К ИСТОКУ

о развитии Божественного Начала в Человеке

 

 

Администратор Милинда проводит онлайн курсы по развитию сознания и световых кристальных тел с активацией меркабы. А так же развитие божественного начала.

ОНЛАЙН КУРСЫ

 

 

* Вход   * Регистрация * FAQ * НОВЫЕ СООБЩЕНИЯ  * Ваши сообщения 

Текущее время: 27 ноя 2020, 12:37

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 53 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4
Автор Сообщение
Сообщение №46  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:11 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Вышеизложенную информацию следует прочесть, изучить и понять как можно основательней. Без этого едва ли возможно быть полезным какой бы то ни было группе людей, где бы то ни было, кроме как социально или узко психологически, и не имеет значения, какие при этом используются теории, системы или упражнения.

Где есть идеология, обусловливание и внушение, там привнесен механический элемент, который вытесняет фактор восприятия реальности высших измерений, связывающий высшие функции ума с высшей реальностью.

Суфийский опыт познания предназначен поддерживать гармонию и близость с Реальностью, в то время как механические системы фактически отдаляют людей от нее.

КТО СТОРОЖИТ ОДЕЖДУ

Атгар в Сказаниях о святых рассказывает историю о великом суфии Хабибе Аджами, который оставив на берегу свою одежду, вошел в реку помыться. Мимо проходил Хасан из Басры и увидел это. Подумав, что кому-то надо присмотреть за этим имуществом, он остался сторожить его до тех пор, пока не вернется Хабиб.

Потом Хасан спросил у Хабиба, кого тот оставил присматривать за одеждой.

«Того, – сказал Хабиб, – кто поручил тебе присматривать за ней!»

Этот анекдот, предназначенный указать способ, каким делаются дела у суфиев, часто принимается примитивными имитаторами за образец для подражания, и они испытывают 'судьбу', оставляя вещи и пренебрегая обязанностями – с результатом, соответствующим их стадии невежества.

открыть спойлер
Горе от ‘дел духовных'

В: Как получается, что некоторым людям вовлечение в дела духовные причиняет так много горя и беспокойства. У некоторых расстраивается психика и ухудшается характер...

О: Во-первых, вспомните, что эту тенденцию отмечали и комментировали во всех религиях и других системах. Каким бы респектабельным ни было вероучение, всегда найдется что-то, что сведет с ума, и еще не нашли способа, как это предотвратить. Люди горюют и сходят с ума везде и от всего.

Во-вторых, те, кто действительно сознает эту психологическую проблему, всегда предпринимают попытки сократить эти вредные воздействия – вредные воздействия не процессов, а состояния ума страдающего, к которому процессы прививаются или применяются.

Именно по этой причине суфийские учителя стараются добиться того, чтобы определенные ученики не брались за многие упражнения. Некоторые учителя даже настаивают, чтобы такие люди не совершали, например, паломничество в Мекку, которое является обязанностью каждого мусульманина. Суфиев, по этой причине, упрекают в «препятствовании тому, что разрешено и предписано», упрекают те, кто слишком бестолков, чтобы понять, что, в Исламе, больным не следует делать то, что могло бы увеличить их немощь, даже если это предписано.

«Горе и беспокойство», о которых вы говорите, – следствие внутренней болезни. Это та болезнь, при которой становится хуже от всего, что приближается к ней, даже от духовных вещей, потому что, когда духовный элемент приближается к определенным формам болезни, само нездоровье искажает приближающийся элемент и неправильно его использует. Вы можете убедиться в этом сами, заметив как идеально благотворная вещь, будучи использована неправильно, или в неправильном месте, или с неправильными людьми, может причинить ущерб.

БРОСИТЬСЯ С ЧЕТЫРНАДЦАТОГО ЭТАЖА

В британских газетах не так давно промелькнули два сообщения. В одном из них говорилось о человеке, бросившемся с четырнадцатого этажа из-за своей 'религиозной' веры, будучи уверенным, что «Бог спасет его». Он разбился. В другом сообщалось, что религиозно настроенные люди предположили, что некто одержим бесами. Была сделана попытка 'изгнать' этих бесов с помощью ритуала, которому учит Церковь. Через несколько часов после церемонии изгнания бесов священником Англиканской Церкви этот человек убил свою жену, вырвав у нее глаза и язык.

Такие вещи могут случаться, когда люди путают духовные вопросы с медицинскими. Это, в свою очередь, происходит, когда воображают, что доктрина, а не опыт, дает возможность распознавать 'духовное'. Догме присущи указанные ограничения; как правило, по этой причине, газеты часто характеризуют такие трагедии как 'горе от дел духовных'.

Суфии неоднократно отмечали, что люди, пытающиеся следовать духовным путям без начальной тренировки по отделению от своей гордости, часто сталкиваются с горем и еще худшим.

«Те, кто пытается формировать пути зла в мире, – сказал Хасан из Басры (что, согласно суфиям, включает формирование личности в неправильной последовательности) – загублены».

Люди становятся психически ненормальными, следуя тому, что они принимают за духовные пути, пытаясь сделать то, что не только невозможно, но и абсурдно.

Я хочу отметить, что постоянное муссирование страха смерти, а не разговор о ее важности как феномена перехода, а также сбивающий с толку поиск 'безопасности' в насажденной одержимости (часто принимаемой за веру, но, на самом деле являющейся только догматизмом) – это две наиболее частых причины горя и беспокойства, о которых вы говорите.

На эту тему имеется два четверостишия на персидском выдающегося мастера Кхалилуллаха Кхалили, великого современного суфия. Вот и сравните его высказывания с бессодержательными произведениями, которые столь многими принимаются за духовные.

СМЕРТЬ И ГОРЫ

В первом он говорит:

Не смерти боюсь я, она мой помощник...

Доставила предков к месту их назначения:

С изящностью легкой и меня переправит!

В другом он рассказывает об обусловливании, кристаллизовавшемся в притупляющей и бесполезной жесткости, как о горе, и о гибкости понимания искателя, как о птице, в форме замечания птицы горе:

О, гора! Высокая и могущественная, достигающая небес.

Ты так поглощена самоуважением.

Пусть всего лишь маленькая птичка, я свободна

Порхать с цветка на цветок,

цепями ж опутаны ноги твои...

Обучение шоком

В: Не могли бы вы рассказать о суфийском приеме – обучении шоком?

О: В суфийских обучающих приемах очень важное место занимают вызывающие утверждения, которые делаются для того, чтобы произвести многостороннее воздействие на слушающего.

Именно по этой причине сказал Мансур Халладж общеизвестную фразу: «Я – Бог!».

Если на Западе кто-то скажет несколько более современным языком: «Гитлер был великим человеком!», шок от этого заставит услышавшего немедленно среагировать . Некоторых людей он в первый раз заставит понять, что это такое, услышать подобное заявление, и что это были за люди, которые говорили так. Он также поможет некоторым осознать, что, возможно, вопрос о величии Гитлера (или об обратном) не имеет отношения к их собственной ситуации. Некоторых он заставит осознать, что они одержимы этим 'величием', или отрицанием его, открыв при этом, как посредством фразы можно приводить их мнения в действие. Кому-то он покажет, как почти любой набор слов может быть использован для 'программирования' людей и для порождения в них 'верования' или 'противостояния'.

Именно этот прием иногда использовался Омаром Хайямом и его школой.

Пока это не понято, Хайяма, конечно, нельзя понять, потому что некоторые ученые берут его слова в их буквальном значении. Когда он говорит: «Каждая фиалка была родинкой на щеке чьей-то возлюбленной», они, должно быть воображают, что это перевоплощение или поэтический образ, в то время как, в действительности, это 'шок'. В современной Хайяму культуре теория перевоплощения была ересью.

Суфийская литература полна такого рода обучающего материала, переживаемого на опыте. Наличие его эффективно отсеивает поверхностных и узко мыслящих людей.

Люди обусловлены так, что определенные замечания им нравятся, а другие – не нравятся. Это почти всегда полезно, пока не достигаешь той точки, где лицемерие пользуется господствующими положениями в человеке и дает ему возможность манипулировать ситуациями и избегать реальности. Кроме того, в каждой культуре есть примеры, когда условности не позволяют людям говорить определенные вещи, которые истинны, ибо, в противном случае, прослывешь неприличным, хвастливым или враждебным по отношению к другим. Такой вид поддержания статус-кво может быть как хорошим, так и плохим. Иногда он приводит к 'видению как в туннеле'.

