учиться. Чтобы подчеркнуть это, Абу-Якуб аль-Суси, цитируемый в Taaruf Калабадхи, утверждает, что суфий – это «тот, кто не беспокоится, когда у него что-то берут, но не прекращает искать то, чего у него нет».

Реальное и мнимое самосовершенствование

В: Работают ли в суфийской школе над автоматизмом человека?

О: Люди по видимости и насколько они понимают, возможно, пытаются себя совершенствовать.

Фактически (что может быть установлено изучением того, что они действительно делают и на самом деле подразумевают под тем, что говорят), люди зачастую автоматизируют или развлекают себя.

Так происходит лишь потому, что они действуют поверхностно, используя ум, область, которая сравнительно легко становится обусловленной.

Забавно, что многие, слышавшие об этом процессе и видящие его в других, думают, что сами они защищены от него именно тем, что постоянно повторяют, что «человек становится почти мертвым, обусловленным». Но само такое повторение будет автоматизировать, обусловливать человека. Освобождение оказывается от таких теоретиков дальше, чем от 'непосвященных', никогда не слышавших этого аргумента.

От автоматизма можно улизнуть, используя технические приемы, разработанные с целью перехитрить его. Но во-первых, мы должны отметить на достаточно глубоком уровне, а не просто замечать часто или возбужденно, что такой процесс необходим. Во-вторых, мы должны определить, имеет ли данный человек способность быть избавленным от автоматизма. В-третьих, мы должны предписать лечение именно для него. В-четвертых, мы должны оценить, будет ли он следовать этому лечению.

Все это входит в круг причин для существования технических приемов и особых курсов в настоящей суфийской школе.

Некоторые люди, пытающиеся получить пользу от работы суфийской школы, в то же время, внутренне настроены сохранять свой автоматизм. На мой взгляд, это реальная проблема. «В оковах забот о бороде и тюрбане, – говорится в сборнике Шамс-и-Табризи, – как же припадешь к великой чаше?»

По словам Дхун'Нуна, автоматизм человека преодолевается посредством стремления «быть таким, как был, где был до того, как был».

Роли учителя и ученика

В: Как суфийский учитель преодолевает сложившиеся, но неосознаваемые предубеждения ученика?

О: Давайте посмотрим на относительное положение учителя и ученика. Ученик рассматривает учителя как человека, который имеет что-то в большом количестве и даст ему какую-то часть. Или он может считать, что тот знает метод как достичь чего-то.

Для учителя ученик – это тот, кто пригоден для получения порции чего-то. В другом смысле, он считает его тем, кто может чего-то достичь.

Каждый – на своем пути, между их положениями существует связь.

Проблема учителя значительнее проблемы ученика. Одна из причин – в том, что ученик стремится учиться, но редко осознает, что он может учиться ТОЛЬКО ПРИ ТЕХ УСЛОВИЯХ, КОТОРЫЕ ДЕЛАЮТ УЧЕНИЕ ВОЗМОЖНЫМ.

Он не может продвигаться вперед, пока не будет подготовлен к учению. Когда подготовка завершена, ученик может продвигаться медленно, быстро или мгновенно, проходя через ряд этапов, на которых он понимает, что же он называл смыслом жизни или знанием себя.

Поэтому, самое важное – настроить ученика таким образом, чтобы его прогресс мог быть эффективным и непрерывным.

Это может направлять только тот, кто знает картину в целом и знает, что в отношении индивидуума или данной группы людей возможно, а что – нет.

Поскольку ученик, вероятно, находится в плену сформировавших его отношений, он будет склонен обращаться к учителю и к учению всевозможными неэффективными и второстепенными способами. Он попросит 'спокойствия ума’, успеха в мирской жизни, денег, знания, просветления, гарантий – всего того, что может быть важно в том или ином отношении, но не обязательно относится к его ситуации. Другими словами, он попросит, чтобы его научили или чтобы ему дали знание и вещи, каковые ЕМУ ОКАЗАЛИСЬ ЖЕЛАТЕЛЬНЫМИ ПО ТОЙ ЕДИНСТВЕННОЙ ПРИЧИНЕ, ЧТО ОН РЕШИЛ, ЧТО ОНИ НЕОБХОДИМЫ ИЛИ НАСУЩНЫ.

С некоторой точки зрения, это так же нелепо, как если бы школьник сказал: «Что ж, учите меня французскому, но только в 4 часа дня», или: «Я хочу учиться математике, но только не в этом классе», или еще: «Я хотел бы изучить основы биологии, но сначала мне нужно узнать что-нибудь о головастиках, так как, по моему мнению, это самое важное».

В действительности, вы можете учиться только тому, чему вас можно обучить. Если вы навязываете или выставляете условия, основывающиеся на теоретических размышлениях, эмоциях, воображении, интеллекте и тому подобном, то вам все еще нужно учиться тому как учиться. То есть узнать, как собирать знание шаг за шагом, правильным образом, без вышеупомянутых ограничений.

Человек, не знающий, кто он на самом деле, не знающий откуда он и куда может идти, вряд ли в состоянии даже предполагать, в какой форме ему следует получать указания, или что прежде, чем он что-нибудь сделает, надо облегчить его боль или подправить его дела, возможно способом, который он, оказывается, потребовал из каприза или даже из приверженности чему-то.

Первая обязанность учителя – сделать это ясным и не идти на компромисс с поверхностными чувствами, которые многие люди считают основой.

Руми говорит:

«Свой опыт любишь ты, а не меня

Ко мне приходишь ты, чтоб чувствовать эмоции свои».

Если вы посмотрите на ваш способ подхода к вещам, включая желание учиться и его выражение в действии, и если отметите, какие сделали ошибки, а также то, что говорят суфии о ролях учителя и ученика, вы осознаете, что ученик со сложившимися, но неосознаваемыми предубеждениями, о которых вы говорите, нуждается в ком-то стороннем, кто снабдил бы его стимулами, которые позволят ему (или ей) выбраться из ловушки привычного шаблонного мышления.

УЧЕНИКИ, КОТОРЫЕ НЕ УЧАТСЯ

Шейх Абдаллах Ансари из Герата, признанный одним из величайших мудрецов Школы, а также одним из ярчайших ее представителей, перечисляет вещи, которые люди делают и думают – и которые препятствуют их прогрессу.

Они приводят к разочарованности, печали и путанице. Люди, не следующие предписаниям своего учителя, или остаются в одном из этих состояний, или же прибегают к некоторой – часто неосознаваемой – психологической уловке, ведущей к лицемерию, фанатизму, или воображаемому пониманию.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №23  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:43 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Вот вещи, которые ученик не может измерить в себе и о которых заботится учитель:

Хотеть прежде, чем полагается

Желать большего, чем полагается

Хотеть того, что принадлежит другим.

Конечно, некоторые люди столь упрямы, что даже если вы скажете им, что не собираетесь идти на компромисс со сложившимися предубеждениями, они будут продолжать бороться. В таких случаях учитель не оправдает их ожиданий, сделав вид, что не подходит ученику, заимствуя для этого технику Маламати. Даже тогда провинившийся ученик может быть не в состоянии понять, что происходит, и будет давать всевозможные фантастические объяснения. У Саади, в Гулистане, есть история об этом.

ИСТОРИЯ О МУЭДЗИНЕ

Жил когда-то муэдзин, призывавший верующих к молитве таким отвратительным голосом, что попечитель мечети, добрый человек, предложил ему десять динаров, чтобы он ушел в другой город. Впоследствии тот встретил попечителя и сказал: «Вы предложили мне всего десять динаров, чтобы я ушел в другой город, а там мне сейчас предлагают двадцать, но я все же отказываюсь уйти».

Попечитель рассмеялся и сказал: «Подождите и вы увидите, что они дойдут даже до пятидесяти».

открыть спойлер
5

Действие и смысл

Настоящая и относительная щедрость

НЕЩЕДРЫЕ ЛЮДИ

Один человек, находясь в кругу друзей, услышал о затруднительном положении некоего человека. Тут же, под действием чувств, он передал некоторую сумму денег для вручения бедствующему.

Другой человек, не слышавший о каком-либо особом случае, когда у него появились деньги, пошел и нашел нуждающегося человека. Он расспросил о его надобностях и удовлетворил их.

Кто из них был действительно щедрым?

Ответ – никто.

Оба были щедры в общепринятых рамках. Они делали то, чему были научены.

Эти формы щедрости являются достаточными только на самых начальных стадиях щедрости.

За ними есть стадия, для которой эти формы считаются подготовительными.

Эти поверхностные формы щедрости принимаются за верх щедрости, поскольку люди редко поднимаются выше подготовительных стадий.

Настоящая щедрость – это когда люди делают что-то щедрое и никто не знает об этом; или, если другие люди знают что-то, человек отказывается принимать какое-либо уважение за свою щедрость как от получающего, так и от кого бы то ни было.

Настоящая щедрость безымянна до такой степени, что человеку следует быть готовым скорее считаться даже нещедрым, чем что-либо объяснять.

Такого рода щедрость в вещах, в работе и в мышлении намеренно культивируется среди Избранных, без всяких исключений, и практикуется теми, кто желает войти в их ряды и в этом упражнении нет никакого послабления.

Щедрость также отмечена тем, что когда человек скажет, что сделает что-то, он это сделает. Саади учит: «Когда щедрые обещают, они выполняют».

Парадоксально, но не быть жадным это высшая форма заботы о своих истинных интересах.

Жадность вам вредит, щедрость помогает. Вот почему сказано: «Жадность – мать неспособности».

Почему суфии превосходят

В: Что препятствует людям делать успехи, особенно в создании великих писаний или обучающих материалов?

О: Один видный востоковед писал, что ему трудно понять, как классический суфийский автор Саади из Шираза мог написать два великих классических произведения на персидском языке за три-четыре года.

Для схоласта это возможно проблема, но характеризующая его умственные способности, а не Саади.

Суфию такое недоумение показывает, что данная ситуация не отличается от ситуации простака, когда тот говорит: «Не понимаю, как этот человек с громыхающей палкой смог сбить такую большую металлическую птицу».

Такой 'скрытый в человеке дикарь' присутствует, конечно, не только в ограниченных ученых. Именно этот дикарь препятствует людям делать успехи в любой области.

Правильное обучение выявляет превосходные качества человека.

Обучение должно, конечно, работать с лучшей частью индивидуума, должно быть обращено к его реальным способностям.

В первой главе Гулистана («Розовый сад») Саади провозглашает:

Как можно выковать хороший меч, плохое взяв железо?

Не станет непригодный от обучения полезным.

Дождь, чья природа неизменна,

Взрастит цветы в саду, колючки – на болоте.

Люди с ложными целями подобны бесплодной почве. Цветы же произрастают на почве, состоящей из правильных целей.

Люди, о которых вы упоминаете, как о не делающих успехи, работают, имея непригодную основу. «Если вы настаиваете на покупке плохих продуктов, то вы должны быть готовы к тому, что еда, приготовленная из них, вам не понравится».

Замешательство как личная проблема

В: Что мне делать с моим замешательством и моей никчемностью?

О; Людям, которые просят устранить их замешательство, следует сначала принять во внимание три следующих момента:

1. Им следует убедиться, что я (или другие) предлагаю устранить замешательство и т. д. Суфии не предлагают. Следовательно, эти люди должны установить источник предложения (если таковое имеется) по устранению замешательства и обратиться к тому, кто предлагает. Если же, на самом деле, 'предложение' возникло в голове претендента, ему следует распознать это.

2. Им следует заметить, что замешательство и т.д. часто может быть защитой. Возможно, вам не нравится туман, но если он скрывает вас от тигра-людоеда, лучше, чтобы он был. Весьма часто людям следует быть благодарными своему замешательству, которое является щитом, а не устранять его до того, как они будут в состоянии встретиться лицом к лицу с тем, что за ним находится.

3. Множество людей, и это, конечно, сегодня общеизвестно, сами создают и поддерживают свое замешательство, даже когда воображают, что стараются избавиться от него.

Следовательно, ответ на «что мне делать с моим замешательством?» таков: «Выясните причину замешательства и причину его причины. Затем решайте, хотите ли вы что-нибудь с ним делать».

Замешательство происходит от отсутствия внимания к тому, на что его следует обратить в первую очередь. Следовательно, проблема находящихся в замешательстве заключается в том, что им следует осознать это, применяя свои умственные способности сначала для наблюдения за собой, и меньше думать о замешательстве. Вспомните пословицу: «Бдительному достаточно знака, беспечному и тысячи советов мало».

Что касается чувства никчемности, то есть свои пределы как для него, так и для противоположного чувства. Саади предназначил стихотворение, которое я перевожу с персидского для вас, чтобы люди видели, что эта проблема является одной из ведущих далеко:

Капля, упавшая из тучи

Была взволнована огромностью моря:

«Кто я в просторах океана?

Если есть ОН, меня, в действительности, нет!»

Пока она смотрела на себя оком презрения,

Раковина вскормила ее в своем лоне.

Небеса столь благоприятствовали обстоятельствам,

Что стала она прославленной, королевской Жемчужиной:

Превращаясь в высокую из низкой

Она стучалась в дверь ничтожности:

Пока Сущее не свершилось.

В персидской поэзии принято считать, что жемчужина – это преображенная капля дождя.

Ваше замешательство происходит оттого, что вы не получаете того, что хотите; а ваше чувство никчемности – это что-то, что, как вы чувствуете, вы имеете, но не хотите. Один суфий заметил по поводу этой двойной проблемы: «Вы должны стараться терпеливо относиться и к тому, что вы хотите, и к тому, Чего вы не хотите: ибо и то, и другое испытывает вас. Практикуйте оба вида терпения и заслужите имя человека».

ОЩУЩЕНИЕ ВАШЕЙ НИЧТОЖНОСТИ

Суфийский святой Аттар записал высказывание великого старца Баязида : «Вы должны ощущать вашу ничтожность».

Воспринимать свою ничтожность – важно. Эмоционально потакать себе, пугая себя ею – это поверхностное саморазвлечение, – тем более привлекательное для многих людей, что они могут притворяться перед собой, что это искренность или благочестие. Нужно выйти из этого детского состояния.

Быть ‘гуру’

В: Я нахожу, что люди склонны полагаться на меня, и что когда я уделяю им внимание, или при других обстоятельствах, они 'садятся мне на шею'; они считают меня гуру, если я пытаюсь учить их. Я не хочу быть окруженным иждивенцами, поэтому не хочу их учить.

О: Когда люди начинают полагаться на вас в такой нежелательной манере, прогонять их предстоит вам, удерживая только тех, кто действительно может учиться и кто не использует вас как источник иждивения. Непонятно, кто вам сказал, что есть только две возможности – учить и быть окруженным иждивенцами, или 'закрыть лавочку'. Уверяю вас, что это слишком большое упрощение. Избегайте людей, проявляющих эти признаки, и вы будете в состоянии учить с пользой.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №24  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:43 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Конечно, если вам нечему учить, то убедить их в этом – ваше дело.

УЧЕНИКИ ДЕРВИША

Один дервиш однажды пришел к суфию и сказал: «Люди принимают меня за своего учителя, а я хочу разубедить их в этом». Суфий сказал: «Все, что вам нужно, – это вести себя как сумасшедший, и вскоре они оставят вас».

«Но будет потеряна моя репутация!» – воскликнул расстроенный дервиш.

«Понятно, – сказал суфий, – вопрос касался обучения, но таится за ним самоуважение!»

Итак, хотите вы, чтобы вас окружали иждивенцы, или нет?

Интересно, осознаете ли вы, что суфии не называют себя суфиями, чтобы не быть высокомерными? При мне суфия спросили: «Почему вы не говорите, что вы суфий?» Он ответил: «Это было бы самоутверждением и вызвало бы нападки». «Тогда, – сказал спрашивающий, – почему вы не отрицаете этого?» Он сказал: «Это было бы неправдой и, кроме того, могло бы лишить стоящих людей средств учения».

Задавший вопрос воспринимает все через свое вторичное 'я’. Этими двумя историями я обращаю внимание на работу этого 'я', которое не может ни учить, ни учиться.

открыть спойлер
Системы

В: Я убежден, что те суфийские материалы, которые я прочитал и о которых слышал, основаны на знании реальной истины гораздо больше, чем что-либо из того, с чем я встретился. Почему, однако, суфии ожидают, что их методам последуют?

Нет ли другого пути? Как насчет других систем? Я хочу развивать смирение.

О: Суфий отстаивает некоторый путь, тот или иной из большого числа методов, поскольку именно эти методы приводили к результатам, которыми вы столь откровенно восхищаетесь. Итак, в сущности, все суфии говорят: «Вам нравится этот результат? Очень хорошо, вот метод, посредством которого он был достигнут. Вы хотите какого-то другого результата? Хорошо, вы должны обратиться к тем, кто ответственен за другой результат, и искать их методы».

НА И О СУФИЙСКОМ ПУТИ

Я помню, как этот вопрос задали одному суфию. Его ответ был таким:

«Если вы хотите учиться суфизму, вы должны следовать суфийскому пути. Если вы желаете иметь информацию о том, почему вам надо следовать суфийскому пути, вы должны обратиться к кому-то, кто не учит, но излагает ученые мнения об относительных достоинствах различных путей».

Что касается смирения, мы можем связать его с обучением, обратив внимание на утверждение Калабадхи из его Taaruf:

«Смирение – это принятие истины об истине от истины». Ответ на этот вопрос мог быть дан и самим спрашивающим, если бы он сначала уделил внимание вопросу о различии между изучением суфийского Пути и учением на суфийском Пути.

Вы очень часто видите эту тенденцию там, где нечто, вполне приемлемое при некоторых обстоятельствах, превращается в 'вечную истину'.

Например, кто-то меня только что спрашивал относительно 'продажи знания'. Человек чувствовал, что люди не должны назначать плату за мудрость, и ожидал от меня осуждения тех, кто так поступает.

Видите как это действует? Сначала игнорируется тот факт, что знание и мудрость являются результатом определенных процессов, и их неосознанно начинают воспринимать почти как товар. Только в этом случае может идти речь об 'их продаже'. Так вот, я могу продать вам информацию или мешки с углем, но ни я, ни кто-либо другой не может продать вам знание.

ИИСУС И ЯБЛОКИ

Я прочитал недавно высказывание, приписываемое Иисусу в одном из тех Евангелий, которые по той или иной причине были осуждены различными церквами. Послушайте, что там сказано о продаже:

«Иисус сказал: "Вот два человека вышли продавать яблоки. Один решил продавать кожуру от яблок на вес золота, нисколько не интересуясь самими яблоками. Другой пожелал отдать яблоки, получив взамен лишь немного хлеба для своего путешествия. Но люди покупали кожуру от яблок на вес золота, нисколько не интересуясь тем, кто был готов отдать им яблоки, более того, даже презирая его"».

Задумайтесь над этой историей и узнайте нечто о средстве и цели, природе человеческого мышления и поведения, о проблемах учебного процесса и об используемых в его рамках материалах.

Средство и цель

В: Каково ваше отношение к структуре учебного процесса и к материалам в рамках этой структуры?

О: Путать средство и цель, или инструмент и замысел – характерная болезнь человеческого мышления.

Эта тенденция просматривается во всех человеческих сообществах от так называемых 'передовых' до самых 'отсталых'. Она сильна как в цивилизованных, так и в варварских обществах, различны лишь ее проявления.

Принцип таков:

То, что было функциональным, становится самоценным: упражнение ли это, становящееся ритуалом, деятель ли, становящийся объектом поклонения, или инструмент, становящийся тотемом.

Всякий, кто поощряет эту тенденцию, всегда найдет сторонников, потому что такое искажение уже присутствует в человеческой среде, и его производные покажутся 'правильными'.

С другой стороны, понятие средства и инструмента, неразличение за деревьями леса, и другие проявления этой возможной путаницы, столь хорошо установлены, что всегда найдутся люди, которые поймут важность размышления непосредственно о сосуде и содержимом, и о других проявлениях, включая процесс личинка-куколка-бабочка.

Средство и цель – не одно и то же. Занятия, курсы, технические приемы существуют для определения, восприятия и извлечения пользы из знания 'средства' и 'цели'.

Вспомните высказывание Омара Хайяма: Храмы и Кааба в Мекке – дома поклонения / удар колокола – звук богослужения / пояс и церковь, и четки и крест / все это – знаки поклонения.

Превращение инструмента в тотем особенно заметно, как тенденция когда люди хотят вывести общие теории, законы и правила из ситуаций, которые требуют большей гибкости, чем только одна или две возможности.

Озабоченность и кампания

В: Если что-то ощущается очень сильно, разве не правильно передать это другим, 'озаботить' их, и сформировать группы людей со сходными интересами?

О: Это может быть и правильно, и неправильно, и всецело зависит от того, о чем идет речь, и кто эти вовлекаемые люди. Я бы подумал о существе вопроса. Вам лишь следует посмотреть вокруг, и вы увидите замешательство и несчастье, вызываемые людьми, потворствующими себе в стремлении беспокоить других людей и делать их обеспокоенными – и, следовательно, неэффективными – когда вовлечение и пропаганда не заменяют знание и действие. Тем не менее, одно из больших преимуществ столь широкого распространения такого поведения 'мокрой курицы' состоит в том, что оно обеспечивает почти ежедневную иллюстрацию собственного уродства и зачастую разрушительной роли, давая нам возможность избегать его, когда оно так проявляется.

Достаточно интересно, что не всегда считалось, что агитация и вербовка являются решением проблем, или даже что нет пользы вынашивать проблемы, если ими не делиться.

Мы можем также поразмышлять над отрывком Anwar-i-Suhaili («Лучи – Канопуса»):

Соловей, если ты не выносишь шипов,

Лучше никогда не говори о розе.

Более того, думаю, что существует как принуждение поверить в правильность чего-то и убедить в этом других, так и необходимость понять, а правильно ли это. Второе-то как раз является важным, но первое – это возможно то, с чем более знакомо большинство людей.

'Озабоченные' люди, возможно, правы, но возможно, они лишь удовлетворяют свои желания. Может быть и допустимо приучать других людей разделять эти желания: но, я думаю, только тогда, когда они осознаются как желания и не выдаются за необходимость. В последнем случае, если желания на самом деле не являются истинными, имеет место как обман, так и самообман. Хорошо ли это?

СОЛОМЕННОЕ ЧУЧЕЛО

Саади в The Bostan рассказывает о «благоразумном юноше из приличной страны, который примкнул к общине людей в Дарбанде».

Он был человеком «превосходным, умным и проницательным», и люди приняли его хорошо.

Однажды религиозный руководитель сказал ему: «Пойди, очисти мечеть от сора!»

Юноша вышел и исчез. Увидев его на следующий день, люди обвинили его в эгоизме и неуважении к служению за невыполнение уборки:

«Разве ты не знаешь, о эгоистичное дитя, что человек достигает цели через служение?»

Эти люди полагали, что он видел то, что видели они – пыль в мечети. Но он не был таким поверхностным, как они:

«Он заплакал, -пылая искренностью: "Я не заметил пыли или грязи в этом здании... И я убрался, чтобы очистить мечеть от соломы"».

Этот человек считал себя загрязняющим мечеть, тогда как другие думали только о кампании по борьбе за чистоту и заботились о поверхностных вещах: даже когда в мечети не было пыли, они по-прежнему хотели, чтобы в ней была произведена уборка. Саади продолжает:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №25  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:44 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Путь дервиша только такой:

Личность свою смирить.

Ради возвышения избери смирение!

Ибо на эту крышу лестницы нет иной.

Последняя строка содержит игру слов, и она может быть прочитана на персидском так: «На то небо не взойти по-другому».

Увы, люди не очень изменились со времен Саади. Вот предложение из письма, присланного мне известным человеком, прославившимся своей духовностью: «Я был гордым и тщеславным. С тех пор как я начал заниматься восточными учениями, я стал таким смиренным, что вы вряд ли поверите этому».

Применение, неправильное применение и неприменимость форм обучения

В: Как вы объясните многочисленность форм, в которых люди пытаются обучать? Поскольку люди верят в эти формы, верят, что они верно передают действительность, им дана возможность постичь через них истину. Но действительно ли, как утверждают представители этих организаций, некоторые формы истинны, а некоторые нет? Если некоторые формы, в которых проводится обучение, истинны, не означает ли это, что все другие ошибочны?

О: Я, вероятно, ответил на этот вопрос – или, вернее, на вопросы из этой серии – несколько сотен раз, и устно и письменно, включая то, что написал и процитировал в книгах.

То, что такие вопросы все еще задаются, представляет собой замечательную демонстрацию того, что представляют из себя спрашивающие: по крайней мере, некоторые будут задавать вопросы даже несмотря на то, что им ответили в доступной форме десятки раз.

открыть спойлер
Но это может означать, что необходимо снова и снова отвечать на эти вопросы, пока ответы не дойдут.

Ответы, повторяю, таковы:

1. Истина не имеет формы.

2. Средства, с помощью которых люди могут воспринять

Истину, имеют формы.

3. Все формы ограничены. Некоторыми из ограничений являются время, место, культура, язык.

4. Различные формы, по вышеизложенным причинам, не обязательно антагонистичны.

5. С веками формы менялись в соответствии с внешним миром, которому они все принадлежат.

6. Когда люди верят, что форма важнее Истины, они не найдут истину, но останутся с формой.

7. Формы – это средства и инструменты, а средства и инструменты вне контекста нельзя назвать плохими или хорошими.

8. Формы изживают свою полезность, проходя через ее рост или деградацию.

9. Эти утверждения можно в изобилии встретить в писаниях суфийских учителей. Они были записаны для того, чтобы их читали и запоминали. Редко где-либо еще они так энергично утверждаются и так усиленно поддерживаются, что, возможно, объясняется тем фактом, что им не уделяют достаточно внимания люди, не изучившие суфийские материалы так, как они того заслуживают.

Внешние формы вещей мира, о которых так часто говорят суфии, включают формы обучения, которые должны быть поняты как в выполнении их инструментальной функции, так и в их внутреннем значении.

Насир-и-Хусро верно сказал:

У вашего ловца (жемчуга) в руках лишь ил соленый -

Ибо от вас он видит только зависть.

От Внешнего идя, как человек, ищите смысл:

Не будьте, как осел, довольный шумом.

КОТ С УНИВЕРСИТЕТСКОЙ СТЕПЕНЬЮ

В феврале 1975, на выборах Президента Студенческого Общества в Саррейском Университете кандидатом был выставлен превосходный рыжий кот по кличке Орландо. То, что он был добросовестным студентом, было очевидно из наличия у него степени бакалавра. Без всякого сомнения он дойдет до степеней высоких. В давние времена такая история вполне могла быть придумана суфием, как комментарий на тему обучения и эпохи...

Потенциальная возможность и функция

В: Какова ценность духовных упражнений?

О: Вот история для вас:

ИГРА В ШАХМАТЫ

Одного крестьянина учили игре в шахматы. Он был в некотором замешательстве, поскольку фигуру, известную как ладья, называли то башней, то ладьей, то турой и т. п.

В конце концов он разобрался с именами, и игра началась.

Всего через несколько ходов его учитель взял одну из его ладей. В ярости подняв ее, крестьянин швырнул ее под ноги, сказав: «У тебя столько имен и такой выбор ходов, но в сражении, как видно, ты ни на что не годишься!»

Какова ценность чего-либо?

Ценность духовных упражнений – быть ценными для того, для кого они могут быть ценными. Хорошо бы, чтобы интерес человека обеспечивал правильную основу для упражнения, а не поиск упражнения самого по себе. Есть упражнение и есть потребность. Каково же положение индивидуума?

Саади в Rose Garden говорит:

Убежище впереди, тать позади,

Если идешь – достигнешь, если спишь – погибнешь.

Если вы выполняете духовные упражнения, в то время как еще не способны отличать их от эмоциональной активности, вы лишь усилите вашу эмоциональную жизнь. Вот почему в подлинных школах их всегда предписывают, в отличие от круговой системы в имитационных культах, где каждого заставляют делать их.

Возможно, один из наилучших способов запомнить вышесказанное – провести аналогию с историей о толстяке, поедавшим непомерное количество пищи. Кто-то сказал ему: «Разве вы не на диете?» Тот ответил: «Да, но мою сегодняшнюю диету я уже съел, а это мой обед».

Обусловленность может быть столь всеобъемлющей, что вступает во владение системами, которые изначально были гибкими и специфическими, обобщая их до полной неузнаваемости, хотя не лишая их, к сожалению, популярности.

Это породило довольно грустную шутку, которая, тем не менее, имеет определенные угрожающие черты:

ЗНАЕТЕ КТО Я?

Бродячий дервиш сел на обочине вблизи взъерошенного субъекта, который проговорил:

«Я не могу молиться, я не в силах понять суфийских классиков, мне не нравятся эзотерические упражнения...»

«Так бросьте все это», – посоветовал дервиш.

«Но как я могу? Я же известный в этих краях 'суфийский учитель'...»

Обусловленность и образование

В: Вы, кажется, говорите, что многие обычные институты воспитывают людей способом, который называется 'прополаскивание мозгов' или обусловливание. Но если психологи открыли, что человек воспитывается таким образом, то что можно поделать с этим и что в этом неправильного?

О: Нет сомнения, что люди обусловлены и что те мнения и верования, которые они называют своими, зачастую не их собственные, а насаждены другими людьми или институтами. Суфий Аль-Газали, среди прочих, указал на это почти тысячу лет назад.

Но предполагать, что все воспитание, образование и развитие человека должно осуществляться такими методами так же необязательно, как и воображать, скажем, что, раз помидор может быть выращен ускоренно-принудительно, то нет другого способа его вырастить.

Обусловливание необходимо, но оно будет работать только для определенных целей.

Другие цели требуют других подходов.

В Anwar-i-Suhaili сказано:

Мир – это холм, наши действия – крик;

К нам возвращается эхо от крика,

Хоть и длинна тень от стены,

Все же к стене возвращается тень.

Суфийское учение приходит, так сказать, через питание, в том смысле как ответил Тустари на вопрос «Что такое пища?» Он сказал: «'Пища' – это созерцание Живущего».

По мнению Ибн Араби и других сообщество самореализованных – 'органическое', если не учитывать то, что эта организация значительно более тонкая и эффективная, чем та, что вызвала у нас данную аналогию.

Вторичное 'я' препятствует учебе, оно останется обусловленным пока не будет 'очищено' – другой технический термин, уподобляющий его зеркалу, на котором пыль. Это подчеркивается классическими и современными представителями суфизма, а также Ибн Араби (в его Fusus).

Поиск честного человека

ВСЕГДА приходит время, когда материалы-инструкции, которые изначально применялись, чтобы направить внимание определенных людей на определенные цели, принимаются в качестве ‘Евангелия' или упрощаются до потери полезности и толкуются поверхностно.

Возможным примером последнего является распространенная идея о смысле Диогеновского поиска, с горящей лампой среди бела дня, честного человека.

Люди думают, что он делал так, чтобы показать, как редки честные люди. На самом деле, эта процедура может рассматриваться как очевидный пример привлечения внимания к проблеме в целом: не только к тому, что честные люди редки, но и к вопросу, можно ли их найти, как и где. Двусмысленность толкования появляется только тогда, когда ученик не придает равного значения обоим толкованиям.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №26  СообщениеДобавлено: 26 сен 2014, 12:44 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Диоген, умерший в 323 году до н. э., известен как основатель школы Киников. Их целью было учить, что привязанность 'вещам этого мира' является рабством. Сегодня, по иронии, киники (циники) привязаны к цинизму, являются его рабами.

С другой стороны, честность, как архетип, должна иметь образец вне фактической нечестности человечества. Саади дает такую молитву:

Поступай со мной так, как достойно Тебя,

А не так, как достойно меня.

Действие учений весьма отличается от их описания. Следовательно, учения всегда должны оставаться свежими и гибкими, и нам не нужно общаться на языке той 'тайной травы', которую я упоминал в Женеве .

Честность, конечно, нелегка: так как без затруднений настоящая честность практикуется тогда, когда она – проявление внутренней реальности, а не обязанность или затруднение. Но для иллюстрации деятельности честного человека определенные принципы могут быть использованы.

РАССКАЗ О ХАТИМЕ

Когда Хатим аль-Асамм из Балха (сейчас в Афганистане) пришел в Багдад, люди окружили его, говоря:

«Ты не араб и говоришь запинаясь, но заставляешь умолкнуть любого».

Он ответил: «Три правила позволяют мне превзойти моего оппонента. Я счастлив, когда он прав, печалюсь, когда он неправ, и я стараюсь не вести себя глупо по отношению к нему».

Ибн Ханбал спросил Хатима, как сохранить человечность в этом мире. Тот сказал:

открыть спойлер
«Вот четыре правила. Прими невежество других и избавь их от своего, удели им из того, что имеешь, и не жди ничего от них».

Как знает каждый, поза честности – не то же самое, что сама честность. Но многие ли люди могут сказать, честны они или ведут себя так, как будто они честны?

Для того, чтобы выразить этот важный вопрос, был придуман один рассказ. Для иллюстрации, он был вложен в уста двух помешанных, что, в действительности, не должно заставить нас думать, что подобное не может случиться с нами, удивительно нормальными людьми:

Первый (помешанный религиозный фанатик): «Господь говорил со мной!»

Второй (такой же): «Я этого не делал!»

Как может быть один метод так же хорош, как и другой?

В: Меня заинтересовали ваши слова о том, что один и тот же человек или группа людей может применять совершенно различные техники для достижения одной и той же цели. Но как может один метод быть так же хорош, как и другой?

О: Если дом в огне, то к одному окну могут быть приставлены две лестницы. Обе ведут на землю. То, что они разного цвета, может затемнить тот факт, что они – лестницы.

В: Но как мы узнаем, что это лестницы?

О: Вы узнаете, научившись распознавать лестницу, когда вы ее видите.

В: Как это сделать?

О; Знакомясь с лестницами.

В: И взбираясь по ним?

О: В то время, как вы учитесь распознавать» вы взбираетесь по ним, что есть часть учебы.

В: Но некоторые люди настаивают на том, что есть только одна лестница – их собственная.

О: Они правы, если говорят так только для того, чтобы сфокусировать внимание на спасительной лестнице, как на средстве. Если это работает, то это эквивалентно тому, что она единственная правильная. Для практических целей это так.

В: Правы ли они в каких-то других случаях?

О: Редко, потому, что, если бы они действительно были правы, они учили бы не тому, что «Есть только эта лестница», а «Посмотрите на все эти лестницы; они могут – или могли – действовать. Наша, однако, подходит для вас и для меня». Неумение сделать это выдает невежество.

Замечание: Но у них мало времени.

Комментарий: Так же, как и у всех.

В: Не слишком ли коротки некоторые лестницы?

О: Лестницы бывают всякие: новые, старые, прогнившие, короткие, длинные, синие, зеленые, непрочные, крепкие, используемые где-то в других местах, а также все остальные возможные варианты.

В: Что со всем этим следует делать?

О: Постарайтесь осознать, что дом в огне. Если вы можете сделать это, не становясь одержимым или неразумным от этого, в особенности, не становясь внушаемым из-за сосредоточенности на этой идее, вы можете выбраться. Но пока вы полны надежды или страха, сентиментальности или желания социальной активности, личной известности или даже признания, вы не будете способны использовать лестницу, вы, возможно, не сумеете узнать ее, и, конечно, вам придется растрачивать свои силы в многочисленных кругах, которые присутствуют здесь для поощрения указанных тенденций.

Люди учатся методами, соответствующими качеству и цели их стремления: это неизменный суфийский постулат.

В Anwar-i-Suhaili сказано:

Никто не сыщет наверх пути

Пока ему стремления ступени не найти.

Никто дождя не пьет из кудука –

Ищи помост, чтобы к Луне взойти.

Равным образом, есть, конечно, много людей, которые не могут учиться чему-то в данное время, поскольку имеют какие-то другие ожидания, какую-то озабоченность, возможно эмоционального характера. Поразмышляйте над следующим сообщением:

«В субботу вечером более 3000 прихожан почти в панике выбежали из знаменитой церкви Четок Девы Марии в Помпеях при взрыве бутылки кока-колы»

6

Двадцать три пункта для изучения

Двадцать три пункта для изучения

В: Нельзя ли дать какие-либо афоризмы или утверждения, которые я мог бы записать и изучать, что помогло бы продвижению по суфийскому пути?

О: Если вы не жизнеспособны в обычном мире, вы не станете таковым нигде. Если вы плохо умеете контактировать с людьми, мы не можем предложить вам взамен сообщество, где 'мы понимаем друг друга'. Это относится к игре-в-жизнь и, конечно, некоторые люди называют ее реальной жизнью.

* * *

Если вы привыкли, что в повседневном мире вас поддерживают и подталкивают социальные, психологические и другие давления, то в некотором смысле вы реально вообще не существуете. Те люди, которые падают духом и раскисают в часто не оказывающей давление дервишеской среде, становятся утомительными для других или стараются привлечь или добиться внимания: они распадутся на части, и никто не сможет им помочь.

* * *

Старайтесь помнить, а если не можете помнить, попытайтесь хорошо ознакомиться со следующей мыслью.

Многие люди, которые воображают, что они с нами, потому что физически присутствуют, или потому, что согласно обычным критериям (чувство преданности, проникнутости идеями) якобы присутствуют, многие из этих людей, в действительности, вовсе не здесь. Если вы один из них, мы ничего не можем для вас сделать. Если вы подобны обычному человеку, то есть, если у вас есть склонность 'быть здесь' только для ограниченного и примитивного развлечения, но это только склонность, а не способ жизни, тогда мы, может быть, сможем достичь некоторого успеха.

* * *

Помните, что человек настолько стандартизован, что внешнему наблюдателю, замечающему его реакции на различные стимулы, нет нужды предполагать наличие у каждого человека индивидуального управляющего ума. Вероятнее, что он сделает вывод о существовании отдельного внешнего ума, а о людях, как о простых выразителях его воли.

* * *

Зафиксируйте следующее:

Фактически, все известные вам организации в большой степени работают на вашей жадности. Они притягивают вас, поскольку то, что они говорят или делают, взывает к вашей жадности. Это скрыто только их фасадом. Если вы перестанете слушать их слова и посмотрите на результат, вы вскоре увидите это.

* * *

Помните, что жадность включает в себя жадность не быть жадным. Так, если кто-либо говорит: «Не будь жадным, будь щедрым», вы, возможно, внутренне истолкуете это таким образом, что будете развивать жадность к щедрости. Тем не менее, это остается жадностью.

* * *

Есть вещи, которые нужно делать для себя. Сюда входит ознакомление с данными вам учебными материалами. Реально вы можете делать это – и таким образом приобрести реальные качества – только если прекратите на время потакать желанию немедленного удовлетворения.

* * *

Все члены современных обществ, за немногим исключением, нуждаются в переходе от примитивной морали к более высокой. Примитивная мораль – это та, которая говорит вам, словно ребенку, что честность сделает вас счастливым, принесет удачу, приведет вас к более высоким вещам. Честность, сейчас вас можно проинформировать, существенна как инструмент, а не как почитаемый, редко-достижимый эмоционально-отягощенный идеал.

* * *

У суфиев есть их собственные методы отталкивания неподходящих людей. Вы, возможно, знаете только один или два способа. Обратите внимание на приемы, которые, например, заставляя людей делать вывод об их никчемности, отталкивают их.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №27  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:02 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
* * *

То, что вы можете счесть притягательным, или что даже распространяется нами, чтобы быть притягательным для вас, возможно вовсе и не предназначено для этого. То, что притягивает вас или других к нам, может быть тем, что составлено нами как инструмент, который дает возможность считать вас (или других) неподходящими.

* * *

Можно давать или отказывать способом, гораздо более действенным, утонченным, полезным, который совершенно незаметен для людей, думающих, что давание или отказ делается посредством внешней оценки. Если вы ищете какой-либо знак одобрения или 'продвижения', знайте, что вы не готовы для этого. Прогресс приходит через способность учиться, и он неостановим. Никто не может стать между вами и знанием, если вы достойны его.

* * *

Кто угодно или что угодно может стать между вами и знанием, если вы недостойны его.

* * *

Вы можете научиться большему за полчаса прямого контакта с источником знания (не имеет значения видимая причина контакта или предметная сторона дела), чем за годы формальных усилий.

* * *

Вы можете учиться и снабжать себя скрытым знанием, развитие которого происходит на более поздней стадии. Только те, кто настаивает на немедленном внимании к себе, хотят чего-то еще.

открыть спойлер
* * *

Роль учителя в том, чтобы пробуждать способности в ученике, обеспечивать тем, что имеется тогда, когда это будет полезно, направлять его к развитию, а не в том, чтобы поражать, создавать впечатление добродетели, силы, важности, общей информированности, знания или чего-то еще.

* * *

Систематические занятия или режим ценны тогда, когда они полезны. Когда это не так, они могут быть отравляющими.

* * *

Те, кто ищет последовательность как главный фактор в людях или в учебных материалах, ищут систему на стадии, на которой она не обозначена. Так делают дети и дикари, когда они требуют информацию, которая объяснит или сделает возможным все. Последовательность же, предлагается теми людьми, чье дело – предлагать комфорт и утешение как цель.

* * *

Если вы ищете озарения или понимания, тогда как то, в чем вы действительно нуждаетесь, это информация или отдых от внешних давлений, вы ничего этого не получите. Если вы знаете, чего хотите, вам следует пойти и получить это.

* * *

Если вы привносите привычку судить о вещах в те области, где она неприменима, вы будете судить способом, который не соответствует вашим потребностям.

* * *

Вы не можете работать на более высоком уровне, применяя целиком понятия, язык и опыт более низкого уровня. Работа на более высоком уровне заключается в сочетании поведения и отношений.

* * *

Высшая степень нелепости, лишающая вас способности к реальному учению за пределами достигнутой вами стадии, это воображать, что одно является другим. Если вы думаете, что книга – это бутерброд, вы можете пытаться есть ее и не будете способны учиться тому, чему книга может научить. Если вы к тому же воображаете, что 'открыты', или 'работаете', или страстно стремитесь учиться в то время, как лишь играете в социальную игру, вы ничему не научитесь. К тому же люди, которые отказываются играть в эту игру с вами, непременно, рано или поздно, будут вас раздражать.

* * *

Объединения людей могут принимать две формы: образования, основанные для того, чтобы выражать или реализовывать стремления своих членов; и другие, которые существуют для того, чтобы приобретать то или снабжать тем, что необходимо. Желания и потребности не одно и то же. Различие в информации. Если люди знают, что им нужно, им не приходится путать желания с потребностями.

* * *

Если вы еще не знаете различия между мнением и фактом, вы можете изучать его по ежедневным и еженедельным газетам.

7

Всеобъемлющая учеба

Учение и не-учение

В: Многие люди столько читают, и все же это их не меняет, в чем дело? Можно ли не впитывать суфийскую информацию через написанное слово?

О: Чтобы учиться чему-то, вам, вероятно, надо многократно к нему обращаться, возможно, просматривать под разными углами зрения, и надо также уделить ему определенного рода внимание, что даст вам возможность учиться.

По нашему опыту, люди терпят неудачу в учении по суфийским материалам по той же причине, что и в учении другим вещам – они читают избирательно.

То, что затрагивает их эмоционально или нравится им, или бросает в дрожь, они будут помнить или искать в большем количестве и более сильного воздействия.

Поскольку такие вещи часто являются последним из того, в чем люди, может быть, нуждаются, и поскольку такое несбалансированное отношение к любой вещи делает человека нуждающимся в уравновешивании его подхода, мы имеем ту ситуацию, которую вы описываете.

Мы можем сразу же признать невероятным то, что культуры, которые стремятся выдвигать на первый план необработанные вещи, вещи, которые мгновенно привлекают, и проектировать их в притягательных формах, поддерживать и подкреплять их, дадут в целом людей со склонностями к чему-то иному, нежели к еще большему количеству таких же вещей. Более того, это поведение просто увековечит такой тип личности и позиции, что создали его в самом начале.

Если у вас есть шоколадный торт, украшенный шестнадцатью вишенками, и вы сразу поедаете вишни, потому что они вам нравятся, и затем хотите знать, почему вы не съели торт – что это даст вам? И если я расскажу, понравлюсь ли я вам?

Вот тот барьер, который надо преодолеть. Через него проходят, наблюдая его в действии, решая преодолеть его и предпринимая действия, чтобы всесторонне изучить его, а не притворяться учеником и потом удивляться, почему не научился.

ВИДЕТЬ В ГЛУБИНЕ ГОРЫ РУДУ

Чтение не меняет людей, пока они не готовы измениться. Руми сказал: «Вы видели гору, вы не видели в глубине горы руду».

Просто наличие полезной книги, даже одной из величайших книг, не означает, что можно или, возможно, следует пытаться в любой данный момент времени учиться по ней правильно. Суфий Садреддин сказал в своем Testament: «Отныне не позволяйте каждому пытаться учиться на писаниях шейха Ибн Араби или моих, ибо эти ворота закрыты для большей части человечества». .

Так потому, что учителя, возможно, не нуждаются в содержимом книг, но могут использовать их для учеников, в то время как ученики, возможно, не знают, что вряд ли извлекут пользу, изучая книги произвольно, как обычно они это делают.

Даже самотитулованные 'специалисты', среди них есть и филологи, не переводят правильно различные уровни и подтексты суфийских материалов. В. действительности, есть признаки, что многие из них вообще не видят дополнительных измерений и альтернативных прочтений классической литературы. Некоторые даже признают, что не способны это сделать. Отчасти характерно, что они почему-то не прекращают переводить или не обогащают свое восприятие этих материалов.

Суфийское употребление работ Хафиза совершенно иное, чем у обычных переводчиков или читателей. Я уже отмечал в другом месте , что, едва ли найдется правильное толкование самого первого куплета основной классической суфийской работы Руми The Masnavi, хотя его много раз переводили и тысячи раз цитировали.

Мы могли бы дать сотни примеров. Действительно, давайте просто откроем Gulistan (Розовый сад) Саади, возьмем один отрывок и посмотрим, что получится. Вот отрывок, как он звучит на персидском:

Kasani ki yazdan-parasti kunand

Bi-awazi dulab masti kunand.

Один английский перевод дает, достаточно дословно, следующее:

Those who are God-worshippers

Become drunken (even) at the sound of a water-wheel.

(Те, кто поклоняется Богу,

Опьяняются (даже) от звука водяного колеса.)

Так вот, слово dulab (водяное колесо) означает также, метафорически, на персидском 'обман'. Следовательно, Саади говорит:

1. Люди, поклоняющиеся божественному (yazdan), приходят в состояние опьянения даже при звуке водяного колеса. В таком контексте это может означать либо то, что они могут быть столь обусловленными (конечно, в случае поверхностных людей), что любая вещь ввергнет их в то, что они считают религиозным состоянием, либо еще то, что любая вещь могла бы напомнить (правильно настроенным мистикам) о Божественном.

2. Любой человек, принадлежащий к упомянутым выше типам, может быть введен в соответствующее состояние (воображаемое или реальное) обманом.

Итак, вместо не вызывающего возражений, но фрагментарного перевода «Все, что угодно, ввергнет верующего в экстаз», мы находим целый смысловой спектр, открывающийся по мере того, как мы рассматриваем слова в их альтернативных значениях, он включает:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №28  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:02 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
1. Фиксация на Божественном может привести к опьянению им посредством звука, производимого неживым объектом, не предназначенным вызывать такой эффект.

2. Люди, сосредоточенные на Божественном, могут вновь возвращаться к опьянению (которое может быть, а может и не быть, неподдельным мистическим переживанием) при помощи ритмического звука.

3. Истинные мистические переживания в преданном могут быть вызваны ритмическими методами.

4. Переживания, о которых предполагают, что они мистические, могут быть обманом вызваны в людях, занимающихся (искренне или нет) служением богу.

Персидская поэзия изобилует многозначностями такого рода. Суфию надо быть в состоянии удерживать в уме все взаимоисключающие возможности осмысления, чтобы видеть весь диапазон возможных значений человеческого опыта, который обычные люди втискивают в гораздо меньший диапазон понимания.

Некоторые характерные черты суфийской литературы

В: В вашей книге Суфии мы находим некоторый пояснительный материал по суфийской литературе. Не могли бы вы сказать что-нибудь еще по этому предмету, чтобы помочь в его изучении?

открыть спойлер
О; Ничто так не выдает поверхностного или неинформированного ученика, когда он приступает к изучению и представлению текстов, имевших хождение ранее, как его способ использования литературы.

Для полной определенности, мы должны указать, что те, кто является прежде всего литератором и академическим ученым, изучают и оценивают литературу способом, соответствующим только внешней оболочке суфийской литературы.

Люди неохотно допускают такую возможность отчасти потому, что многое из суфийской литературы является частью классического литературного наследия: они считают, что она должна быть доступна для изучения только из-за своих источников, разнообразия, изящности, лексики и т. д.

Говорить, что весь этот великолепный материал содержит что-то, не воспринимаемое его самыми рьяными самозваными приверженцами, – значит вызывать их оскорбительное осуждение. Но поскольку это так, мы обязаны сказать об этом. Нравится им это или нет, суфийская литература была написана не для закоренелых педантов, востоковедов, и часто даже не для нынешнего поколения. Есть оболочка, которая видна всем. Зерно может быть собрано теми, кто знает, во-первых, что является шелухой, а также – как добыть зерно.

С точки зрения 'инструментального' использования литературы, деятельность по заучиванию отрывков, отбор привлекающих частей, сравнение изданий и рукописей, поиск эмоциональных или интеллектуальных стимулов – все это область, отличная от внутренней функциональной области, представленной в этой литературе.

Никто не отрицает, что такие мастера, как Руми, открыто говорили об этом. Но на это не обращают никакого внимания – и продолжают изучать Руми. Результат таков: они поглощают обучающий материал вместе с нейтрализующим противоядием, или защитным материалом, которым он окутан. Единственный эффект – культурный, в антропологическом смысле слова.

С суфийской точки зрения, такие люди, конечно, имеют полное право на свой уровень понимания. Серьезность ситуации становится очевидной, когда они учат других людей, способных на большее понимание, обращаться с этими материалами таким же относительно поверхностным способом, как делают это они сами.

И вот тут-то мы вынуждены кое-что сказать и многое сделать.

Мы обнаруживаем, что сфера бытия таким образом подготовленных людей бедна, а восприятия (в суфийском смысле) – карликовые. Иногда они оказываются под влиянием определенных стимулов и развивают то, что является тревожными тенденциями доктринерской или академической природы.

Вот несколько особенностей суфийской литературы:

1. Некоторые книги, некоторые отрывки предназначены для чтения в определенном порядке.

2. Некоторые книги и отрывки следует читать при особых внешних условиях.

3. Некоторые следует читать вслух, некоторые молча, некоторые в одиночестве, некоторые в группе.

4. Некоторые являются лишь средствами для иллюстраций или передачи другого содержания, обычно рассматриваемого как чуждое или вторичное по отношению к тексту.

5. Некоторые имеют ограниченное использование или временное назначение, будучи адресованными сообществам в определенных местах, на определенных стадиях развития или на ограниченное время.

6. Некоторые формы имеют скрытые значения, которые дают согласованные, но уводящие в сторону смыслы, защитные средства, чтобы отваживать тех, кто может напортить.

7. Некоторые нашпигованы материалами, умышленно составленными для того, чтобы ввести в заблуждение или увести в сторону, для их же собственной безопасности, тех, кто не обучен правильно.

8. Некоторые книги содержат совершенно иной потенциал, и они являются передаточным механизмом, использующим средства, отличные от содержащихся в них писаний. Исходно, они составлялись вообще не для чтения.

9. Суфийская литература – это часть тщательно разработанного плана. Ее неправильное использование не ведет к чему-то, имеющему постоянную ценность.

Суфийские доктрины, а временами и ключи к ним, иногда вставлены в совершенно другой материал, вообще не распознаваемый непосвященными как суфийский. Многие из этих доктрин в действительности являются темами для медитаций. У них глубокая функция, почти неизвестная скучным формалистам, фанатикам, имитаторам или оккультистам.

Многие люди знакомятся с классикой или любой суфийской литературой, которую могут достать, думая, что извлекут из этого пользу. Многие, опять-таки, думают, что уже извлекли пользу. Но поскольку, такие люди не могут постичь повторяемость или образец, на котором основан план учебы, они не извлекают питательного и развивающего содержимого из этих материалов.

Даже просто знакомство с суфийскими материалами, с целью будущего развития, должно в некоторый момент происходить в соответствии со Школьным образцом, который сам основан на 'великом замысле', раскрывающем богатства этой необычайной сокровищницы.

Никакая форма отбора, никакой способ изучения от А до Я, никакое просто погружение в 'суфийское мышление', никакое участие в суфийских упражнениях или ритуалах, если те проводятся произвольно (а под этим мы понимаем отсутствие руководства со стороны тех, кто знает образец) – ничто из этого не может открыть доступ к глубокому суфийскому содержанию.

Люди могут думать, что получили нечто. Но это характеризует последователей каждой и любой школы, системы, религии и т. д. То, что они получили, гораздо более поверхностно, чем они воображают.

В этом, в частности, причина для того, чтобы специальная и специализированная школа руководила введением суфийских материалов.

Суфийские материалы, по необходимости, разработаны так, чтобы восприниматься в истинном значении людьми, которые находятся на такой стадии или в таком состоянии, чтобы извлечь из них пользу. Если же люди не находятся на определенной стадии или в определенном состоянии, они принимают поверхностные, эмоциональные или вводящие в заблуждение 'значения' из суфийских материалов.

Эта тенденция прослеживается в поведении животных и людей, находящихся на разных стадиях понимания и в различных состояниях ума. Вы можете ежедневно находить такие примеры, показывающие неспособность правильно использовать ум в равнозначных ситуациях обычной жизни. Многие суфийские шутки воспроизводят такие ситуации, но и газеты полны ими. Подумайте вот над чем:

ПАМЯТНИК, ПОДЛЕЖАЩИЙ ОХРАНЕ

«Члены городского совета Райда, остров Уайт, прошлым вечером разразились хохотом при сообщении Уайтхолла (правительственного департамента) о том, что морской пирс официально внесен в список памятников, представляющих исторический или архитектурный интерес. Этот пирс был разрушен в 1952 г» .

Отсутствие точной информации и лежащая в основе этого неспособность отыскать ее, вместе с предположением, что вещи таковы, как воображает кто-то, составивший этот список, обеспечили охрану несуществующему пирсу. Еще в большей степени, чем со зданиями, тот же тип мышления активизируется, когда многие люди имеют дело с идеями, литературой и людьми. Механизм мышления подобного рода применяется к любой другой вещи точно таким же образом.

Не нужно даже быть человеком, чтобы делать предположения относительно чего-то, что в результате бесполезно и вредно для вас. Взгляните на следующее сообщение:

ОБЕЗЬЯНА И ГОЛОВА

«Одного человека в Куала Лумпуре, Малайзия, пришлось госпитализировать из-за растяжения связок шеи, полученного им, когда обезьяна, наученная срывать кокосы с высоких деревьев, прыгнула к нему на плечи и принялась откручивать ему голову» .


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №29  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:03 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Без сомнения, эта обезьяна, если ее подучить, включила бы несуществующее сооружение в список как 'представляющее интерес'.

В процессе передачи надо принимать в расчет того, кому нужно что-то передать. Обдумайте это и сравните с ситуацией, когда кто-то покупает книгу и читает ее в соответствии со своими собственными понятиями о том, что пытаются сообщить:

СОБАКА И ОБЕД

Швейцарская пара поведала газете Blick, что они взяли своего любимого пуделя в Гонконгский ресторан и показали официанту, что хотят его накормить, знаками изображая процесс еды. Пуделя увели. Когда официант вернулся с блюдом, накрытым серебряной крышкой, они обнаружили, в нем свою собаку, зажаренную и украшенную приправой из перцев и бамбуковых ростков .

Сообщают, что эта пара была травмирована и пережила эмоциональный шок. Многие суфийские учителя, как например Руми, отразивший в Fihi Ma Fihi и Masnavi обращение людей с духовными материалами, окружены почти такой же атмосферой травматизма.

Беспристрастность как точка зрения

В: Как достичь беспристрастности?

О: Беспристрастность большинства людей вовсе не является таковой, но лишь ширмой для пристрастной точки зрения.

Если у вас есть пристрастие к беспристрастности, вашей целью должен быть контроль этого пристрастия, а не борьба за беспристрастность, потому что вы никогда не достигнете беспристрастности через пристрастность.

Люди, верящие, что они беспристрастны, редко, однако, являются таковыми.

открыть спойлер
Найти беспристрастных людей обычно легко только тем, кто в них не нуждается.

Как сказано в Anwar-i-Suhailli: «Если бы практика была проверкой, мы могли бы распознавать лгунов по их лицам».

Как пример беспристрастности, вспомним поступок Бишра ал-Хафи, упоминаемый Газали в его Book of Knowledge, когда тот похоронил множество книг, сказав: «Я чувствую побуждение подробно излагать Традиции. Но не буду делать этого, пока желание не успокоится».

Недостаток опыта и информации является причиной отсутствия беспристрастности, но это не удерживает людей от веры в то, что, на самом деле, они объективны. Они верят в это, потому что у них есть сильное желание быть или казаться беспристрастными. Отсюда указание Бишра на препятствующую роль эмоций желания.

Мы можем проиллюстрировать, что делают люди, когда у них весьма мало информации и весьма много желания, бесспорно 'объективным' случаем, взятым из антропологических исследований Новой Гвинеи:

ПОКУПКА ПРЕЗИДЕНТА

В апреле 1966 г. некоторые островитяне отказались платить налоги, потому что они копили средства для покупки Президента Соединенных Штатов. Они уже отказались голосовать, поскольку в избирательных бюллетенях не было имени Президента .

Чтобы достичь беспристрастной точки зрения, вам надо быть способным смотреть на ситуации, отделяясь от их непосредственных 'сообщений', с тем, чтобы, в конце концов, вы могли видеть вещи 'со всех сторон'.

Если бы меня попросили проиллюстрировать это примером с Запада, я выбрал бы следующую историю:

ДВОЕ В СУМАСШЕДШЕМ ДОМЕ

Психиатрам, посетившим один сумасшедший дом, сопровождающий описывал два случая.

«В этом боксе, – сказал он, – находится человек, который сошел с ума, когда другой женился на девушке, которую он любил».

«А в следующем?» – спросил один посетитель.

«Там человек, который женился на той девушке».

Характерные черты и цели суфийской группы

В: Не могли бы вы назвать некоторые характерные черты и цели действующей суфийской группы?

О: Внешний вид: Может принимать любую форму, сообразную с культурой, в которой она работает, руководящий принцип в том, что определенным людям необходимо быть связанными в своего рода жизнеспособный организм.

Цель: Формировать и поддерживать, под соответствующим руководством, особые условия, в которых может действовать Учение.

Намерение: Предоставить возможность столь многим людям, сколь это возможно, в надлежащем порядке достичь того понимания, которое будет способствовать тому, что более высокие (так же, как и более низкие) воздействия Учения дадут максимальную развивающую помощь.

Программа: Поддерживать групповую работу как канал для все более тонких импульсов из Источника, и настраивать членов группы так, чтобы они могли воспринимать эти импульсы.

Характерные черты: Достаточно серьезные, но не догматичные люди; позиции, подобающие для того, чтобы передача действовала; подходящая ориентация для принятия и работы с материалами, данными или указанными Представителем Учения в данное время.

Modus Operandi: Встречи, чтение, 'прослушивание', представления, практики, теоретические и практические занятия, организация окружающей обстановки.

Вырождение: Становится явным по следующим признакам: принятие упрощений, сокращение активной деятельности, мессианское или панацеанское мышление, считающиеся священными иерархические образцы поведения, буквальное принятие аллегорий и наоборот, агиография, обеспечение социальными и психологическими стимулами и/или утешениями, предложение сферы для проявления личности, утоление желаний внимания, переориентация на занятия политических, организационных, религиозных, психологических, социальных, академических, семейных и других кругов.

Сопоставьте это с тем типом группы, которую составляют такой 'человек учения' и его окружение, о ком Аль-Заури говорит: «Будьте уверены, что он – самозванец и мошенник: потому что, если бы он сказал им правду, они возненавидели бы его».

Предварительные условия для ученика в суфизме

В: Не могли бы вы изложить мне предварительное условие, существенное для ученика в суфизме? Я думаю, что это понимают неправильно.

О: Существенным является то, что учащемуся не следует пытаться навязывать свои собственные условия обучения или критерии прогресса.

Что касается понимания, учащемуся не следует думать, что он может понимать просто потому, что он этого хочет.

ТЫСЯЧА ЛЮДЕЙ НАЗОВЕТ ВАС НЕВЕРУЮЩИМ

О том как понимают, великий Джунайд из Багдада сказал вот что:

«Никто не достигнет ступени Истины, пока тысяча искренних людей не объявит его неверующим».

Но искренность, о которой он здесь говорит, – это не настоящая искренность, не абсолютная объективность. Это искренность людей, воображающих себя искренними, потому что они верят определенным вещам, знают они их или нет.

Искренний поступок, отражающий настоящую искренность, определен Абу-Якубом аль-Суси (в Taaruf Калабадхи):

«Настоящий искренний поступок – это поступок, который известен не от ангела, учитывающего добрые дела и грехи, не от демона, для уязвления которого он совершен, и не от самого совершившего его, чтобы им гордиться».

Это означает, что людям нужно стать осведомленными об их сущности, о той реальной их части, которая говорит тогда, когда другие составляющие молчат.

НАСЕКОМОЕ

В Fihi ma Fihi Руми говорит о крошечном полевом насекомом, которое поначалу и не увидишь. Но как только оно издает звук, люди настораживаются и видят его. Подобным образом, люди потеряны в поле этого мира, в том, что их окружает и заботит. Сущность внутри человека скрыта всем этим беспокойством.

ОНИ ВСЕ ВЫГЛЯДЯТ ОДИНАКОВО

Управляющего китайского ресторана попросили в лондонском суде опознать человека, который подозревался в краже цыплят из китайского ресторана. Он сказал: «Для меня все белые люди выглядят одинаково» .

Увиденное не всегда постигается в его качествах, что возможно связано с конкретным восприятием, как в этом случае с китайцем и белым человеком. Китаец, в терминах Руми, 'потерян' в поле собственного мира. Внешность белого человека, как ожидалось в суде, была инструментом: то есть, опознание по внешнему виду привело бы к определенным фактам. Описание, хотя и необходимое, было вторичным.

Учащемуся также следует рассматривать такие вещи, как лекции, в качестве инструмента, а не как описание, помня о том, что, как сообщает Фарис, ответил Абу-Абдуллах Шиктхал на вопрос, почему он не читает лекции:

«Существование не реально, и будет неправильно говорить о том, что не реально. Словами нельзя описать Реальность, так зачем мне тогда говорить?»

Учащийся должен быть подготовлен для переживаний и вдохновений, которые не воздействуют на обычное сознание, где слова и эмоции выполняют свои функции.

Хотя 'этот мир' не реален, но поскольку то, что мы в нем воспринимаем, зависит от наших чувствовосприятий, которые могут быть ложными, приученными или измененными, и, следовательно, ни в коем виде не является абсолютом, инструментальная функция подразумевает, что его можно использовать для целей обучения. Вот почему 'предварительным условием', о котором вы спрашиваете, несомненно является то, что этот принцип должен быть запечатлен в вашем уме. Суфий Гариб-Наваз так излагает его:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №30  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:03 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
«Каждая пылинка – это чаша, в которой можно увидеть весь мир»,

Одни вещи в этом мире способствуют пониманию, а другие приводят к большей вовлеченности в этот мир и последующему отсутствию восприятия и ложному пониманию.

ПРИТЧА О ДЕРЕВЕ

Шейх Абдул-Кадир из Гилана в его двадцать седьмом обращении Futuh al-Ghaib приглашает слушателей думать о добре и зле как о двух плодах с одного дерева. «Приблизьтесь к дереву и станьте его стражем и заботливым служителем, и овладейте знанием об этих двух ветвях и двух плодах и о тех, что их окружают, и оставайтесь у той ветви, что приносит сладкий плод, – и будет он тогда вашей пищей и источником силы, и остерегайтесь приближаться к другой ветви и есть плод с нее, коего горечь убьет вас... когда же эти плоды принесены вам, и вы не можете отличить сладкий от горького и начинаете есть их... вы можете положить в рот горький».

В ногу – это не в ногу

В; Не могли бы вы что-нибудь рассказать о техническом применении термина 'сумасшедший' у суфиев?

О: Есть персидская пословица: «Сумасшедшему достаточно крикнуть ХУ!» (Diwana-ra HOOI bas ast.) Повторение слога ХУ – часть суфийских ритуалов. В результате, эта пословица означает для интеллектуала, что вы просто выкрикиваете это слово, и уравновешенный ученик начинает валять дурака и, как подумает непосвященный, валять дурака ни с того ни с сего. Но суфий гордится быть 'сумасшедшим' в глазах несведущего, и поэтому сам использует фразу, чтобы указать, что на определенной стадии посвящения, одного слога, раз повторенного, достаточно для придания ему сил и приведения его в состояние, которого он желает.

открыть спойлер
Это сразу приводит нас к трудностям практики, которая непонятна для одной группы людей, однако полностью ОБЖИТА другой.

Книги, написанные суфиями, неполны; их надо читать в определенное время, возможно в сочетании с определенными движениями или определенными созвучиями, иначе их смысл лишь фрагментарен подобно многим другим вводным материалам, ценимым 'внешними' наблюдателями по их внешнему виду. Это похоже на то, как если бы человек облизал яблоко и объявил, что оно приятно для обоняния, но, по-видимому, лишено питательных свойств.

Некоторые люди, возможно, скажут, что они не будут искать просветления или духовных истин, если поиск будет включать требование валять дурака. Это подобно высказыванию, что вы поведете свою машину, при условии, что никому не будет позволено заливать в бак горючее. Некоторые говорят, что хотят чего-то, что они могут понять до того, как 'займутся этим'. Это можно уподобить высказыванию, что вы либо сами поведете поезд, либо не поедете на нем вовсе.

Именно это 'внешнее' отношение к вводным системам взращивает ложные культы, претендующие на то, что дадут вам 'тайны', которые вы можете понять. В действительности же, они не дают вам таких вещей вовсе.

Если вы чувствуете, что можете понять стихотворение, при условии, что вам дадут время или оставят в покое, чтобы впитать его, и не будете рассматривать его в противном случае, вы может быть отрезаете себя от стихотворения, которое, возможно, написано специально для чтения или декламации только при определенных обстоятельствах, которые сами могут включать отрицание тех условий, которые вы хотите навязать. Например – обычай, который вы создали или скопировали у кого-то. Недостаточно заявить, что эти правила священны. Они не священны, не могут быть священными – и не может оказаться, что они священны.

Известная фраза: "C’est magnifique, mais ce n’est pas la guerre" – типичный пример того, чего не должно быть, согласно суфийским убеждениям. Действительно, этого НЕ МОЖЕТ быть.

Есть интересная пословица, охватывающая применение технического термина 'сумасшедший' вместо 'суфий':

«Глупцу ничего не стоит уронить камень в колодец, но сотня ученых, возможно, не сможет достать его оттуда. Здесь может понадобиться суфий».

Эта пословица относится к затруднению, которое некоторые интеллектуалы (ученые) испытывают, имея дело с навязчивыми идеями или психологическими проблемами (глупец).

То, что кажется сумасшествием для некоторых, может быть здравомыслием для других: и, конечно, наоборот. В этой связи вспомните слова Шейха Абдуллаха Ансари из Герата:

И на подкову и на полированное зеркало для короля

Искусный ремесленник берет одно и то же железо.

«Тридцать тысяч американцев ежегодно умирают в результате приема лекарств, которые прописывают им врачи. Вдесятеро больше нуждается в госпитализации из-за вредного воздействия лекарств» .

То, что, возможно, хорошо для одних, конечно, не обязательно хорошо для других. Произвольное применение суфийских и других процедур, взятых из книг или переданных поверхностными имитаторами – это безумие, а не взвешенное и понятое применение действенных средств при правильно определенных обстоятельствах.

Окрасьте вином ваш молитвенный коврик

ВЕЛИКИЙ поэт Хафиз в одной из своих самых известных поэм говорит, что вам следует окрасить ваш молитвенный коврик вином, если так велит ваш учитель.

Этим советом, хотя, может быть, и приводящим в смятение ограниченный ум буквоеда, часто восхищаются суфии – и не только за его поэтическую красоту в персидском оригинале.

Суфии восхищаются этим наставлением потому, что это классический пример многозначности, где точная формула развития представлена в нескольких измерениях. Давайте рассмотрим отдельно некоторые составляющие, которые вместе дают ту инструкцию и то содержание, что только и может быть названо живым упражнением:

1. Шок: «Окрасьте ваш коврик вином» предназначено шокировать любого, чья вера основана на обусловленности, например, на том, что «Вино может означать только некое зло».

2. Аллегория: вино обозначает внутреннее переживание, подобное 'мистическому экстазу' в других системах.

3. Повиновение: приказания учителя – абсолютны.

4. Благоприятный момент: учитель приказывает вам сделать что-то, когда это показано для вашего развития. Он не говорит:

«Окрашивай свой коврик постоянно», или «До тех пор, пока не окрасишь свой коврик, ты не можешь быть суфием». Он говорит: «Когда я велю тебе окрасить твой коврик – окрась его».

5. Аналогия: Точно так же, как молитвенный коврик не есть молитва, а, скорее, внешняя вещь, то и вино, на этом уровне, есть внешняя вещь и, следовательно, вторично. Подобным образом, повиновение учителю, хотя и означает для поверхностной личности великую жертву и высокую заслугу, представляет собой лишь грубый и поверхностный уровень во взаимоотношениях между мастером и учеником, как коврик по отношению к молитве и вино по отношению к реальному мистическому переживанию.

6. Разнообразие упражнений: Не сказано: «Окрашивание коврика вином – это золотой ключик». Напротив, дан более чем намек, что это только один вид деятельности, одна часть измеренной и известной деятельности, которая куда-то приведет. Это наиболее сильный отличительный знак данной системы. До той степени, до которой ученик может сознавать, что он работает внутри сложного и тонкого организма, и только до той степени, он будет способен отойти от грубого фанатизма и поверхностности. Последователи 'систем' всегда ищут – или думают, что нашли – единственную практику, или ту самую волшебную палочку, которая даст им то, что они хотят: просветление или что бы там ни было.

Значение этого наставления невозможно переоценить. Оно будет отпугивать и раздражать тех, кто не может извлечь из него пользу. Оно будет совершенно бесполезно для тех, кто хочет превратить суфийский путь просто в культ. Оно будет изобличать и выявлять тех, кто на самом деле просто подражатели или романтики, потому что они не смогут получить пользу от тех терминов, в которых мы проанализировали его.

И все это содержится в нескольких строках чего-то такого, что в воображении литературоведа является, может быть, только лиризмом и поэтическим излиянием человека, который одобряет экстатические процессы.

До тех пор пока действительный дух таких технических материалов, как этот, не оценен учеником, мы не имеем дела с реальным учеником вообще; может быть, с потребителем поэзии, может быть, с последователем, даже позером, который не осознает, что он таков. Но мы не имеем дело с кем-то, кто, при данном условии, может развиваться за пределами внешнего.

Я действительно слышал о людях, которые считали себя учителями, и которые пили вино и рекомендовали своим ученикам поступать так же, пытаясь 'следовать словам Хафиза'.

Любому комментарию на такое вдвойне абсурдное подражательное поведение не следует быть, я уверен, хоть на сколько-нибудь более высоком уровне, чем шутка:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 53 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.

Текущее время: 27 ноя 2020, 13:51

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Вы не можете начинать темыВы не можете отвечать на сообщенияВы не можете редактировать свои сообщенияВы не можете удалять свои сообщенияВы не можете добавлять вложения
Перейти: