К ИСТОКУ

о развитии Божественного Начала в Человеке

 

 

Администратор Милинда проводит онлайн курсы по развитию сознания и световых кристальных тел с активацией меркабы. А так же развитие божественного начала.

ОНЛАЙН КУРСЫ

 

 

* Вход   * Регистрация * FAQ * НОВЫЕ СООБЩЕНИЯ  * Ваши сообщения 

Текущее время: 21 сен 2018, 18:01

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 27 ]  На страницу 1, 2  След.
Автор Сообщение
Сообщение №1  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:20 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
Легенды НОВОЙ ФРАНЦИИ

© А. Садецкий - перевод
© Жан-КлодДюпон - собиратель сказаний, иллюстрации

landri.jpg ... obl.jpg
Премьер-министр Квебека
г-н Бернар Ландри



Выражаем глубокую признательность Премьер-министру Квебека, г-ну Бернару Ландри; историку, этнологу и собирателю сказаний квебекского народа г-ну Жан-Клоду Дюпону, а также творческому коллективу издателей этой книги за уникальную возможность открытия фольклора Квебека для русскоязычных читателей в нашем интернет-журнале. Особо благодарим г-на Черкасова А.И., члена правления Российской Ассоциации изучения Канады, с.н.с. ИСКРАН, академика Международной академии Северного Форума как вдохновителя и подвижника идеи проекта
Открытие Французской Америки, в рамках которого мы представляем вам "Легенды Новой Франции".



Правительство Квебека с удовольствием предлагает вашему вниманию собрание сказаний Новой Франции, оказавших существенное влияние на творческое воображение и традиции квебекского народа.
Настоящий сборник составил и иллюстрировал согласно канонам наивного народного искусства историк и этнолог Жан-Клод Дюпон, работающий в Квебекском университете им. Лаваля -старейшем франкоязычном университете на американском континенте. Г-н Дюпон, картины которого выставлялись во многих городах Северной Америки и Европы, является признанным специалистом в области квебекского фольклора.
Русские читатели имеют возможность открыть для себя, насколько мир чувств и ценностей, восходящих к европейской традиции, укоренился в воображении современных квебекцев. Это издание позволит также квебекским преданиям поведать сокровенное, вступив в диалог с другими культурами, в частности с культурой России, где народное творчество сыграло основополагающую роль в формировании национального художественного мировоззрения.
Я рад, что эта книга, подготовленная к печати Центром «Москва-Квебек» Квебекского университета им. Лаваля и Российским государственным гуманитарным университетом, выходит в свет в тот самый момент, когда отношения между Россией и Квебеком становятся более тесными и многообразными, чем когда-либо в прошлом.


Легендарные возможности интердискурсивного
пространства Новой Франции

Александр Садецкий

В Новой Франции, во всём этом мире говорящей по-французски Северной Америки (мире, чьё сердце — Квебек), легендами обычно называют не только произведения, которые с помощью этого термина определил бы российский фольклорист, но также тексты, относящиеся, скорее, к жанрам преданий и бывальщин.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №2  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:21 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
Легенды НОВОЙ ФРАНЦИИ

содержание:


Ноев ковчег
Заколдованный баклан
Чудесный сад
Морские сирены
Страшная чёрная птица
Кюре, унесённый ветром
Муж-оборотень
Вьюжный призрак
Розовый поросёночек
Нищеброд — заклинатель кур
Белый конь
Лесорубы и фея
Летающие охотники
Домовые с островов
Дикая охота
Домовые
Нежданный гость
Гуси Залива
Растягивающийся конь
Корабль-призрак
Киты Ивановой ночи
Околдованные матросы.
Мареша, морское чудище
Колокола улетают в Рим
Кошачий остров


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №3  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:23 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
kovcheg.jpg

НОЕВ КОВЧЕГ


Сто лет и один день строил, говорят, Ной ковчег; вот сколько времени понадобилось ему, чтоб сделать корабль, который и потоп бы выдержал, — а потоп-то этот он во сне видел. Сколотил он сперва большую клеть деревянную квадратом, посредине ее потом дом поставил. И только, значит, залезли парами в ковчег все звери, которых туда он согнал, — ну и, понятное дело, забрались дети его, — как начался ливень. Сорок дней и сорок ночей хлестал дождь без перерыва — а потом, как очистилось небо, выпустил Ной из ковчега ворону: узнать задумал, не сошла ли вода, не появилась ли кругом зелень. Да только не вернулась ворона. Как увидела зверей утонувших — а туши их по водам тогда всюду плавали, — так и пала на мертвечину, клевать принялась; ест — не наестся. Попросил тогда Ной голубя, чтобы тот принес ему весть. И в первый вечер вернулся голубь с комочком земли в клюве, а во второй — с гроздью калины. Вот и сделал Ной, в благодарность, голубя белой голубкой, а вороне, в наказание, дал он голос хриплый да сиплый — и перья, как уголь черные.

А как оказался ковчег на суше, вышла оттуда семья Ноя, огляделась — да и обосновалась тут, как говорится, на «земле доброй да ровной». Так что пришлось воронам — а их ведь так и не простили люди, от домов своих все гоняли — удрать из этих мест, убраться из Штатов в Канаду. Да только как повалил снег в Канаде, не выдержали вороны, полетели обратно, на землю Штатов. Поняли, что иначе до весны им не дотянуть.

И вот с тех пор повелось, это уж всем известно: как увидишь, летят вороны к американским берегам, так и знай — зима на носу.



"Ноев ковчег", Нью-Гэмпшир и Род-Айленд х/м, 30,4 х 40,5 см; 1985 Почему улетают птицы
в чужие края весной.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №4  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:24 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
zakold_bakl.jpg

ЗАКОЛДОВАННЫЙ БАКЛАН


В тот вечер папаша Бурже возвращался от Заревой горы, возле которой имел он обыкновение ставить сети на треску, в прескверном настроении. Надо сказать, что такое случалось с ним этой весною нередко. «Проклятый баклан, — ворчал старик, — ну погоди, ты у меня дождёшься... Это ж надо, весь мой улов пожирает!»

Больше всего старика раздражало, что чёртова птица взяла привычку кружиться вокруг его плоскодонки — да с его же сельдями в клюве. «Что бы ей самой себе рыбу наловить, — так нет, вишь, привыкла воровать из сетей у тех, кто и так еле-еле концы с концами сводит!» — бормотал сердито рыбак.

В общем, назавтра до места, где стояли его сети, добрался он с твёрдым намерением покончить к вечеру с бакланом (у нас их ещё морскими воронами зовут). И было у него с собою в лодке ружьё, а в стволе ружья — добрый заряд утиной дроби. Ну и как обычно, пролетел у него над головою баклан, крикнул «Уак!» — и скорей к сетям; а через миг уже вынырнул — с сельдью, понятно, в клюве. Старик схватил ружьё, прицелился и выстрелил. «Бах!» И что же? Да ничего. Ровным счётом ничего не изменилось. Когда дым от выстрела, окутавший птицу, рассеялся, старый рыбак увидел, что она продолжает спокойно доедать его рыбу, будто посмеивается над ним. Папаша Бурже снова прицелился, снова выстрелил — опять ничего. После третьего выстрела старику — а его в Персе считали лучшим охотником на морских птиц — стало как-то не по себе: «Полно, — подумал он, — да уж не заговорен ли этот ворон?»

Только этим дело не кончилось. На другой вечер папашу Бурже сопровождала туда, где расставлены были его сети, добрая дюжина рыбаков с ружьями; всем хотелось попытать счастья. «Бах! Бах! Бах!» Но лишь отгремят выстрелы, чёртов баклан опять, словно издеваясь над охотниками, в воду ныряет — и появляется, несколько мгновений спустя, с новою сельдью в клюве.

открыть спойлер
Говорят, что выручила папашу Бурже статуя святой Анны, заступницы нашей, высившаяся на, деревушкой; хранила она рыбаков от напасти, от бед спасала. Стояла эта из свинца вылитая статуя на скале что прозывалась Роландовым столом. Отковырял папаша Бурже от статуи ножом своим карманным кусочек металла — да и отлил из него ружейной дроби А потом, в тот же вечер, отправился старик туда, где знал он точно, снова встретит проклятую птицу. Выстрелил рыбак — и так и полетели во все стороны перья; добрую половину их потерял морской ворон. Криво, косо, зигзагом устремился баклан в облака — и пропал в темнеющем небе.

А папаша Бурже до конца своих дней рассказывал о заколдованном морском вороне и даже подражал во весь голос (а голос у старика, что правда, то правда, был зычный) тому хохоту, которым разразилась бесовская птица, когда попал в неё заряд свячёной дроби; особенно нравилось ему вспоминать, как «эхо за ней повторило трижды "Ха! Ха! Ха!"».



"Заколдованный баклан", Персе, х/м, 35,56 х 45,72 см; 1994.
Баклан прилетает красть рыбу из рыбачьих сетей.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №5  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:25 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
sad.jpg

ЧУДЕСНЫЙ САД


Гору эту, на которой рос — прямо посреди леса — чудесный сад, видно было издалека. Под лучами жаркого солнца зрел там маис, поспевала фасоль, наливались тыквы. Шиповник да дикие розы разных цветов цвели под деревьями, чьи ветви отягчали сочные плоды.

Каждый день по несколько раз Эвичи-Сага — маниту, божество этих мест, — вел разговор с медведями, оленями и другими зверями, которые приходили утолить жажду к озеру; влагу озера пили и облака, проплывавшие над ним. Так чист был воздух в этих местах, что не знали старости жившие там обитатели леса.

Только раз виндиго* , противник доброго маниту, который проходил в тех местах, решил, что глупо просто так брести мимо; почему бы, думает, не забраться мне на эту гору, не набрать там фруктов, не запастись дичью.

Залез он в волшебный сад — да и начал набивать корзину свою; самыми чудесными травами наполнил ее, лучшие головки лесного чеснока туда побросал. Долго старался, все побольше хотел унести. И только когда увидел он, что солнце скрылось, когда услышал, что ветер свистит, поет все громче да громче, решил: спускаться пора — а то, думает, как бы не застала меня тут, на горе, непогода.

В ту часть сада, где росли фрукты, забежал виндиго, когда град уже начался. Градины колотили по камням, прыгали, как бешеные, по скалам — а он в это время ломал ветви плодовых деревьев, поскорей готовил вязанку, за спиной ее укреплял; вдобавок, приметил он вдруг двух жирных куропаток, которые яйца там высиживали, — да и поймал их, тоже с собой прихватил.

открыть спойлер
Только земля уже дрожала у него под ногами, тряслась, ходуном ходила — а потом вдруг случилось неслыханное дело. Дунул маниту — и теплый ливень с такой хлынул силой из тучи, что свалился виндиго, встать не может. Огненная полоса разорвала небо, страшным зигзагом ударила в утес — и яростное пламя молнии в мгновение ока прочертило ложе новой реки, которая тут же устремилась, послушная, вниз, к подножию горы.

Сброшен был виндиго в кипящие эти воды — а эхо все повторяло грохот разъяренной горы.

Унесла вода злого пришельца, до самых прерий домчал его поток, до мест, где расширяется русло, разливается вольно река; там был разоритель чудесного сада превращен в остров — ибо впредь суждено ему было все взирать на чудесную гору, ни на шаг к ней не приближаясь. И так это будет вечно.

____________

*)Виндиго — маниту, воплощающий злое начало, шаман темных сил, в легендах он нередко предстает в зверином обличье

"Чудесный сад",Монт-Трамблан, х/м, 35,56 х 45,72 см; 1996.
Виндиго явился нарушить покой доброго маниту, живущего на горе.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №6  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:27 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
siren.jpg

МОРСКИЕ СИРЕНЫ

Умели, говорят, старые рыбаки «погоду чуять». Вот отправятся они, бывало, в море с сетями своими да со снастями всякими — а там уж, чем ни занимаются, всё на горизонт поглядывают. И чуть что не так, чуть покажется им: ненастье надвигается, — немедля к берегу правят.

А уж больше всего, дело известное, боялись рыболовы «погоды русалочьей», «русальего часа». Только увидят они, что птицы морские к берегу спешат, только заслышат пронзительные их крики, только приметят: небо стало тревожным, смутным каким-то, желтоватым да зеленоватым, — тут же к пристани корабль поворачивают. Случалось, правда, что и от этого толку не было; поздно, не добраться уже до суши. Тёплый ветерок начинал тогда дуть над морем, да всё тише да тише — и так был он слаб, что в жизнь ему паруса не наполнить.

Вот в это-то время обычно сирены и появлялись. Плавают себе вокруг корабля, ныряют — и близко ведь, в двух-трёх, может, сотнях футов всего. Люди тогда, чтоб не видеть сирен да не слышать сладких их песен, уши себе затыкали, глаза зажмуривали. Да и как же иначе! Все знали: худо придётся тому, кто поддастся их чарам; уж если кто позволит сиренам себя околдовать, — долго не сможет потом такой бедолага забыть, как увидел белокурых этих красавиц с рыбьими, вместо ног, хвостами, горько он будет жалеть об этой встрече.

открыть спойлер
Раньше-то люди помнили, по именам могли перечесть, какой рыбак да когда засмотрелся на сирен этих, а потом прямо на палубе, где стоял — там и спать повалился... Да какой, ещё того хуже, рассудка лишился, на берег безумным сошёл.

Легенда тут есть одна — говорят, привелось раз жителям Матана увидеть сирену, что сбилась в воде с пути и в сетях запуталась, которыми сельдь ловили.

Бился рыбак с этой сетью, бился, вытащил, наконец, из воды, перевалил через борт, глядит — а там женщина рыбохвостая... И красива же она была: кожа розовая, волосы золотые, да длинные-предлинные!

Взмолилась сирена: как же она, говорит, людям-то в порту покажется, нечёсаная такая; да и сестры её, говорит, тревожиться о ней будут: куда, дескать, подевалась. Только не послушал её рыбак» повернул он баркас свой к берегу, добрался потом до деревни; и несёт вот он, значит, красавицу свою, в сеть завёрнутую, на спине — а навстречу ему кюре. И велел рыбаку священник, чтоб отпустил он немедля сирену обратно в море. Да ещё отлучением от церкви пригрозил, коли вздумает рыбак ослушаться.

Делать нечего, отпустил рыболов сирену. Подарил ей на прощанье гребень да зеркало — пускай радуется! А сирена, как в воде очутилась, так и метнулась скорее прочь, понеслась в самую глубь морскую.

____________

"Морские сирены", Матан, х/м, 35,56 х 45,72 см; 1994.
Нравится покорять рыбачьи сердца белокурым красавицам, у которых вместо ног - рыбьи хвосты..
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №7  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:28 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
chern_pti.jpg

СТРАШНАЯ ЧЁРНАЯ ПТИЦА

Началось всё это весною 1530-го года. Отплыл тогда Роберваль со своим экипажем из Сен-Мало в Америку: колонию решил основать. Взял он в плаванье и племянницу свою, Маргариту; совсем юной была тогда Маргарита, едва ей пятнадцать исполнилось. Хотел Роберваль замуж её выдать выдать за человека достойного и с положением. Сопровождала племянницу Роберваля гувернантка — да только всякий раз, как случалось Маргарите вырваться из-под надзора, спешила девушка на палубу. А там уже поджидал её юноша, что служил на корабле бочаром; и всё новые нежные речи шептал он любимой своей...

Нелёгким было то плаванье. А как-то раз и вовсе пришлось худо: ветер к ночи разбушевался, понятно стало — шторма не миновать, и не выдержит его корабль. Решили тогда с перепугу матросы — а они уж на всё были готовы, лишь бы ко дну не пойти, — что надо скорей им найти причину несчастья, узнать нужно, за что это разгневались так на них небеса. Выдала тут перепуганная гувернантка Маргариту, рассказала, что та провела ночь с бочаром. И только решили моряки подвергнуть любовников каре, сразу ветер затих. Высадили тогда Маргариту, гувернантку её . и бочара на необитаемый остров, оставили им несколько бочонков с пресной водой, оставили пшеницы, сухарей несколько ящиков, топор да свечи. А осенью, возвращаясь во Францию, не пристал Роберваль к острову, не захотел он спасти тех, кто брошены были там.

открыть спойлер
Пришла зима. И погибли один за другим и молодой бочар, и спутница девушки, и младенец, что у Маргариты родился, — всех заклевала огромная чёрная птица, жившая на проклятом острове, день и ночь искавшая там добычи. Удалось Маргарите расправиться с чудовищем; от ярости обезумев и от отчаяния, вырвала она страшной птице глаза, пронзила ей сердце. А два года спустя нашли проплывавшие мимо острова бретонские моряки потерявшую рассудок Маргариту, взяли несчастную с собою назад во Францию. И узнала она от них, что мёртв Роберваль, — и что вырваны были глаза его, пронзено было его сердце.

_____________

"Страшная чёрная птица",Иль - де - ла - Демуазель (Девичий Остров), х/м, 35,5 х 45,7 см; 1982.
Убивает страшную птицу племянница Роберваля. Последней осталась она из людей, что
брошены были на необитаемом острове; всех остальных заклевала проклятая эта птица.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №8  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:29 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
kjure.jpg

КЮРЕ, УНЕСЁННЫЙ ВЕТРОМ

Много пришлось молиться о ниспослании «дождя всем прихожанам церкви, где проповедовал кюре Лакурсьер, осенью 1864-го года. Засуха в тот год была страшная, источники иссякли, скот пить хотел, не хватало бедным тварям воды в ручьях, чтоб утолить жажду. Вот и решил священник с бедою молитвой сладить; в деревне неподалёку удалось эдаким манером дождь вызвать, так что кюре Лакурсьер тоже надежды не терял.

И вот, как-то вечером, часам к семи, набежали вдруг облака, затянуло тучами небо. Куры скорей по насестам попрятались, кошки с улиц удрали. Весь Сен-Медар — так звалось село, где Лакурсьер был священником, — чувствовал: вот-вот начнётся гроза. Она и началась — да не простая гроза, а буря настоящая. Такой тогда ветер стал дуть, такой хлынул ливень — вихрь гнал дождь, будто стену водяную; плетни все наземь полегли, ураган по воздуху колосья пшеницы целыми охапками нёс. Дома, и те с фундаментов сползать стали. Даже дом священника не выдержал: сорвала с него буря крышу, и вылетел кюре Лакурсьер — даром, что человек он был тучный да грузный, — оттуда, как пушинка. Перевернулся он несколько раз в воздухе, а потом и понёс его вихрь над церковью, да как в колокольню врежет! Развалилась она надвое, а священника, беднягу, швырнул ветер на кладбище; очутился кюре на земле, возле колокола да флюгера-петушка, что раньше на

открыть спойлер
макушке колокольни крутился. Если б не лил всю ночь дождь как из ведра, может, и не очнулся бы бедняга. А так — опомнился всё же кюре, в себя потихоньку пришёл... Да настолько пришёл, что под утро, когда нашли его, наконец, прихожане, услыхали они, как священник их бормочет: «Господи, спасибо, конечно, но я ведь не просил у Тебя так много...»

_____________

"Ураган несёт по воздуху кюре", Квебек, х/м, 30,4 х 40,5 см; 1984.
Велел кюре прихожанам, чтоб все молились о дожде, - и началась буря.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №9  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:30 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
myg_obor.jpg

МУЖ-ОБОРОТЕНЬ


К северу от Гран Лак дез Эсклав (Большого Невольничьего Озера) жила девушка с двумя своими братьями — и очень ей хотелось замуж выйти. Заехал к ним как-то юноша один пригожий; приняли они его хорошо, от всего сердца. Вот пожил он у них немного, да и предложил девушке стать его женой; а через две недели уж и свадьбу сыграли.

В первую брачную ночь — а была она ясной и лунной — проснулась молодая жена от шума. Слышит — собака кости грызёт да на луну воет. Дай-ка, думает новобрачная, разбужу я муженька своего: мало ли чего там стряслось. Глянула — а с ней рядом, в постели-то, никого. Решила она тогда, что муж в лес ушёл, силки кроличьи проверить — не попался ли кто. Только было собралась она опять заснуть, слышит — скот в хлеву мычит, от пса отбивается. Выскочила она за дверь, схватила вилы, да за псом этим! А пёс чёрный — от неё, да не так, как собаки простые бегают, а на задние лапы встал и несётся скачками. Видит она — не догнать ей пса, взяла да и швырнула ему вдогонку вилы. Прямо в лапу угодила, да только пёс, хоть и охромел, а всё же до лесу доковылял. Там и скрылся.

открыть спойлер
А на другое утро проснулась она, смотрит: муж её рядом с ней, спит себе, будто никуда и не отлучался. Да только как пришло ему время вставать да завтракать, еле он до стола добрался: говорит, ночью ходил «воды набрать из колодца», да ногу-то и поранил.


_______________


"Муж-оборотень", Северо - Западные Территории, х/м, 30,4 х 40,5 см; 1985.
В день своей свадьбы оборотнем бежит новобрачный.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №10  СообщениеДобавлено: 15 ноя 2013, 17:31 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
vjug_prizr.jpg

ВЬЮЖНЫЙ ПРИЗРАК

Случилось это в XVIII столетии, в самом его конце. Эрве де Ланоре — а был он тогда ещё совсем молодым человеком — возвращался из Монреаля с покупками, которые сделал там к Новому году. Решил он, чтоб путь сократить, поехать напрямик, через реку Святого Лаврентия; она к тому времени замёрзла уже совсем. Всё бы ладно, да только, когда был он уже неподалёку от Репантиньи, страшный начался буран. Лошадь его сквозь вьюгу брела-брела — да и встала. Что будешь делать! Пришлось Эрве выбраться из саней. На месте сидеть нельзя, замёрзнешь;

прибежище какое-нибудь искать надо — метель переждать. Набросил Эрве попону на спину лошади, а сам поплёлся потихоньку к лачуге, что стояла на обочине, ветхая да одинокая. Заглянул через окошко внутрь, видит — в доме никого, да только тепло там, наверное: огонь в очаге полыхает.

Толкнул он тогда дверь, вошёл, сел на чурбан... Огляделся — что такое: в дальнем углу комнаты, в самой глубине, под лосиными головами — а они в ряд на стенке висели — сидит неподвижно старик, костистый, рослый, в упор на него смотрит. Попросил он, понятно, старика извинить его, что вошёл незваный-непрошеный, а потом и спрашивает хозяина — сам-то тот кем будет? А старик ему в ответ: «Я — с того света выходец, призрак; суждено мне сюда всё опять и опять приходить в канун Нового года, раз за

открыть спойлер
разом; и будет это продолжаться, пока не спасу я от гибели путника. Так наказал меня Бог за то, что как-то раз, когда я ещё был жив, случилось мне — тоже накануне Нового года — отказать человеку, который хотел войти в мой дом. Не открыл я ему своей двери, не впустил его внутрь — а наутро нашёл его замёрзшим у порога». Что там дальше случилось — этого потом Эрве вспомнить так никогда и не смог; знал он только, что очнулся лишь утром и что лежал он в собственных своих санях. Метель к этому времени уже утихла, и лошадь его привычно бежала домой по знакомой дороге.

_______________

"Вьюжный призрак", Репантиньи, х/м, 35,6 х 45,7 см; 1984.
Застигнутый вьюгою путник должен искать прибежище в доме призрака.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №11  СообщениеДобавлено: 27 ноя 2013, 09:55 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
РОЗОВЫЙ ПОРОСЁНОЧЕК

roz_por.jpg

Вот бабушка моя, она так скотину любила - говорила даже с ними, с тварями бессловесными, будто с людьми. Бывало, пойдёт на птичий двор или ещё там куда - сразу за ней зверьё всякое увяжется, обязательно уж кто у ног трётся, кто рядом бежит, кто следом поспешает.

Ну и раз, было дело, возвращалась она с дедом моим вместе из церкви, которая в Гогама-то, значит; служба там двое суток длилась — искупительные молитвы... Да, так едут они, стало быть, домой, сидят себе в повозке. А бабушка вдруг и приметила: на обочине-то дороги — поросёнок, славный такой, розовый. Ну вот, бабушка деду и говорит: «Стой, нельзя его так оставить, ты же видишь — потерялся он».

Ну, дедушка что же? Взял он поросёнка, на колени ей положил, снова в повозку залез, дальше едут. Только стал вдруг поросёнок расти, всё больше делается да больше; куда там на коленях его держать, скоро уж и места-то в повозке не осталось, пришлось деду вылезти да лошади на спину забраться. Ну, бабушке, понятно, не по себе стало: Велела она деду остановиться, да и говорит: «Выпусти-ка ты его от греха подальше, жутко мне с ним». А поросёнок — да какой там поросёнок, кабан уже целый — и отвечает: «Не быть тому; вези меня туда, откуда взял».

открыть спойлер
Ну что же, с веприщем таким особенно, конечно, не поспоришь, да и вообще ясно было: с этим — шутки плохи. Поехали они назад. И чем ближе они к месту, где нашли поросёнка-то, тем он всё меньше становится да меньше. Такой уж маленький сделался — того гляди, меж столбиками проскочит, это на которых перила-то держались вокруг повозки дедовой. Только бабушка моя сообразила: вытащила она из волос булавку большую — шиньон свой ею, бывало, прикалывала, — да поросёнка ей как кольнёт! Пустила, значит, кровь оборотню. Тот — раз, да человеком и сделался. И видят они, дед мой с бабкой: сидит перед ними, голый весь, со стыда места себе не найдёт, знакомый их добрый; сколько лет его знают — сосед ведь, земли рядом.



"Розовый поросёночек", Онтарио, х/м, 22,8 х 30,4 см.
Обернулся сосед розовым поросёнком.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №12  СообщениеДобавлено: 04 дек 2013, 09:01 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
НИЩЕБРОД - ЗАКЛИНАТЕЛЬ КУР

nishebrod.jpg


Да, нище6роды эти... Самое время их было, конечно, лето. Ни дня ведь не пройдёт, чтобы кто-нибудь в дверь не постучал: за милостынькой. Случалось, что и по двое в день являлись. Зимою, конечно, меньше — но всё равно приходили. Самые упорные, понятно, да настырные. Дети их побаивались, бродяг-то этих, — да и немудрено; родители ведь, чуть что, пугали: «Вот не будете слушаться — нищеброд заберёт, в мешок засунет».

Да только родители сами тоже странников опасались. Оно и правильно. Были же среди них, нищих этих, такие, что, дело известное, порчу могли навести, — если их, к примеру, ночевать не пустить или не накормить как следует. Одни так делали, что у коровы молоко пропадало, другие — что хлеб в печке сгорал; или, бывало, ягнята рождались трёхногие, или там пшеница росла без колоса. Мало ли. Да только самое удивительное приключилось, надо сказать, здесь, у нас, в Гаспе. Уж это было колдовство так колдовство, скоро не забудешь. А случилось-то всё как? Постучался, значит, нищеброд один к мадам Беланже, вдова тут была такая; а дело это было зимою, вечер только начинался. Ну, постучался, подаяния просит. А у неё, как на грех, денег лишних не было. Достала она тогда из подпола яйцо — у неё там их полное лукошко стояло — да и протягивает бродяге. А он разозлился! «Ты, говорит, себе его оставь, яйцо твоё! Что я, говорит, в мешок его, что ли, суну? Ты меня, говорит, ещё попомнишь!» Да и ушёл, ругаясь.

Перепугалась вдова; кто его знает, какую он порчу наведёт, странник-то этот. Может, теперь несушки яйца класть перестанут или наседки на них не сядут, — случалось ведь уже по Гаспезии, в других, правда, местах, такое.

открыть спойлер
Ладно. Погоревала она вот так-то, вдова, а потом занялась делами — да вроде и забывать потихоньку про бродягу стала... Только вдруг слышит она: куры раскудахтались вокруг дома. Удивилась вдова: откуда тут курам взяться, зима ведь, куры-то у всех в курятнике закрыты. Выглянула в окно — и глазам не поверила: видит, бредёт странник медленно прочь, а за ним — куры, куры, куры... Со всей деревни собрались да за колдуном бегут. А он идёт себе потихоньку, только порой обернётся, свистнет негромко — куры к нему из курятников так со всех ног и несутся.

Ну, да недолго так оно длилось; только добрался ход весь этот, нищеброд-то с курами, до дома, где жила семья Марки, вдруг как выскочит оттуда собака, чёрная, здоровенная, Кофеёк её звали, да как припустит за бродягой — а она давно его там поджидала, — всё колдовство враз как ветром сдуло. Бросился странник бежать, а собака за ним, чуть за пятки клыками не хватает. Улепётывал он от неё, улепётывал, весь склон пробежал, только внизу она от него отстала, на самом берегу уже; еле бродяга дух перевёл. А куры-то тоже переполошились, ничего в толк не возьмут, — да скорей по курятникам по своим.

Вот так-то. В Гаспе до сих пор говорят: «Это друзей мы себе выбираем; нищий — он сам тебя выберет».



"Нищеброд - заклинатель кур", Гаспе, х/м,45,72 х 60,96 см; 1995.
Нищий бредёт по деревне, а к нему бегут отовсюду зачарованные им куры.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №13  СообщениеДобавлено: 24 фев 2014, 08:38 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
БЕЛЫЙ КОНЬ

1.jpg


Было это в 1749-м. Церковь тогда тут ставили, вот епископ и велел, значит, всем прихожанам в стройке участвовать. Ну, да всем велел — не все послушались. Был тут тогда один такой, Жерве его звали, он и ухом не повёл. Да ему что! Он в церковь уже семь лет не ходил, даже на страстной неделе не причащался. Так вот и тут. Люди, бывало, камни идут тесать да стены возводить, а он — в трактир: пить да веру поносить. Ну вот, и как-то раз не вернулся, значит, Жерве домой. На дворе уж ночь, а его нет как нет. Да и назавтра не объявился. Жена-то потом его искала, искала., где только не спрашивала — пропал Жерве, и всё тут. Ну что ты будешь делать! Она уж и решила, бедная: уплыл, небось, муж в Верхнюю Канаду, — туда барки как раз тогда шли, гребцов всё искали. Ну вот, только исчез Жерве — а туг и пошли вдруг толки: стали люди, которые на берегу жили, рассказывать, что принялся какой-то конь белый по ночам выходить из леса, на скотину нападает, кусает. А скот-то его боится! Совсем обезумел со страха, никакого сладу нет. Да и другое началось: строители ругаются, ну, эти, которые церковь-то ставили. Повадился, понимаешь, конь этот белый камни из стены выбывать: что накануне сложат, он за ночь-то разломает да разбросает — и опять складывай.

Тогда, значит, и решил священник местный: будь что будет, одолею лукавого — поймаю коня. Пошёл он к кузнецу, объяснил, что ему надо, тот и сковал удила для узды, из лучшего своего железа сковал, да ещё с обеих сторон по кресту на удилах выковал — всё, как кюре велел. Ну вот, с уздечкой-то этой и ушёл священник в холмы, затаился там возле тропы, в кустарнике. Только он, значит, схоронился — слышит: копыта грохочут... И выскочил тут из темноты конь, мчится, как бешеный, — и на него прямо: пасть разинул, зубы ощерил, вот-вот вцепится. Тут кюре поскорей ремни-то узды раздёрнул — да коню удила в рот распахнутый точнёхонько и всадил; обуздал зверя.

Спустился священник в село, за собой коня в поводу ведёт. Со всех сторон потом туда люди сходились, в село-то это, десятки миль, бывало, вышагивали, — лишь бы на зверя поглядеть. Да только раз снял, по оплошности, сторож церковный с коня уздечку — тот и кинулся в реку, в стремнину самую, да и был таков... Ну вот, а церковь эту, которую конь-то ломал, достроили всё-таки, через несколько лет уже. Только там, говорят, на стене внутренней, где картина висит, Михаила архангела изображение, за ней, ею скрыт, — лик сатанинский.

Да, а Жерве-то так оборотнем и помер. Хоть и пытались многие — да не вышло, не удалось ему облик людской вернуть. Сколько на него ни охотились — так и не сумел никто пролить его крови.



"Белый конь", Картьевиль, х/м, 40,6 х 50,8 см; 1984.
Ночью оборотень в облике белого коня пытается разрушить церковь.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №14  СообщениеДобавлено: 24 фев 2014, 08:39 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
ЛЕСОРУБЫ И ФЕЯ

2.jpg


Было дело, коротали когда-то вечера в лагерях лесорубы за рассказами о королях, королевах, принцессах — да ещё о призраках, что, говорят, возвращаются с того света тревожить живых. Только порой попадались среди слушателей маловеры; приходилось тогда рассказчику с удвоенным пылом всех убеждать, что слова его — не байка пустая.

Случилось раз Жозефу Уэллету (теперь-то он уже помер, бедняга, а когда-то сказитель был — во всём свете второго такого не найдёшь!), так вот, случилось, значит, ему, как пришёл его черёд на чурбан садиться да рассказывать, завести речь про белую фею. Являлась она, говорит, когда-то селянам, высокая да дородная; кто знал секрет — мог её по своей воле вызвать. Позовёшь — она и придёт.

Ну, не поверили ему лесорубы, на смех его подняли. Рассердился Жозеф-покойник. Повернулся он тогда к двери, посмотрел на неё в упор — а потом и говорит: «Слушай, старая, ты, что сидишь на троне сияющем, в короне своей золотой; явись нам, приди, покажись моим друзьям!»

Тишина тут наступила такая — никто и вздохнуть не смеет, повернули все головы к двери, смотрят... И вдруг видят: стоит у входа красавица — а походила она, как рассказывали потом те, кто был при этом, «ни дать ни взять, на королеву Викторию». На голове у неё — венец алмазный, в руке — жезл волшебный. Посмотрела она на Жозефа Уэллета да и говорит ему: «Впредь ты не смей называть меня «старой»; коли осмелишься — с места не сдвинусь, трон не оставлю свой. Я — прекрасная фея Ирландии, сказителям помощь дарую».

Больше в ту зиму ничего такого удивительного не приключалось, только вот лесорубы никогда с тех пор не решались хоть в чём-нибудь не соглашаться с покойным Жозефом.



"Лесорубам является фея", Сент - Адриан - д'Ирланд, х/м,30,48 х 35,56 см; 1986.
Во время рассказа о чудесах явилась собравшимся фея.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №15  СообщениеДобавлено: 29 сен 2014, 10:39 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 17 окт 2013, 17:25
Сообщения: 625
Пол: мужской
ЛЕТАЮЩИЕ ОХОТНИКИ

let_ohotn.jpg

Эдмон лет сорок прожил вместе с индейцами племени монтаньи на берегу речушки Асташ; так, кстати, прозвали эту речку по имени одной индианки старой из тех мест. Каждую осень отправлялся Эдмон вместе с монтаньи в края, где они охотились. Много он там всякого повидал, да только больше всего любил Эдмон рассказывать историю про летающих охотников.

А было это так. Раз зимою, когда все капканы были уже расставлены, все ловушки готовы, решили индейцы отправиться в новые места, разведать, как там да что — насчёт охоты. Только снег в том году такой лежал глубокий да рыхлый — даже на снегоступах далеко не уйдёшь. Ну, и решил тогда вождь племени, что без колдовства тут не обойдёшься. Принялся он мокасины да снегоступы охотников обмазывать, а чем — неизвестно; состав у него такой был, секретный. Да ещё приговаривает при этом чего-то, слова тайные бормочет.

Ладно. Собрал он потом охотников, и они, за ним следом, поклонились, значит, в ту сторону, куда отправляться надумали. А вождь тут как крикнет — и раздался вдруг шум, будто кто на снегоступах куда пробирается, по сугробам шагает. А охотники и пошли себе по воздуху, всё выше да выше, к небу потихоньку подыматься стали, а потом как над деревьями помчат — не хуже птиц больших, что под облаками им попадались.

Да, ну и полёт это был! Как же они неслись тогда, воздух рассекали, только ветер в ушах свистел. Да ещё вдобавок шум этот не прекращался, словно на снегоступах кто по сугробам бежит со всех ног. И хоть холод тогда стоял страшный, мчали они так, что мороза и не почуяли, вроде и не зима им.

открыть спойлер
Часа два они так летели, неслись, будто бесом обуянные, а потом вождь их главный вдруг как крикнет что-то, команду, вроде, какую, — непонятное, в общем, слово. Ну, и стал, значит, бег их помедленней, не такой, будто, бешеный, потише всё да потише, — а потом и начали охотники наземь опускаться один за другим, на снег застывший. Оглянулись, видят: в лесу они, вокруг ели маленькие, чёрные, лучи сквозь них солнечные пробиваются, на снегу играют.

Ну вот, там-то и провели они, в местах этих северных, зиму, Эдмон и индейские его друзья: ловушки ставили, охотились. А как весна подошла — да только не успел ещё снег растаять, — стали они назад собираться. Меха все добытые аккуратно в тюки свернули, на себя их взвалили, пристегнули всё прочно, закрепили. А потом и побежали на заколдованных своих снегоступах обратно той же дорогою небесной, которой когда-то прибыли: так по ней прямёхонько до Сагне к себе и добрались.

Что ж, зима у них прошла хорошо, добычи было немало, ловушки не пустовали, — вот и устроили они тогда большой праздник: Предков своих, значит, благодарили, как, дескать, те хорошо им дорогу указали, на путь наставили верный.

А насчёт Эдмона скажу, что так, вроде, никто и не узнал, стал ему всё-таки известен состав-то этот тайный, от которого снегоступы охотничьи под облаками летают, или нет. Одно только знаю: видали его в небе, над деревней Сент-Огюстен; за дрофами гнался. И далёко же случалось ему забираться! Вы, небось, про Антикости слыхали, про остров-то, где дичи да зверя всякого — не перечтёшь? Ну вот, а он и до него доходил — и всё ему снегоступы его верой и правдой служили; без них он, бывало, никуда.



"Летающие охотники", Сент-Огюстен, х/м, 40,64 х 50,80 см; 1996.
Надели охотники заколдованные снегоступы - да и мчат себе по небу.
сост. и илл. Жан-Клод Дюпон
Niworld 2002. 25. 02


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 27 ]  На страницу 1, 2  След.

Текущее время: 21 сен 2018, 18:01

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Вы не можете начинать темыВы не можете отвечать на сообщенияВы не можете редактировать свои сообщенияВы не можете удалять свои сообщенияВы не можете добавлять вложения
Перейти:  

 

 

 

cron