Чтобы оказывать влияние в таких ситуациях или указать на ограничения принудительного обычая, некоторые величайшие суфии не уклонялись от риска подвергнуться всеобщему позору. Я думаю, что их вклад в этом отношении не имеет себе равных.

МОЛЧАНИЕ И РЕЧИ

Хороший пример находится в книге Худжвири Revelation of the Veiled (перевод Николсона, 1911):


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №47  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:12 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
«Я прочитал в Историях, что однажды, когда Абу-Бакр Шибли (один из наиболее знаменитых суфиев прошлого) проходил по кварталу Каркх в Багдаде, он услышал высказывание некоего обманщика: "Молчание лучше речей".

Шибли возразил: "Твое молчание лучше твоей речи, но моя речь лучше моего молчания, потому что твоя речь – тщеславие, а твое молчание – пустая забава, тогда как мое молчание – умеренность, а моя речь – молчание"».

Всякий, кто воображает, что Шибли действовал так, потому что у него был тяжелый характер, или он был нетерпимым, или не сдержался, нуждается в таком суфийском шоко-обучении, так как все еще не научился тому, что имеется возможность, что некто, кого он считает (в силу обусловленности) вышедшим за рамки принятого порядка, в действительности, выражает словами то, что фактически является точным описанием господствующих обстоятельств.

Основное возражение против предположительно неприличных слов заключается в том, что они плохо воздействуют на того, кто говорит их, или учат присутствующих быть 'неприличными' и нескромными. В случае с таким человеком как Шибли, его статус был (и есть) таким, что первое невозможно, а второго не могло быть, так как Шибли был известен как всецело правдивый человек.

Эта позиция может показаться странной людям, не привыкшим к ней. Но, как гласит поговорка: «Странность (явления) – не опровержение (факта)».

Обусловливание в той же степени, что и невежество, увековечивает невежество человечества, подчеркивает Кхалили , когда говорит о мире и месте человечества в нем:

Зрители и исполнители на сцене – мы,

Сбитые с толку своими делами и делами мира,

Мы – марионетки в руке Времени,

Пускающиеся в пляс, едва зазвучит его мелодия!

открыть спойлер
Эмоциональные ожидания

В: Почему члены суфийской группы продолжают, иногда годами, читать книги и встречаться, явно ничего не делая, без какого-либо измерения своего прогресса и без понимания, как идут дела?

О: Такой группе надо 'износить' эмоциональные ожидания. В ней, также, должны быть обеспечены условия, в которых неуместные и привычные ассоциации, особенности, привнесенные из других систем, могут быть проявлены и замечены, с тем, чтобы каждый мог видеть, что является главным, а что нет. Если члены группы не видят этого, то это вообще не суфийская группа. Большая часть ее видимой работы – это работа 'подготовительной группы', что, впрочем, не означает, что она не может быть чрезвычайно важной: где еще вы получите такую возможность – переживать и наблюдать свои и чужие реакции вне социальных группирований, где эти уроки либо затушевываются, либо искажаются, обеспечивая поверхностными, плановыми выводами?

Если же вы обратитесь к опубликованным рассказам, которые иллюстрируют собирание людей вместе, эффект от взаимообменов для разоблачения недостойного или неуместного поведения или бесполезность поспешной интерпретации, то вы найдете материалы, опираясь на которые, вы сможете проверить поведение людей в такой группе, если являетесь ее членом.

Главная особенность, продемонстрированная спрашивающим – это особенность человека, который хочет чего-то ('прогресса' или 'понимания, как идут дела'), не желая вести активное наблюдение и усваивать опыт, имеющий место в группе и с группой. Если обратиться к традиционной терминологии, хорошо знакомой людям всех культур (она используется в данном примере не как упрек, а как прием), то: у нас так много жадности, опережающей наши способности, так много неудовлетворенности, обусловленной жадностью и ложными посылками, так много лени, что человек становится потенциальной жертвой какого-нибудь эксплуататора, который может появиться и пообещать автоматический прогресс без усилий или правильного выравнивания.

Тому, кто стремится освободиться от моральных требований унаследованной им культуры, не нужно думать, что эти требования не могут иметь такой функции, как упражнение. Ему надо учиться заново другим возможным функциям традиционных принципов, и он может сделать это путем более глубокого изучения повествовательных и иллюстративных материалов и участвуя в самой предварительной групповой работе, занимаясь подобной деятельностью больше, а не меньше.

И, наконец, индивидуальный и внутригрупповой прогресс не всегда виден для всех участников по их желанию.

ОДЕРЖИМЫЙ МИРОМ

Сравните этот подход с подходом механистических религиозных людей, которые просто культивируют одержимость. Фаридуддин Аттар приводит историю о великой женщине суфии Рабийе. Она была больна. Один ученый пришел повидать ее, и сидя возле ее кровати, снова и снова доказывал порочность нашего мира.

Но Рабийя, которая могла видеть сквозь слова, сказала, что он, очевидно, очень любит этот мир. Люди говорят снова и снова, неважно, в приятных или неприятных выражениях, о вещах, которые они любят. Основное здесь – это привязанность к чему-либо, положительная или отрицательная. «Если бы вы не были привязаны к этому миру, – напомнила Рабийя этому человеку, – вы бы ничего не говорили о нем: ни положительного, ни отрицательного».

Поспешность выводов

ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ могут встать между учащимся и тем, чему он мог бы научиться, если эти предвзятые мнения неверны или нефункциональны.

Предположения, что духовные пути должны принимать ту или иную форму, что следовать им должны люди того или иного типа, что ими должны обладать институты определенного типа, которые можно распознать, и т.д., – такие представления не только препятствуют учебе, но часто трансформируют ее в поиски предвкушаемого развлечения и поэтому, если не внешне, то фактически, способствуют превращению ее в отрасль индустрии развлечений.

Восточные мудрецы, чтобы установить связь с людьми, так сказать, самыми отдаленными, отращивали бороды и носили тюрбаны; другие, чтобы особо подчеркнуть синдром поспешности выводов, вели себя как помешанные; а иные, чтобы предупредить об опасности тех, кто был наиболее способен к учению, не делали никаких уступок их ожиданиям. Мошенники же и авантюристы, чтобы использовать в своих интересах эти расхожие предположения, всегда, не мешкая, подлаживались под них – говорили людям то, что те хотели услышать.

Если вы не можете подвергать сомнению свои предположения, вы должны смело причислить себя к тем людям, среди которых, возможно, кто-то и прав, но большая часть обусловлена до фанатизма и непременно ошибается.

Возможно стоит поразмышлять о результатах наглядного опроса, который был недавно проведен среди более двухсот человек, привлеченных неким духовным учением. Им предложили ряд высказываний и литературных отрывков и спросили, какие из них подлинные, а какие нет. Свыше восьмидесяти пяти процентов опрошенных дали неверные ответы: они приняли поддельные документы и высказывания за подлинные.

Это указывает, по меньшей мере, на две вещи: (1) что, в большей части, эти люди были привлечены к этому учению отнюдь не благодаря способности распознать его законность; и (2) что, поскольку большинство из них отвергло настоящие материалы, продемонстрировав ошеломляюще высокую оценку фальшивого, приняв его за 'подлинное', весьма вероятно, что они в конце концов отвергнут учебные материалы и методики истинной школы.

Одно из наиболее распространенных предположений у людей, лишь воображающих, каким должно быть настоящее обучение, связано с 'посвящением'.

Повсюду в мире вы найдете людей страстно желающих и стремящихся посвящать других в духовные школы.

Однако, посвящение – обет верности учителю, как процедура, сохраняется до сих пор у суфиев, – происходит только «через несколько лет после принятия в дервишский орден». Так потому, что до тех пор, пока ученик не узнал достаточно и пока не научился кое-чему, он не может искренне принять на себя обязательство серьезно учиться. Уговаривать его взять на себя обязательство следовать пути, в то время как он еще не способен на это, – верный признак невежества или обмана.

ХРИСТИАНИН В МЕККЕ

С другой стороны, человек может быть готов учиться и понимать, хотя по меркам приверженцев внешнего, его считают совершенно непригодным. Великий Шибли однажды ясно показал это, о чем рассказывается в следующей истории, содержащей несколько интересных особенностей.

Однажды Шибли объявил в Багдаде, что ему нужна тысяча дирхемов, на обувь для бедных, для паломничества в Мекку. Некий христианин предложил деньги с условием, что ему будет позволено сопровождать караван.

Шибли сказал ему, что только мусульмане могут совершать такое путешествие. Тогда христианин предложил себя в качестве вьючного животного, от которого не требуется клятвенного заверения в вере. Так они и отправились, с христианином 'в упряжке'. На каждой стоянке он очищал площадку для паломников.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №48  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:12 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Когда они прибыли к Великой Мечети, Шибли сказал христианину, что ему не разрешается входить в пределы Каабы. Христианин помолился о том, чтобы ему было дозволено войти. И тогда послышался голос, приглашающий христианина войти...

Поспешность выводов – это одно из самых больших препятствий для учебы, но не для деятельности, которая заставляет людей воображать, что они проверили истинность чего-то или сделали открытия.

КАК УВЕЛИЧИТЬ СКОРОСТЬ

Однажды мулла Насреддин пришел на верфь. Увидев огонь, который по его предположениям никак не ассоциировался с морем, он спросил работника, для чего это.

«Мы варим смолу, – сказал тот, – и заделываем щели в днище корабля. От этого он движется быстрее».

Мулла пошел прямиком домой и развел костер. Затем он привязал своего осла и растопил в котле смолу. Как только он поднес дымящуюся смолу к животному, оно сорвалось с привязи и умчалось как ветер.

«Здорово работает», – заключил мулла Насреддин.

Четки и ряса

В: Откуда происходит убеждение, что 'святой человек', например, постоянно практикует аскетизм, что он обязательно одет в лохмотья, избегает всего, что может его осквернить и т. п.?

О: Ответить на этот вопрос проще простого. Если бы вы сформулировали его иначе, то вероятно, смогли бы ответить сами. Для тех же, кто не может, отвечаю:

открыть спойлер
Это убеждение происходит от наблюдения начального аскетизма и проч., практикуемых набожным человеком явно. Внешние наблюдатели, поскольку у них нет информации ни о цели, ни о сути образа действий или о стадии развития такого человека, воображают, что это должно автоматически представлять неотъемлемое и неизменное поведение 'просветленного' (и тех случайных зрителей, кто в настроении подражать ему).

Это как если бы некий недалекий человек увидел железнодорожного сигнальщика, машущего руками во время подготовки, и вывел бы отсюда убеждение, что

* все железнодорожники всегда, или для того, чтобы стать специалистами, должны махать руками;

и

* если человек этого уровня делает такое, то и человек самого высокого уровня должен делать это же, и уж, наверное, от его действий благо удвоенное.

Неправильное наблюдение, поспешные предположения, механическое воспроизведение действий, основанное на неполных данных, в любой области человеческой деятельности или обучения приводят к неудаче, а не к успеху. Если вы сомневаетесь в этом, то проверьте. Печать этого несет весьма много организаций.

Поэтому, для того, чтобы исправить основные ошибки, мы должны быть способны понимать, что, возможно, они имеются. Когда же это достигнуто, то дальнейших ошибок и бесполезных процедур можно будет избежать.

Ученик должен быть подготовлен пробовать то, что ему предписано, вместо того, чтобы становиться потребителем эмоциональных стимулов, воображая при этом что приобщается к духовному. На суфийском пути практика и проверка – реальны. Когда же они опираются на внешность и фантазии – они ложные. Одна из таких проверок для тех, у кого развит вкус к абсурдному, – это принять и вести обычную жизнь.

БОГ УМЕР

Есть одна суфийская история, поведанная Аттаром, о том, как некий дервиш, одетый в черное, попросил разрешения войти в монастырь. Когда Ибн Кхафиф, умерший около тысячи лет тому назад, спросил, почему тот в трауре, дервиш ответил, что его «Бог умер». Люди выгоняли его сорок раз, пока не поняли, что его 'богом' – кому он поклонялся – было его вторичное 'я', обусловленная личность.

Когда Хуссейна ибн Мансура однажды спросили: «Кто такой суфий?», он ответил: «Тот, чья сущность едина».

Беспорядочные упражнения

В: Некоторые суфийские и другие группы выполняют частые и регулярные упражнения, 'танцы', и заняты всякого рода деятельностью, в которой принимает участие каждый. Почему вы говорите, что не следует делать то, что привело других в высокие духовные состояния?

О: Во-первых, заметьте, пожалуйста, что всегда есть множество людей, занятых автоматической деятельностью, и они всегда рады убедить других присоединиться к ним. Если вы знаете таковых и хотите присоединиться к ним, вы, вероятно, так и сделаете. В таком случае, вы можете сами проверить, лучший ли это способ чем-либо заниматься. Другими словами, почему вы здесь, если можете получить это в другом месте?

Во-вторых, предполагая, что вы здесь потому, что хотите сначала сравнить то, что говорим мы, с тем, что говорят другие, я могу лишь повторить – то, что в одно время подходит одному, необязательно подходит другому.

ЯЗЫК ПТИЦ

Есть история, где это передается аналогией. Когда-то один достойный человек молился о том, чтобы он мог понимать язык птиц. Однажды, тихо сидя под деревом, на котором было гнездо птиц, он осознал, что может улавливать смысл их щебетания. Одна птица рассказывала другой, что сын короля болен, а люди настолько глупы, что никто не знает, что его можно спасти, напоив лимонной водой. Этот человек немедленно направился во дворец, где узнал, что юный принц действительно болен, и его состояние безнадежно. Он прописал принцу лимонную воду, и тот выздоровел. Король приказал дать 'доктору' столько золота, сколько он захочет.

У этого достойного человека был друг, человек, на самом деле, весьма недостойный, которому он по секрету рассказал, как стал богатым. И недостойный тоже начал молиться, чтобы он тоже мог понимать язык птиц, ибо хотел стать богатым подобно своему другу. Эта способность развилась в нем. Как-то сидя под деревом и слушая птичьи разговоры, он услышал:

«Под этим деревом сидит недостойный человек, который желает знать наши тайны. Что ж, пусть узнает одну из них: сейчас сюда приближается прожорливый тигр, которого мы вызвали из джунглей, чтобы он его съел».

Недостойный человек вскочил, чтобы бежать, но был схвачен и съеден тигром.

Вы спрашиваете, почему не следует делать то, что привело других в высокие духовные состояния. Если бы некто был машиной, и если бы все люди и ситуации были подобны, если бы люди были заготовками из дерева: тогда, конечно, ему следовало бы пренебречь всем многообразием сопутствующих обстоятельств и применять упражнения произвольно...

Этот вопрос подразумевает, что все неизменно. Весьма вероятно, что размышление показало бы спрашивающему иное, если бы он всего лишь обратил вопрос так, чтобы использовать свои способности к размышлению. После обращения, вопрос стал бы таким:

«При каких обстоятельствах верно то, что не следует выполнять произвольно выбранные упражнения или что следует избегать механической имитации?»

Веской причиной не 'красть' упражнения и не применять их произвольно (что означает без знания и понимания их сути) является то, что это, в своей сфере, может иметь те же последствия, что и другие, более знакомые формы 'воровства'. Иногда оно – как в том примере, что я собираюсь привести – приносит с собой и наказание.

Вот аналогия, хотя и забавная с некоторой точки зрения (вам следует посмеяться над ней и поискать в ее наставлении дополнительное измерение), она – хороший эквивалент того, что может случиться с людьми, которые заимствуют метафизические вещи, а потом удивляются тому, что же с ними произошло, или почему ничего не произошло.

ЧТО ЖЕ ОН УКРАЛ

Одна газета сообщает, что некий взломщик украл чековую книжку и удостоверение личности у одного члена местного городского совета и затем использовал их в магазинах. В его намерения входило получить деньги и вещи. Что же он получил?

Его адвокат разъяснил это в суде. В каждом из девяти магазинов, которые он посетил, выдавая себя за члена городского совета, его забрасывали жалобами относительно коммунальных услуг. «В одном месте, для того, чтобы выбраться из магазина, ему пришлось даже оставить свой номер телефона даме – администратору магазина, чтобы с ним могли связаться по поводу передачи дома».

Его признали виновным в подлоге и взломе, но несоответствие между его ожиданиями и реальностью возникло из-за того, что он предположил, что, если он сделает определенные действия, случится то-то и то-то, однако невежество сгубило его.

Тому, кто знает о такого рода последствиях от упражнений, нет нужды задавать вопросы, подобные тому, что обсуждается здесь. Тому же, кто не знает, нельзя объяснить лучше, чем посредством подобной аллегории, взятой из самой жизни.

Мне нравится заголовок к этому случаю: «Вор, укравший бремя своей жертвы».

ЕСЛИ СОМНЕВАЕШЬСЯ, УДАЛЯЙ

Более вероятно, что произвольные упражнения дадут такой же эффект как тот, что может случиться, если последовать совету муллы Насреддина из вот такого образца его мудрости:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №49  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:12 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
«Насреддин, вы человек с опытом, – сказал один философ. – Не слышали ли вы о лекарстве для заболевших глаз? Я много читаю, и мои глаза меня беспокоят».

«Я могу лишь сказать, – ответил мулла, – что как-то у меня болели два зуба. И пока я их не удалил, боль не прекратилась».

Работать в русле школы

В: Когда ученик в школе, а когда он только «работает в русле школы»?

О: Когда вы в школе и не работаете в русле школы, на самом деле вы совсем не в школе, не так ли? Если вы в мастерской и спите крепким сном, то для вас это фактически спальня, не правда ли?

Когда вы «работаете в русле школы», то вы в школе. Лишь о той 'работе', мне думается, можно сказать, что вы «только работаете в русле», – когда это имитация. Например, я бы называл «работающего в русле» (насколько я могу истолковать это выражение) «притворяющимся будто делает нечто»; т.е., когда кто-то развлекает себя, воображая при этом, что делает что-то более полезное или важное. Но я бы не стал употреблять ваше выражение для описания такого состояния, поскольку я придаю слову 'работать' значение специального термина.

'Работа' означает для меня «делать то, что делает школа, а не притворяться, что делаешь это, и не придумывать обоснований или объяснений этому». В такого рода работе между людьми и деятельностью есть взаимосвязь, которая составляет 'Работу', и эта работа не может не быть в правильном русле.

Если бы я хотел рассмотреть этот вопрос так, чтобы извлечь из него некую пользу для учебы, то мне нужно было бы перефразировать его и изложить в более общем виде:

открыть спойлер
«Люди хотят учиться. Что, вероятно, мешает большинству из них, приводя в лучшем случае к значительным задержкам в учебе, а в худшем – к искаженной деятельности ради личного и группового развлечения, – это поддержание калечащих склонностей, проявляющихся в жадности к учебе, в недостатке самонаблюдения, в жажде общественного признания сверх пределов разумного, в нежелании учиться, порождающем вместо этого желание фантазировать, в чрезмерно высокой собственной оценке или в нетерпении, приводящем в результате к попыткам достичь неуместной или преждевременной цели...»

Суфийская учеба – всегда реальная учеба, а не имитация. «Работа в русле» – это имитация.

Чтобы участвовать в работе школы, ученик должен суметь постичь определение, данное Абу'л-Хасаном Нури, согласно которому, цель – достичь «свободы и великодушия, оставив балласт, недостаток щедрости и слабость ума этому миру».

Как разъясняет Худжвири, это означает, что достижение реального суфийского состояния, свободы, включает в себя избавление от влияния привязанностей – которые мы назвали бы результатами обусловливания и скаредности – и 'щедрое', как это обычно выглядит, давание мирских ценностей тем, кто их ценит.

Это и есть «реальность без названия» в более чем тысячелетней давности незабываемом высказывании Абу'л-Хасана Фушанджи: «Быть суфием сегодня – название без реальности. А прежде это была реальность без названия».

Люди постоянно настаивают на том, что, поскольку информация и осведомленность о суфийских принципах и практической деятельности так широко распространены, то все, что нужно, – это осуществить их на практике.

И тем не менее почти каждый день можно видеть весьма печальную картину, как вроде бы серьезные люди на самом деле считают ниже своего достоинства учиться на вещах, которые они считают обыденными, но в которых, если бы только они это видели, содержатся важные для них уроки. Но дело в том, что они не видят, и поэтому-то необходима реальная школа, призванная обеспечить, чтобы все соответствующие действия и поучения были замечены.

Сказка «Новое платье короля» как раз показывает, что нужно быть в состоянии учиться из любого источника и не отвергать его, когда он недостаточно вам интересен, или если он не обладает миллионом долларов, или докторской степенью, или мощной армией, или духовной репутацией...

Характерной чертой человечества (включая людей, пытающихся «работать в русле школы») является то, что хотя все необходимое знание или информация, может быть, уже имеется, люди либо не обращают на это внимание, либо перенимают лишь те части, которые им нравятся.

ИНФОРМАЦИЯ И ДЕЙСТВИЕ

Нижеследующий пример из современной жизни резюмирует сказанное. Тем не менее, поскольку в нем речь идет лишь о питании, а не о других потребностях, многие ли заметят аналогию?

Немецкое общество питания проверило 50000 семей, чтобы выяснить, как люди питаются. Было обнаружено, что, несмотря на широкое распространение общедоступной информации о неправильном питании и переедании, ущерб, наносимый здоровью вредными привычками питания, составляет ежегодно 17 миллиардов марок (4,25 миллиарда фунтов стерлингов или 7,225 миллиарда долларов). Для сравнения, ущерб от курения и потребления алкогольных напитков составляет только 3 миллиарда марок в год. Каждый второй западный немец имеет лишний вес. У всех категорий людей были неправильные баланс и общее количество потребляемых калорий и белков. Только 10% населения имеет правильный вес. Почти все потребляют слишком мало витаминов.

Заметим при этом, что здесь, как и во всех других аналогиях, нет намерения выделить какое-то конкретное общество – в данном случае Германию – ибо подобные, равноценные, данные можно найти повсюду.

Поведение-обучение

В: Мы читали о людях, которые проводили время с суфийскими учителями, и знаем, что суфии могут годами оставаться в контакте с теми, кто желает учиться. Постоянно публикуется, первоначально на Востоке, и, с недавнего времени, весьма широко на Западе, множество сообщений о жизни и делах суфийских учителей и их взаимодействии с учениками, а также с обычными людьми. Для чего предназначено это 'обучение поведением' у суфиев и в чем его отличие от назначения духовных упражнений или объяснений и предостережений?

О: Взаимодействие-обучение между учителем и учащимся имеет много аспектов. Один из них, наверное, легче всего схватываемый учениками, но пониманием которого они пренебрегают, заключается в том, что воздействия, стимулы и деятельность, разработанные суфиями, предназначены иллюстрировать поведение и выставлять напоказ субъективные реакции. Великие суфии 'шокировали' людей, чтобы, например, дать им возможность почувствовать узость их склада ума. Суфии продолжают шокировать узко мыслящих людей, хотя, конечно, нет никакой гарантии, что такие люди получат пользу от этого опыта. Иногда пользу вместо них получают простые зрители. Помните, что учащийся – это тот, кто учится, а не тот, кто думает, что он ученик.

Как суфии реализует эту программу, что он говорит и делает, что он не говорит и не делает, – зависит от конкретных условий, как можно видеть по традиционной литературе. «Суфизм, – как в старину сказал один из шейхов, – раньше передавался только знаками». Для этого требуется учащийся, который умеет читать знаки. Подобным образом, с введением литературы, опыт того или иного рода может передаваться, иллюстрироваться и т.д. литературой, то есть, не только посредством поведения, но и частично посредством написанного и сказанного слова. Будет от этого польза или нет, зависит от того, настроен ли ученик на этот материал. Обычно он не настроен, так как слишком жадно стремится к 'истине' и 'прогрессу', чтобы развить базовое спокойствие и относительное смирение по отношению к материалам, дабы не просто 'употребить' их как эмоциональные стимулы, как он поступает со всем на свете.

Шейх Ибрахим Газур-Илахи, один из суфийских руководителей, подчеркивал, что Учитель, окончив свое путешествие, повторяет его снова и снова, и каждый раз с одним учащимся. Говоря об этом, проводят аналогию с семенем, заключенным в растении, и растением в семени.

'Обучение поведением' суфиям приходится приспосабливать к ученикам, и оно не может быть чем-то механическим, применимым в точности одним и тем же образом ко всем людям.

В: Но поскольку эта информация, как правило, столь доступна и содержится в работах великих суфийских учителей, почему же большее число людей не ищет ее?

О: Так было всегда. Сегодня, как и всегда, ответом на это является замечание:

«Мудрые знают, потому что они заплатили за свою мудрость. Вы не принимаете их совет, потому что он предлагается за плату, гораздо меньшую, чем заплатили они».

Поведение-обучение имеет много других измерений, за стадией, на которой людям показывают их самих. Его можно привести в качестве эквивалента той ситуации, которую имеет в виду Блэккет, говоря: «Первоклассная лаборатория – это такая, в которой заурядный ученый может выполнить выдающуюся работу». Поведение-ситуация позволяет людям, имеющим потенциальные возможности, превзойти себя. К тому же в такого рода ситуациях людей поощряют учиться тем способом, каким они могут делать это, а не тем, который они пытаются навязать. Маккей , если опять провести параллель с наукой, говорит: «Мы должны учиться удерживать себя от того, чтобы делать что-то просто потому, что знаем как это делать».


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №50  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:13 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
О поведении-обучении часто говорится в реальных и придуманных историях. Рассказы о мулле Насреддине, дополнительно к другим и более внутренним измерениям, часто проявляют эту особенность, воспроизводя как поведение мудрого так и поведение глупого.

Вот один такой рассказ, предназначенный для использования в качестве примера в жизненных ситуациях.

ЧЕЛОВЕК – ВИНОГРАДНАЯ ЛОЗА

Несколько человек сажали виноградные лозы, и Насреддин спросил, что они делают.

«Закапываем лозы, чтобы они принесли плоды».

«Это как раз то, что мне хотелось, – сказал мулла, – посадите, пожалуйста, меня, и я принесу плоды».

Сколько люди ни возражали, Насреддин уговорил их сделать, как он просил.

Вскоре они увидели, что мулла ходит туда-сюда. «Мы же говорили, что если тебя так посадить, ты не сможешь дать плоды», – сказал один из них.

«Вы еще не доказали этого, – ответил Насреддин, – я только ненадолго вылез из земли, и лишь потому, что замерз – а не потому, что не собираюсь плодоносить».

Курс обучения Школы

В: Не могли бы вы сделать обзор курса обучения школы, так сказать, 'изнутри самой школы?'

открыть спойлер
О: В нашем обучении мы должны правильно сочетать следующие элементы: учеников, учителя и обстоятельства учебы. Лишь когда наши занятия проводятся в правильное время и в правильном месте подходящим учителем и с правильной группой учеников, можно сказать, что они способствуют согласованному развитию.

Неужели это чрезмерные или неразумные требования? Давайте сравним их с требованиями обычного учебного института.

Если изучать, скажем, физику, то должен быть человек, хорошо знающий физику; ученики, которые хотят учиться, имеют способности и некоторую подготовку для учебы, также должны иметься соответствующие лаборатории и другие необходимые для учебы вещи.

Учитель физики не сможет добиться никаких реальных успехов с классом идиотов или с людьми, которые исходно хотят от физики силы, славы или выгоды. Эти факторы препятствовали бы обучению. Класс замечательных учеников, возглавляемый человеком, не знающим физики или знающим ее поверхностно, не достиг бы значительного прогресса. Хороший учитель с соответствующей группой учеников достиг бы немногого, если бы не было инструментов и оборудования, здания и т.п., тогда и там, где это надо.

Если что и соблюдается учителями непреходящего Высшего Обучения строго, то именно эти требования.

Однако этот принцип, столь хорошо укоренившийся в обычной учебе, в значительной степени остается без внимания и вышел из употребления у эзотеристов. Почему? Потому что у них примитивные и непросвещенные взгляды на обучение. Подобно простаку, который лишь слышал о физике или только видел некоторые из ее проявлений, такой вот претендент в ученики желает знать ее всю сразу. Его не заботит, что необходимо присутствие других учеников. Он стремится проскочить учебный курс и не видит связи между зданием и самим предметом физики. Также не нужна ему и лаборатория.

Понаблюдаем просто, что происходит, когда люди пытаются учиться или обучать, не сочетая правильным образом эти три элемента:

Претенденты в ученики всегда пытаются учиться, учитывая только один, ну в крайнем случае два, из этих трех факторов. Из-за того, что сложно найти достаточное количество людей для формирования класса, учителя пытаются обучать неподходящих. Ученики, не имеющие учителя, пытаются учиться сами. Перенесите это на группу людей, пытающихся учить физику, и вы увидите некоторые из их проблем. Другие ученики объединяются вокруг методологии и литературы старых школ, пытаясь воспроизвести фрагменты работы каких-то других физических лабораторий. Они формализуют ритуалы, становятся одержимыми принципами и девизами, приписывают непропорциональную важность тем элементам, которые являются только инструментами, считая их более значительным наследием.

Не составит труда найти несколько школ, культов, религий, психологических или философских систем, подпадающих под вышеприведенную классификацию.

Мы категорически утверждаем, что такими методами невозможно увеличить человеческое знание в более высоких областях. Статистическая вероятность полезных достижений в разумное время столь мала, что ее можно не брать в расчет.

Почему же тогда люди упорно ворошат сгоревшие угли в поисках истины, если у них так мало шансов найти ее? Просто потому, что они, пытаясь следовать пути, используют не свою способность к более высокому восприятию, а свою обусловливающую склонность. В простом усилии проникнуть в неизвестное есть и интеллектуальные стимулы и эмоциональная притягательность. Когда обычный человек наталкивается на свидетельства более высокой стадии бытия, или хотя бы чувствует их возможность, вывод неизменно будет следующим: у него есть некая возможность прогресса без применения факторов учение-учитель-ученики-время-и-место, которые существенны.

У человека мало альтернатив в поиске истины. Он может полагаться на свой беспомощный интеллект и делать ставку на то, что он способен воспринять истину или хотя бы путь к истине. Это плохая, но притягательная игра. Или он может делать ставку на утверждения некоего индивидуума или организации, заявляющих, что знают такой путь. Это тоже плохая игра. За исключением очень немногих, люди, в основном, не обладают достаточно развитым восприятием, чтобы им можно было посоветовать:

1. Не доверять своему беспомощному мышлению.

2. Кому или чему доверять.

Вследствие этого существуют две основные школы мышления в данном предмете. Одни говорят: «Следуй своим побуждениям», другие – «Доверься той или иной организации». На самом деле, для обычного человека и то и другое одинаково бесполезно и лишь поможет ему растратить время.

Горькая правда заключается в том, что прежде, чем человек сможет понять свою неадекватность или компетентность другого человека или организации, он должен кое-чему научиться, что даст ему возможность ощутить и то и другое. Обратите внимание, что само это ощущение происходит от правильной учебы, а не от инстинкта или эмоционального притяжения к некоему индивидууму, и уж не от желания 'идти только самому'. Это и есть 'учиться как учиться'.

Все это означает, конечно, что мы постулируем необходимость предварительной учебы до начала школьной работы. Мы отрицаем, что человек может учиться и должным образом получать пользу от школьной работы до тех пор, пока он не оснащен для нее, как, пока не усвоена математика, невозможно изучать космическую навигацию.

Это не означает, что человек не может обладать ощущением истины. Но неорганизованный и фрагментарный ум, унаследованный большинством людей, имеет тенденцию к искажению количества и качества этого ощущения, что приводит к почти полностью ложным выводам о том, что можно или что следовало бы делать.

Это не означает, также, что человек не может принимать участия в учебных занятиях и деятельности, которые воздействуют на ту его часть, что связана с более высокой жизнью и познанием. Но простое применение специальных приемов не преобразует сознание этого человека. Оно лишь будет подкармливать, и расстраивать, более или менее постоянно, центры мышления и чувств, где сознание не находится. Таким образом, то, чему следовало бы быть благом, становится проклятием. Скажем, для обычного человека сахар питателен. Для диабетика он может стать ядом.

Поэтому, прежде чем приемы учебы и развития станут доступными ученику, ему должна быть предоставлена возможность извлекать с их помощью пользу в том направлении, в котором они предназначены вести, а не для кратковременного потворства его желаниям.

Таким образом, наш курс обучения состоит из двух частей: первая – это обеспечение подготовительным материалом для оснащения индивидуума, чтобы он стал учеником, вторая – это развитие как таковое.

Если мы, или кто другой, преждевременно снабдим человека такой учебой или подготовительным материалом, это будет действовать только на уровне, более низком, чем могло бы. В лучшем случае вреда не будет. В худшем – это будет обусловливать, приучать ум этого индивидуума думать и вести себя по образцам, а это ни что иное, как автоматизм. В этом последнем случае можно делать то, что кажется преобразующим, невольно -играя на эмоциях, мелких желаниях и обусловливающей склонности: приучать людей быть преданными отдельным личностям, основывать и поддерживать организации, которые кажутся более или менее серьезными или конструктивными. Но, в действительности, никакого реального прогресса ни в знании человека, ни в знании другого измерения, в котором он частично пребывает, не будет.

Подготовка ученика так же важна, как и все остальное, чем он занимается. Суфийский поэт Хафиз говорит:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №51  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:13 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
«Искатель не должен находиться в неведении относительно направления и метода каждого этапа». Это знание приходит, когда он следует курсу обучения, который является частью деятельности школы, и твердо придерживается указаний своего учителя.

Человеку, намеревающемуся стать учеником и учащемуся как учиться в суфийской школе, следует обратить внимание на такое предостережение, указывающее на его трудности:

«Если вы слишком мягки, вас раздавят, если слишком жестки – сломают; если вы слишком тверды – будете причинять вред, если слишком остры – будете ранить».

В курсе обучения Школы возможна работа с вещами, которые вторичны, но они используются инструментально, и конечно, без воображения, что они первичны.

Говоря словами шейха Аль-Интаки, приведенными тысячу лет назад Худжвири в Открытии Скрытого:

по чести обычного человека принимать вторичные (вещи за реальные) причины, тогда как по чести дервиша отвергать вторичные (предполагаемые) причины, утверждая лишь Единственную Причину.

Школа работает с тем, что первично. Очевидно (для некоторых) целенаправленная деятельность тех, кто использует правильные материалы, но применяет лишь обычные, ограниченные чувства, обрисована в действиях Насреддина с рассадой.

открыть спойлер
ВЕРНАЯ МЫСЛЬ, НЕВЕРНЫЙ МАТЕРИАЛ

Однажды мулла целый день высаживал в своем саду рассаду.

Когда он остановился, чтобы полюбоваться своей работой, его поразила внезапная мысль.

В наступающей темноте, при свете фонаря, он стал выдергивать растения из земли и заворачивать их в мешковину.

Мимо, вдоль полей, возвращались домой его друзья. «Насреддин, что ты делаешь?», – спросили они.

«Действую из соображений осторожности. Я понял – довольно поздно, но, как вы видите, не слишком – что свое добро лучше держать дома под надлежащим присмотром».

В каждом человеке вторичное ('командующее') 'я' – это ложное 'я', но он принимает его за реальное. Оно находится в таком же отношении к реальному существу человека, как лицо человека к самому человеку. Каждому, говорит Руми в Fihi ma Fihi, нравится зеркало, и он влюблен в отражение в зеркале, отражение своих свойств и достижений, хотя и не знает реальной природы своего лица.

Он воображает, что вуаль, которую он видит на стекле, является его лицом. «Сними покров со своего лица, чтобы ты мог увидеть меня как отражение твоего реального лица. для того чтобы ты понял, что я есть зеркало»

Курс обучения школы, 'изнутри самой школы' как вы выразились, основан на том. что учитель способен быть таким зеркалом. Поэтому он способен оценивать по достоинству особенности и нужды учеников. Он зачастую подражает ученику чтобы позднее тот смог увидеть свое отражение и среагировать соответственно.

Знать о ком-то все

В: Не достаточно ли общения с человеком знания, чтобы приобрести какую-то часть его? Разве Учителю не нужен Ученик?

О: Вам следует вспомнить, по меньшей мере, те случаи, когда вы ничего не говорили о том, что у вас на уме.

Не приходило ли вам в голову, что люди, коих вы, возможно, знаете, не обсуждают с вами известные им вещи, даже если эти вещи, возможно, постоянно вас интересуют?

Вы можете 'знать человека хорошо', даже ежедневно с ним встречаться, 'разделять его мнения', обмениваться идеями. В то же время, вы можете понятия не иметь о том, что он обладает определенным знанием и даже способностью передавать его, если условия правильные.

Возможно, он не кажется вам загадкой, но может быть скрыт столь же глубоко, как и любая вещь на свете.

Представление о том, что знаешь о человеке все из-за наличия общего жизненного опыта доверительных отношений, – неверно. Оно основано на неправильном представлении о том, что люди, что бы они ни обсуждали, не могут при этом избежать контакта друг с другом.

Знание автоматически 'не подхватишь', его не сообщить одними словами, также не передашь его никаким обычным обучением.

Следовательно, нельзя учиться реальному знанию, просто общаясь с кем-то, кто им обладает, – в особенности, если вы даже не знаете, что оно у него есть, и если вы правильно не сфокусированы на учебу.

Необходимо, чтобы кто-то (или что-то) сначала передал вам, как ощутить присутствие знания. Без подготовки нет обучения.

Что касается потребности в Учителе, великий учитель Джами в Lawaih говорит (эссе XXI): «У Абсолютного нет потребности в относительном, кроме как для проявления себя, но относительное нуждается в Абсолютном для самого своего существования». Подобным образом, в ситуациях учения учитель считается важнее ученика.

То есть, именно так ученик должен относиться к учителю. Сам же Учитель может считать, что важнее учащийся, но это дело Учителя, и нет смысла обсуждать его позицию, когда речь не об обучении, а о учебе.

Замечания о Пути дервиша

В: Не могли бы вы изложить особо важные моменты, которые следует изучать тем, кто интересуется дервишеским, суфийским путем? Как происходят приписываемые суфиям чудеса?

О: I. Человеческая среда производит определенные трудноуловимые изменения в индивидууме, которые проникают во все его существо. Вместо того, чтобы подвергаться лишь этим изменениям, человек имеет шанс заполучить доступ к той форме своего я, которая, в сравнении с имеющейся, бесконечно выше. Используется такой технический термин: человек сейчас «проснулся только наполовину».

II. Хотя это изменение увеличивает осведомленность человека о его судьбе, оно не мешает обычным человеческим отношениям. Наоборот, оно обогащает их.

III. Для того, чтобы ученики приняли участие в этом процессе, необходимо совпадение следующих обстоятельств: наличие учителя с доктриной, применения доктрины способом, пригодным для учеников, и правильных внешних обстоятельств. Возможность есть только при наличии всех указанных факторов.

IV. Вот один способ передать представленное здесь послание: существует более глубокая правда и более широкое измерение, в котором человек частично уже пребывает, хотя обычно он безразличен к нему. Есть надежда, что он сможет стать столь же осведомленным о нем, как и о привычном ему мире.

V. Развитие способностей, относящихся к этому измерению позволяет человеку достичь наивысших успехов и в легко воспринимаемом мире и в других сферах, и мешает ему стать орудием простого обусловленного существования, со всеми его тревогами и бессмысленностью в итоге. Человек имеет склонность быть несчастным не из-за того, что он знает, а из-за того, чего он не знает.

VI. Только через настройку группы людей, обладающих возможностью такого достижения, правильно сгармонизированных в настоящее сообщество (при наличии или отсутствия контакта на физическом плане), может прийти настоящее понимание и следующий этап в развитии человека.

VII. Единство и целостность этой группы существенны не только для коллективного, но и для индивидуального прогресса. Поддержка группы подходящих людей – это, фактически, почти единственная возможность для человека осознать свою индивидуальную значимость.

VIII. Эта доктрина и способ ее применения известны и распространяются с незапамятных времен. Фактически, они являются достоянием и судьбой человека. Они связывают прошлое, когда этот процесс развития был известен гораздо шире, через настоящее, где он используется лишь немногими, с будущим, когда Великая Работа будет совершенно законной целью человечества.

IX. 'Новый Человек', 'Реальный Человек', 'Совершенный Человек' – все это термины, используемые в различных формулировках, во все времена, для этой деятельности, которая называлась 'тайной', 'скрытой' или 'посвятительской', по причинам иным, чем представляют себе люди.

Людей интересуют чудеса, тогда как было бы гораздо лучше, если бы их интересовала истина. Чудеса – это побочный продукт: часть особой, связанной с высшим измерением, деятельности, в которую вовлечены определенные люди. Это вовлечение происходит потому, что с ростом знания или способностей приобретаются и дополнительные функции, также как и при обычном образовании, только в этом случае, в соответствующей сфере.

Вот пример, среди многих тысяч других, такой деятельности, где суфий оказывает услугу с помощью экстрасенсорного восприятия. Этот пример показывает, как 'чудеса' связаны с обязанностью. Ибн Араби рассказывает в Ruh al-Quds, как однажды вечером он ощутил побуждение увидеть Абу-Абдуллаха ал-Кхайата ('Портного') из Севильи и проделал весьма дальний путь, чтобы встретиться с ним. Ал-Кхайат сказал: «Почему ты так долго? У тебя есть с собой то, что мне нужно». Ибн Араби достал пять дирхемов, которые были у него в кармане и отдал их. Ал-Кхайат объяснил, что эти деньги нужны ему для одного бедного человека по имени Али ал-Салави.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №52  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:14 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Встречи, группы, классы

В: К встречам, группам и классам проявляется большой интерес. Являются ли эти формы целью суфийского учения?

О: Люди, не понимающие, как действуют высшие учения, или приученные думать о них поверхностно, разумеется, приходят в замешательство, когда встречают письменные или устные материалы, которые не согласуются с привычными образцами.

Нигде это не проявляется столь поразительно, как в вопросе общения и взаимоотношений.

Выслушав несколько сотен людей, объясняющих, что они чувствуют, и прочитав несколько дюжин писем 'искателей', несомненно, даже машина увидела бы тот шаблон поверхностных предположений, по которому позволяют себе действовать даже наиболее ревностные из них.

Люди, живущие в одной местности, думают, что их волей-неволей следует группировать вместе. Кто нерасположен читать книги, агитирует за 'личные контакты'. Живущие в отдаленных местах жаждут путешествий, посещений, материалов, чтобы поглощать их. Те, с кем вы не поддержали формальный контакт, расстраиваются, горюют, начинают интересоваться источниками более легкого удовлетворения. Люди ревностно (если неосознанно) лелеют 'культ Центра', отличительной чертой которого является верование, что «если бы я только смог попасть в такое-то место, все было бы хорошо».

открыть спойлер
В сущности, никто из этих людей не имеет сколько-нибудь правильного понятия о том, как возникает реальное сообщество, как оно развивается, как оно проявляется в местных условиях, чем оно могло бы стать в будущем, – как можно получить пользу из того, что делается.

Если разослать людям проспекты с описанием того, как ведется дело в местном классе или группе, то все они захотят быть в каком-нибудь классе или группе. Это точно так, как упомянуть о леденце в разговоре с ребенком: возможно, он думал о чем-то другом, но это ключевое слово может завладеть его мыслительным аппаратом так, что исключит все остальное.

Перенесите на минуту, в качестве упражнения, эту ситуацию в другую область и вы увидите, что такое поведение столь примитивно, столь незрело, растрачивает, к несчастью, столь много энергии, или понимания в любом деле, что, очевидно, что-то для таких людей нужно сделать. Любой, кто проявляет склонность к такому шаблонному поведению, не в состоянии при этом получать пользу ни от какого высшего знания. Однако, он является подходящей добычей для тех или иных людей или организаций, предлагающих мгновенное снятие напряжений путем потворствования инфантильному поведению индивидуума.

Реальное высшее сообщество, к которому вы могли бы принадлежать, организовано особым образом и имеет свои особые' жизнь и общение. Ему необходимы, как местные, так и иные группирования» и оно работает через их посредство. Его члены изучают, привлекают, сохраняют и распределяют потоки знания независимо от того, в какую форму облечены их занятия. Для некоторых людей в некоторое время важно быть 'изолированными' от других. Такая 'изоляция', рассматриваемая живущими в отдаленных местах как проклятие, вообще-то является неоценимым преимуществом, выпавшим на их долю, и ничем иным. Как только наступает время для более близких контактов в обычным смысле, тогда появляются средства для их достижения. Но если индивидуум хочет просто быть членом стада, суфии удерживаются от потворствования этому желанию.

В отношении высшего учения индивидууму нужно научиться различать 'желания' и 'нужды'. И научиться этому можно, только пройдя базовое обучение. Когда ребенок, еще не понимающий этого различия, говорит, что ему что-то нужно, это часто означает, что он этого 'хочет'. 'Мне нужен леденец' нисколько не отражает ситуацию. Лишь опыт может показать различие между желаниями и нуждами.

У людей имеется встроенная потребность в 'объединении'. Любой, кто знает об этом и потворствует этому, весьма легко может стать богатым, известным, уважаемым и т. д.

Играть на этой склонности не только неправильно в принципе, но и непродуктивно в нашей работе, потому что означало бы, что мы делаем одно, притворяясь, что делаем другое.

Помните, что поскольку эта работа и это сообщество действуют некоторым существенно особым образом, то они не нуждаются в примитивной организации и в подпитывании невротических или инфантильных требований, замаскированных под 'нужды'.

Более того, как только мы это прояснили, и как только индивидуумы и группы осознали, что им не нужно увлекаться социальным маскарадом, это сообщество и эта работа неизбежно сделают возможным появление всего необходимого: деятельности, контакта, занятий и учебы.

Короче говоря, такое сообщество не является ни стадом бабуинов, ни военизированным отрядом, опирающимся ради продолжения своей деятельности на желание и страх, на награду и наказание.

Такое сообщество действует согласно некоему чувствительному образцу. Этот образец является его защитой и его силой. Если вы пытаетесь организовать себя или других по более низкому образцу, вы теряете связь с этой работой. Коротко говоря, вы отстраняете себя от высшего развития, отдав предпочтение стабильной жизни, проводимой в развлечениях, точно так, как некоторые проводят свое время в залах ожидания.

Работайте тем способом и с теми материалами, которые указаны учением. Планируйте как угодно, если вы действительно знаете план.

Суфийский авторитет Абу-Наср аль-Сарадж в Kitab al-Luma иллюстрирует необходимость в плане и приоритетах в учебе. При этом он цитирует слова Баязида, одного из наиболее выдающихся суфиев, который обучал Абу Али из Синда формальным ритуалам ислама, в то время как Абу Али, в свою очередь, обучал его основанной на опыте науке суфизма.

А один из учеников Баязида сообщал, что не слышал ни слова от своего мастера в течении тринадцати лет – времени, которое он провел с ним...

Неправильное понимание надобности или ненадобности постоянного общения с мастером как некоего рода волшебного ключа обязано, по меньшей мере частично, вырожденному поведению тех весьма многочисленных группирований, которые первоначально были суфийскими, но по прошествии столетий превратились просто в культы.

Многие суфии прошлого настаивали на уединении и анонимности, отказываясь общаться с людьми.

Му'ин ад-дин Чишти, который ввел чиштизм в Индии, (похоронен в Аджмере) – замечательный тому пример. Хотя некоторые из созданных им образцов позднее были переняты последователями, воображавшими, что они следуют его учению, его склонность к уединению была оставлена без внимания.

«Он, обычно, не позволял, – говорит д-р Шариб, – чтобы в путешествиях его сопровождал более чем один дервиш. Он останавливался в безлюдных и пустынных местах. Иногда он останавливался на кладбищах. Как только люди узнавали, где

он остановился, он тут же покидал это место. Он ненавидел известность».

Несомненно, для учебных группирований есть огромный риск стать в миниатюре племенами или семьями, культами и структурой для получения социального удовлетворения, а не учебы, не говоря уже о понимании.

Такой образец утверждается, и часто весьма явно, в большинстве кажущихся религиозными общин и деятельности. По этой причине шейх Абдулла Ансари называл молитву «лишь воздержанием от пищи», формальную молитву – «делом стариков и старух», паломничество – «одним из удовольствий этого мира».

Ансари подчеркивает, что люди могут научиться от групп и собраний только в той степени, в какой они преодолели четыре ловушки:

Неблагодарность при удаче.

Нетерпение при неудаче.

Недовольство своей судьбой.

Колебание в служении своим товарищам.

Внутренние измерения

Во всех материалах, используемых в нашей работе, есть внутренние смысловые измерения. К этим материалам я отношу как то, что выполняется и переживается, так и то, что написано, сказано, увидено и можно потрогать руками.

Раскрытие внутренних измерений, как и во всех сохранивших свою силу традициях, должно иметь место тогда, когда оно может быть эффективным. Это не детективное расследование, решение головоломки или замаскированное развлечение. Напротив, эти элементы должны оставаться на своих, весьма второстепенных местах.

Внутренние измерения присутствуют, чтобы передать определенный опыт в момент их раскрытия. Этот опыт снабдит ученика неким элементом, нужным для того, чтобы способствовать его дальнейшему развитию.

Раскрытие внутренних измерений просто ради раскрытия является не просто поверхностным, оно лишает процесс его развивающей ценности.

Возьмем в качестве иллюстрации один незамысловатый пример.

Я говорю: «Это наша работа ». Это слово связывается в уме с определенными значениями. 'Работа' означает действие. Но если я открою вам, что на самом деле слово 'работа' также означает, скажем, 'Всемирную Организацию по Изучению Знания' и составлено из начальных букв этого выражения, вы увидите в этом целый ряд других возможностей. Но просто делать это, не имея конструктивных целей, – банально.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №53  СообщениеДобавлено: 10 окт 2014, 12:15 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 09 янв 2014, 12:22
Сообщения: 492
Пол: женский
Именно поэтому 'раскрытие секретов' является стадией, следующей за ознакомлением с материалами и понятиями. 'Раскрытие' должно иметь – и имеет место – на уровне и при обстоятельствах, соответствующих цели: развитию человеческой природы.

Нетерпение в этом процессе просто превратит вас в пустого человека, играющего словами, вещами и понятиями. Если вы играете с чем-то сложным, обращаясь с этим как с простым, оно не проявит своих истинных качеств. Например, электронный прибор, который, возможно, крайне чувствителен, эффективен и дорог, может выглядеть просто как предмет для детской игры. Используя его для игры, вы будете играть, но не обманывайте себя, что при этом задействуется ваша более эффективная часть, только потому что это не деревянный диск, и игра доставляет удовольствие или угнетает вас.

Едва ли в обращении найдется вторичная книга по метафизике, в которой автор сумел избежать этой тенденции, и еще менее вероятно, что ее смысл не искажают читатели.

Мало удивительного в том, что обыкновенные люди смеются над метафизиками, и что большинство последних преуспели, главным образом, в обучении себя и других играть в развлекательные игры с тем, что на деле могло быть жизненно важным материалом.

Это надо повторять в различных формах потому, что внутри и вне людей всегда присутствуют тенденции 'играть', которые можно нейтрализовать только с помощью иного материала, соответствующего качества и количества, и описаний его использования.

Помните, что простое изучение и впитывание предостережений, подобных этому, дает вам защиту и средства для удержания ощущения истины, гораздо в большей степени, чем вы можете вообразить.

Внутренние измерения, правильно переданные, являются наиболее полезной частью имеющихся у нас материалов. При неправильном и поверхностном использовании они полностью бесполезны.

СОЖЖЕНИЕ КААБЫ

Чтобы привлечь внимание к основному, суфии выступают против производного или вторичного. Аттар рассказывает, что Шибли носил по улицам горящие угли, говоря, что собирается поджечь Каабу, главную святыню ислама, чтобы предметом заботы людей была не она, а – Господин Каабы.

открыть спойлер
Объяснение

В: Основываясь на ваших заметках и произведениях, я наблюдал поведение людей по отношению к 'высшему знанию' и нашел его таким, как вы описываете. Люди воображают, что раз другие говорят об этом знании, то и они являются кандидатами на его получение, и, на самом деле, не слушают тех людей, кто сообщает как к нему подступиться. К тому же они проявляют избирательность в учебе, полагая, что те крошки и кусочки, которые привлекают их, дадут то, чего они хотят, и не считают необходимой целостную учебу. Они соперничают друг с другом в 'переживаниях', эмоциональных стимулах и даже личной чести и второстепенных, социальных преимуществах, утверждая, в то же время, что ищут 'высокое'. Каково ваше объяснение, если таковое имеется, этого абсурдного поведения?

О: Нет нужды в 'моем объяснении', потому что вам надо лишь спросить себя, что означает для нормальных людей такого рода поведение, и где оно проявляется.

Достаточно спросить антрополога или историка в области образования или науки, и они поведают вам, что такое поведение характерно для недостаточно развитых людей, ущербных или невежественных, столкнувшихся с введением чего-то 'нового' для них.

Такой анализ не под силу лишь тем, кто не увидел эту закономерность и кого вводят в заблуждение поверхностные вещи такие, как названия, которые дают себе различные культы.

Если бы те люди, о которых вы говорите, искали, скажем, научное знание или денег, вы бы сами сразу сказали, что они, в худшем случае, дикари или невротики; а в лучшем случае, у них фактически нет базовой информации или подготовки, позволяющей им подступиться к тому, в чем, как они воображают, они столь сильно нуждаются. Важная задача – сделать доступной эту базовую информацию, так, чтобы люди могли выйти на линию старта, а не ходить вокруг да около.

Западная культура гордится своей способностью отличать одну вещь от другой. Вот благоприятная возможность для людей этой культуры проявить этот, в целом, желательный талант, тренировку и умение. Когда они проявляют его в достаточном количественном и качественном отношении, может начаться реальная учеба, и остановить ее будет невозможно.

На Востоке же существует обычай, когда учитель обращает внимание на некоторую черту человеческого поведения тем, что сам проявляет ее, и это шокирует других или служит им напоминанием. Делается это для того, чтобы при прямых нападках у людей не возникало защитной реакции.

Такое поведение сохраняет и передает тот смысл, что учащимся не следует льстить себе тем, что, в силу своей занятости делом духовным, они важные персоны, – нет, они нуждаются в должном смирении.

Когда я был маленьким, то однажды, зайдя в рабочий кабинет моего отца, оставил дверь открытой. Вместо того, чтобы велеть мне закрыть ее, он сказал:

«О, я, кажется, забыл закрыть дверь. Будь так добр, закрой ее».

Память об этом эпизоде вот уже более сорока лет живет во мне.

ХИРИ И ЗОЛА

Абу Осман ал-Хири поступил так же, когда кто-то высыпал золу из окна прямо на него. Люди, бывшие с ним, хотели упрекнуть человека, сделавшего это. Но Хири лишь сказал: «Мы должны быть тысячу раз благодарны за то, что лишь зола упала на человека, заслуживающего горячих углей!»

В: Почему в ваших публичных выступлениях вы так мало говорите о Боге?

О: Более обычная жалоба (показывающая, что нельзя удовлетворить каждого) состоит в том, что я слишком подробно останавливаюсь на вопросах религии. Но о причине, по которой я говорю о Боге меньше других, лучше всего сказать так, как, сообщают, сказал Ибн Араби: «Недостойно говорить о чистоте, когда убираешь хлам; чистота – это результат необходимой предварительной работы». Конечно, я согласен, что Ибн Араби был вынужден предстать перед инквизицией за свою 'любовную поэзию', которая ныне признана величайшей мистической литературой...

Сообщают также, что Рабийя сказала: «Упрекать человека очищающего яблоко, в том, что его интересует кожура, – сущее невежество, хотя может казаться, что это описание данной ситуации».

Суфийский учитель моего знакомого, в моем присутствии, на чью-то просьбу поговорить о Боге сказал: «Было бы оскорбительно для Бога говорить о Нем вам; и слишком много чести для меня предполагать, что я отважусь говорить о Боге».

'Бог' большинства людей – это их тщеславие, их самомнение, эпитет, который они используют для эмоциональных и интеллектуальных целей. Лучше говорить о чем-то (тем более о Боге), если нет уверенности, сдержанно.

Использование слова 'Бог' должно зависеть от уровня понимания того человека, который использует этот термин, а также того человека или тех людей, кто слушает или читает это слово. Как сказал Шабистари в четырнадцатом веке, в суфийском руководстве Тайный Сад:

«Если бы мусульманин знал, что такое идол, он знал бы, что есть религия в идолопоклонстве. Если бы идолопоклонник знал, что такое религия, он понял бы, где сбился с пути. Он видит в идоле лишь дело рук человеческих. Вот почему, в соответствии с Исламом, он язычник».

«У человека, – говорит Руми, в Fihi ma Fihi ('В ней то, что в ней'), – есть три духовных состояния. В первом он не обращает на Бога никакого внимания вообще, он поклоняется и служит чему угодно: женщине, мужчине, богатству и детям, камням и праху. Богу он не поклоняется. Когда он приобретает немного знания и становится более сознательным, тогда он служит только Богу. Далее, прогрессируя в своем развитии, он замолкает: он не говорит более ни "Я не служу Богу", ни "Я служу Богу", ибо он вышел за рамки этих состояний».



Идрис Шах
УЧИТЬСЯ КАК УЧИТЬСЯ

http://www.sunhome.ru/books/b.uchitsya_kak_uchitsya/1


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 53 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4

Текущее время: 27 ноя 2020, 12:37

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Вы не можете начинать темыВы не можете отвечать на сообщенияВы не можете редактировать свои сообщенияВы не можете удалять свои сообщенияВы не можете добавлять вложения
Перейти: