К ИСТОКУ

о развитии Божественного Начала в Человеке

* Вход   * Регистрация * FAQ * НОВЫЕ СООБЩЕНИЯ  * Ваши сообщения 

Текущее время: 20 окт 2017, 21:44

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 55 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4
Автор Сообщение
Сообщение №46  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:02 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Фракасторий. Да. Но мне это кажется проделками фокусника; ибо атомы имеют бесконечное движение, занимая последовательно различные места в различное время, притекая к одному месту и вытекая из другого, присоединяясь к тому или другому составу, образуя различные конфигурации в безмерном пространстве вселенной, и таким образом совершают бесконечное местное движение, пробегают бесконечное пространство и претерпевают бесконечные изменения. Но из этого не следует, что они приобретают бесконечную тяжесть, легкость или скорость. Филотей. Не будем говорить о движении первых частей и элементов, а будем рассматривать движение только тех частей, которые принадлежат к определенным видам бытия, т. е. субстанции, например, частей земли как земли.
открыть спойлер
О них можно действительно сказать, что в тех мирах, в которых они существуют, в тех областях, в которых они вращаются, и в той форме, которую они имеют, они движутся от определенного предела к определенному пределу. Но отсюда заключение, что вселенная конечна, а мир один, вытекает с такой же необходимостью, с какою вытекают предложения вроде следующих: следовательно, обезьяны рождаются без хвоста, совы видят ночью без очков, летучие мыши прядут шерсть. Когда мы говорим об этих частях, то нельзя делать и такого заключения: вселенная бесконечна и существует бесконечное множество земель, — следовательно, часть земли может двигаться бесконечно и должна иметь к бесконечно отдаленной земле бесконечный импульс и обладать бесконечной тяжестью. Такого заключения нельзя делать по двум причинам: во-первых, так как вселенная состоит из противоположных тел и принципов, то такого перехода не может быть — такая часть не сумеет пробежать через эфирную область, так как она раньше будет побеждена противоположностью и потеряет способность дальнейшего движения; такая субстанция не будет больше землей, ибо, будучи побеждена противоположностью, она изменит свой состав и облик. Во-вторых, опыт нас учит, что при бесконечном расстоянии тело не может быть тяжелым или легким; как говорят, части не могут получить такого импульса, если они не находятся внутри области, принадлежащей к их собственному составу; если же они будут в этой области, то они не будут больше двигаться, подобно тому как жидкие соки (которые в животном организме движутся от внешних частей к внутренним, от верхних к нижним, подымаясь и опускаясь и передвигаясь от одной части к другой), находящиеся за пределами своего собственного состава, теряют свои силы и естественный импульс, как бы близко они ни были расположены к нему. Такое отношение имеет силу лишь в пределах того пространства, которое измеряется радиусом, протянутым от центра этой частной области к ее окружности; около ее окружности тяжесть тела будет наименьшая, а около центра наибольшая; в промежутках, в зависимости от разных степеней близости к центру или окружности, тяжесть будет больше или меньше. Я это разъясню следующим образом: пусть A обозначает центр той области, где, согласно обычному словоупотреблению, камень не будет ни тяжелым и ни легким; пусть B обозначает окружность той области, где он точно так же не будет ни тяжел и ни легок, а останется в покое (отсюда мы видим совпадение максимума и минимума, как это было доказано в конце книги «О причине, начале и едином»61). 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9 обозначают различные промежуточные области:

B 9 не тяжелое, не легкое
8 наименее тяжелое, легчайшее
7 тяжелое не в столь малой степени, легкое не в столь большой степени
6 менее тяжелое, более легкое
5 тяжелое, легкое
4 более тяжелое, менее легкое
3 значительно более тяжелое, значительно менее легкое
2 самое тяжелое, легкое в наименьшей степени
A 1 не тяжелое, не легкое
Отсюда вы видите, сколь многого недостает для того, чтобы одна земля с необходимостью двигалась к другой, — даже части земли, находящиеся за пределами собственной окружности, не имеют такого импульса.

Эльпин. Вы считаете, следовательно, что эта окружность определена?

Филотей. Да, поскольку вопрос идет о наибольшей тяжести, которая может быть в наибольшей части или, если тебе угодно (ибо весь шар не тяжел и не легок), во всей земле. Но что касается промежуточных различий тяжести и легкости, то я скажу, что они могут принимать столько же различных ступеней, сколь различны веса различных частей, находящихся между наиболее тяжелым и наименее тяжелым.

Эльпин. Значит, эту лестницу надо принимать в особом смысле.

Филотей. Каждый обладающий рассудком, может сам понять, в каком смысле ее надо принимать. Этим сказано достаточно по поводу приведенных доводов Аристотеля. Теперь посмотрим, приведет ли он еще какие-либо другие, кроме разобранных выше.

Эльпин. Позвольте этот вопрос обсудить в следующий день, ибо меня ждет Альбертин, который хочет прийти сюда завтра. Я думаю, он сумеет привести все наиболее смелые доводы в пользу противоположного мнения, так как он основательно изучил господствующую философию.

Филотей. Как вам угодно.

Конец четвертого диалога

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №47  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:05 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Диалог пятый

Новый собеседник: Альбертин

Альбертин. Я хотел бы знать, какой призрак, какое неслыханное чудовище, какой ненормальный человек, какой необычайный ум вновь преподнес миру эти открытия, или, может быть, он принес уже отжившие старые вещи, которые должны сойти за новинки, срезанные корни, которые должны дать в нашу эпоху новые ростки?

Эльпин. Да — это срезанные корни, которые вновь произрастают, это старые вещи, которые снова возвращаются, это скрытые истины, которые вновь раскрываются, это новый свет, который после долгой ночи вновь восходит на горизонте нашего познания и мало-помалу приближается к мередиану нашего интеллекта.

Альбертин. Если бы я не знал Эльпина, то я не знал бы, что ему ответить. Эльпин. Говорите все, что вам угодно. Но если вы обладаете такими же способностями, как я, то вы должны быть с ним согласны, так же как и я. Но если ваши способности лучше моих, то я уверен, что вы с ним еще скорее и охотнее согласитесь, чем я. Что же касается тех, для которых обыкновенная наука и вульгарная философия трудны и которые являются еще учениками, и притом мало разбирающимися в философии (хотя они таковыми себя обычно не считают), то их трудно привлечь на нашу сторону, ибо они находятся под властью всеобщей веры и прославленных авторов, с трудами которых они никогда не расстаются. Репутация толкователей и комментаторов этих авторов ставится ими также очень высоко.
открыть спойлер
Наоборот, те, для которых названная философия ясна, которые достигли того, что они больше не тратят всего остатка своей жизни на то, чтобы научиться понимать то, что сказал другой, а имеют собственный разум и пользуются глазами своего собственного активного духа, для того чтоды проникнуть во все затаенные углы и рассмотреть ее обнаженную всеохватывающими глазами Аргуса через тысячу дверей, — эти люди способны, приблизившись вплотную к предмету, проводить различие между тем, что истинно и признается достоверным вследствие его соответствия истинной сущности вещей. Едва ли, думаю я, эта философия может быть одобрена теми, кто не одарен природным умом и кто, по крайней мере, не получил хотя бы посредственного образования в различных отраслях науки и таким образом не способен пользоваться интеллектуальной рефлексией, позволяющей устанавливать различие между тем, что основано на вере, и тем, что установлено на основе очевидности истинных принципов, ибо некоторые предметы обычно основываются на таких принципах, которые, если их хорошо разобрать, приводят к невозможным и противоречащим природе выводам.

Оставим эти грязные и продажные головы, которые мало заботятся или совсем не заботятся об истине и довольствуются знанием того, что считается общепринятым, которые очень мало являются друзьями подлинной науки, но жаждут славы и хорошей репутации, которые стремятся казаться учеными, но не быть таковыми. Очень плохо, говорю я, сделает свой выбор среди различных мнений и противоречивых утверждений тот, кто не может составить себе твердое и правильное суждение относительно их. И очень трудно иметь какое-либо суждение тому, кто не в состоянии сравнить между собой это и то, одно и другое. А сделать сравнение между различными вещами будет стоить громаднейшего труда тому, кто не в состоянии установить различие между ними, одним и другим. Но различие невозможно установить до тех пор, пока бытие и сущность каждой вещи скрыты. Но бытие и сущность не могут быть выявлены до тех пор, пока не вскрыты причины и начала, составляющие их основу. И только тогда, когда вы посмотрите очами разума и оцените правильным мышлением основы, принципы и причины, на которых базируются различные и противоположные философии, вы увидите, какова природа, сущность и особенность каждой из них; только взвесив их на весах разума, вы сможете установить, каково различие между одной и другой, сравнить, на сколько истинна та или другая, и без колебаний сделать выбор и примкнуть к истинной философии.

Альбертин. Вести борьбу с нелепыми и глупыми воззрениями — это дело пустых и глупых людей, сказал князь философов Аристотель.

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №48  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:07 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Эльпин. Превосходно сказано. Но если вы внимательно посмотрите, то увидите, что это мнение и совет могут быть применены также к его собственным воззрениям, которые оказываются глупыми и пустыми. Кто хочет правильно рассуждать, должен, как я сказал, уметь освободиться от привычки принимать все на веру, должен считать равно возмодными противоречивые мнения и отказаться как от тех предубеждений, которые он впитал со дня рождения, так и от тех, которые он воспринял вследствие взаимного общения, или же которые возрождаются при посредстве философии, — одним словом, он должен умереть для толпы и для тех ученых, которые считаются мудрыми большинсвом какой-либо эпохи. Я этим хочу сказать, что, для того чтобы вынести правильно суждение относительно споров ученых двух эпох, которые высоко стятся большинством народа своего времени, следует вспомнить то, что сам Аристотель сказал, а именно: если мы не всесторонне рассматриваем вопрос, то нередко может случиться, что мы легкомысленно судим, а, с другой стороны, сила привычки может укрепить в нашем сознании предубеждение, котррое приведет к тому, что мы признаем необходимым то, что невозможно, и, наоборот, найдем невозможным то, что безусловно истинно и необходимо. И если это может иметь место относительно совершенно очевидных вещей, то что же мы должны сказать о таких проблемах, которые сами по себе сомнительны и зависят от того, насколько хороши и устойчивы лежащие в их основе принципы?

открыть спойлер
Альбертин. По мнению Аверроэса и других комментаторов, нельзя ничего знать того, чего не знал Аристотель.

Эльпин. Аверроэс и его приверженцы имели, по-видимому, столь слабый разум и пребывали в столь глубокой темноте, что Аристотель казался им наиболее возвышенным и ясным умом. Если бы этот философ и другие, делавшие аналогичные утверждения, хотели бы выразиться наиболее точно, то они могли бы сказать, что Аристотель в их глазах — бог. Но этим самым они не столько возвеличили бы Аристотеля, сколько показали бы свое собственное ничтожество. Ибо их мнение имеет не больше ценности, чем мнение обезьяны, что ее дети — самые приятные создания на свете, а ее муж — самый красивый самец в мире.

Альбертин. «Мучаются родами горы»...

Эльпин. Вы увидите, что родится не мышь.

Альбертин. Многие бросали свои стрелы в Аристотеля и возводили против него укрепления; но их укрепления разрушены, их стрелы притупились, их луки сломались.

Эльпин. Возможно. Где одно ничтожество с другим ведет войну — одно из них может оказаться сильнее другого. Но от этого оно не перестает быть ничтожеством и в конечном счете оно должно быть разоблачено и побеждено истиной.

Альбертин. Я утверждаю, что невозможно опровергнуть доводы Аристотеля.

Эльпин. Это слишком поспешное суждение.

Альбертин. Я это заявляю лишь после того, как я очень основательно рассмотрел учение Аристотеля и достаточно в него углубился. Я не только не нашел ни одной ошибки, но, наоборот, убедился, что его учение полно божественной мудрости. Я уверен в том, что на всякого человека это учение должно произвести такое же впечатление, как на меня.

Эльпин. Вы, следовательно, судите о желудках и мозгах других людей по аналогии с вашим желудком и мозгом, и то, что невозможно для вас, вы считаете невозможным и для других. На свете есть некоторые несчастные люди, которые помимо того, что они лишены всего хорошего, кроме того еще, по велению рока, сопровождаются в качестве вечных спутников эриниями и адскими фуриями, которые заставляют их добровольно набрасывать себе на глаза мрачное покрывало разъедающей зависти, для того чтобы они не видели своей собственной наготы, бедности и нужды и не заметили блеска, богатства и блаженства других; они предпочитают скорее гордо зачахнуть в грязной и надменной нужде и быть погребенными под мусором упрямого невежества, чем признать правоту нового учения и сознаться в своем прежнем невежестве.

Альбертин. Итак, вы хотите, чтобы я, так сказать, стал учеником этого человека? Я, доктор, признанный многими академиями, читавший в качестве профессора публичные лекции в первых академиях мира, должен теперь отречься от Аристотеля и начать учиться философии у подобных субъектов.

Эльпин. Что касается меня, то, не будучи доктором, а невеждой, я стремлюсь учиться. Не будучи тем, чем я должен был бы быть, а являясь тем, чем я есть, я желал бы овладеть знаниями. Но я готов признать своим учителем не только этого человека, но и любого другого, которого боги для этого назначили, дав ему понимать то, чего я не понимаю.

Альбертин. Итак, вы хотите меня снова сделать школьником?

Эльпин. Наоборот, я хочу. чтобы вы были не школьником, а взрослым.

Альбертин. Очень благодарен за ваше вежливое предложение содействовать моему продвижению вперед и привести меня в восторг от его ума, сделав меня слушателем этого беспокойного человека, который, как каждый знает, является противником общепризнанных доктрин, презираем в академии, очень немногими хвалим, никем не признан и всеми преследуется.

Эльпин. Всеми людьми преследуем — конечно, но что это за люди! Немногими хвалим — да, но лучшими и благороднейшими! Противник общепринятых доктрин, но не потому, что они доктрины, и не потому, что они всеми приняты, а потому, что они ложны. Академией презираем — по той причине, что там, где есть расхождение во взглядах, там нет любви. Смутьян — ибо толпа ненавидит тех, кто от нее отделяется и над нею возвышается, и именно поэтому он является мишенью всеобщих нападок. Я вам лучше всего опишу состояние его ума, если скажу, что, поскольку речь идет о спекулятивных вопросах, он не столько стремится обучать, сколько обучаться, предпочитает узнавать новое и больше радуется, когда узнает, что вы хотите обучить его (ибо это дает ему надежду на успех его дела), чем если бы вы желали учиться у него; ибо он больше хочет учиться, чем учить, и чувствует себя более призванным к первому, чем ко второму. Да вот как раз идет и он сам вместе с Фракасторием.

Альбертин. Добро пожаловать, Филотей.

Филотей. Здравствуйте, в добрый час.

Альбертин.

После того как я был в лесу и жевал сено66
С быками, баранами, козлами, ослами и лошадьми,
Я теперь желаю жить лучше и без ошибок
И прихожу сюда, чтобы стать вашим учеником.

Фракасторий. Добро пожаловать!

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №49  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:07 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Альбертин. До сих пор я считал вашу философскую позицию столь слабой, что полагал ниже своего достоинства даже выслушать ваши доводы, не то что возражать на них.

Филотей. Точно так же рассуждал я в первые годы, когда я занимался Аристотелем, но только до определенного момента. Теперь же, после того как я его лучше узнал и изучил и с более зрелым умом могу судить о предмете, возможно ли думать, что я растерял свои знания и свой разум? Однако, поскольку эта болезнь такова, что ее меньше всего чувствует сам больной, я, подозревая, что перехожу от учености к незнанию, могу быть очень доволен, что нашел такого врача, который способен излечить меня от моей болезни.

Альбертин.

Природа ничего не может сделать, и я не могу ничего сделать,
Поскольку болезнь проникла до самых костей67.

Фракасторий. Сделайте одолжение, синьор, пощупайте сначала его пульс и посмотрите его мочу, и, если после того мы убедимся, что ничем не можем помочь, тогда составим косилиум.

открыть спойлер
Альбертин. Наилучший способ проверить пульс — это посмотреть, как вы сможете справиться с теми отдельными аргументами, которые я вам приведу и из которых с необходимостью вытекает невозможность существования многих миров в их бесконечности.

Филотей. Я буду вам немало обязан, если вы нам это докажете. Но если вам это не удастся, то я все же окажусь вашим должником, поскольку вы тем самым будете содействовать укреплению моих собственных убеждений. Ибо я уверен, что благодаря вам я могу почувствовать всю силу противоположного мнения; поскольку вы сведущи в науках, вы легко сможете мне показать значение ваших оснований и построений и в чем их отличие от наших принципов. Но, для того чтобы не прерывать нити наших рассуждений и дать возможность каждому спокойно все объяснить, будьте любезны привести все доводы, которые вы считаете наиболее важными и основными и которые кажутся вам наиболее убедительными.

Альбертин. Я готов это сделать68. Итак, во-первых, Аристотель доказал, что пространство и время немыслимы вне этого мира. Поэтому говорят, что на самом отдаленном расстоянии от нас имеется первое небо и первое тело, являющееся первым движимым; мы имеем обыкновение называть небом высший горизонт мира, где все вещи неподвижны, устойчивы и спокойны и где находятся движущие духи сфер. Если, следовательно, делить мир на небесные и элементарные тела, то последние надо считать ограниченными и объемлемыми, а первые ограничивающими и объемлющими.

Строй вселенной таков, что, поднимаясь от более грубых тел к наиболее тонким, мы, выйдя за пределы огня, к которому прикреплены солнце, луна и другие звезды, достигаем пятой сущности. Но последняя не может быть бесконечной, ибо в таком случае невозможно было бы дойти до первого движимого, а первое движимое не могло бы действовать на другие элементы, как потому, что они были бы объемлющими, так и потому, что нетленное божественное тело было бы включено и содержалось внутри тленных. А это является абсурдом, ибо божественной сущности приличествуют форма и активность и, следовательно, способность быть объемлющей, охватывающей, ограничивающей, а не ограниченной, включенной и охватываемой материей.

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №50  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:08 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Вследствие этого я прихожу вместе с Аристотелем к следующему выводу: «Если вне этого неба имеется какое-либо тело, то оно либо простое, либо сложное; в том и другом случае я ставлю, далее, следующий вопрос: находится ли оно там на своем естественном месте или же оно попало туда случайно, насильственным путем? Мы можем доказать, что там не имеется простого тела, так как невозможно, чтобы сферическое тело переменило свое место; подобно тому, как невозможно, чтобы оно изменило положение; последнее может произойти только в результате внешнего принуждения, которое однако не может быть в нем ни активным, ни пассивным. Равным образом невозможно, чтобы вненеба было простое движущееся тело, находящееся в состоянии прямолинейного движения. Будь оно тяжелым или легким телом, оно по своей природе не может быть там, ибо места этих простых тел отличаюются от мест, находящихся вне мира. Но оно не может быть там и случайно, ибо тогда там должны были бы находиться другие тела, как в своих ествественных местах. Но поскольку доказано, что нет других простых тел, кроме тех, которые входят в состав этого мира и которые движутся согласно трем видам местного движения, то ихз этого вытекает, что вне мира нет другого простого тела. Но если так, то невозможно также, чтобы там было какое-либо сложное тело, ибо таковое составляется из простых тел и на простые тела разлагается.

Таким образом совершенно очевидно, что не имеется многих миров, ибо небо единственно, совершенно и конечно и нет и не может быть другого неба, ему подобного. Отсюда вытекает, что вне этого тела не может быть ни полного, ни пустого места, ни времени.
открыть спойлер
Там не может быть пространства, ибо если бы оно было заполнено, то должно было бы содлержать либо простое тело, либо сложное, но мы уже сказали, что вне неба нет ни простого, ни сложного тела. Там не может быть пустоты, ибо, согласно определению ее, которое гласит, что пустота есть пространство, в котором может находиться тело, там могли бы быть тела; между тем мы доказали, что вне неба не может быть тела. Там не может быть времени, ибо время есть число движения, мера движения, движение же присуще только телу; но где нет тела, там нет движения, там нет ни числа, ни меры движения, а где нет последней, там нет и времени. А мы доказали, что вне мира нет тела, следовательно, нами также доказано, что там нет ни движения, ни времени. А если так, то там нет ни временного, ни подвижного и, следовательно, мир — один.

Во-вторых, из единства движущего начала с необходимостью выводится единство мира. Общепризнано, что круговое движение есть действительно единое, однообразное без начала и конца. А если оно единое, то оно может быть лишь действием, проистекающим от единой причины. Но если есть только одно первое небо, под которым находятся и которому соподчинены все другие небеса, то необходимо, чтобы был единый правитель и двигатель. Этот последний, будучи нематериальным, не может быть численно умножен посредством материи. Но если двигатель один, и один двигатель может дать только одно движение, и одно движение (будь оно сложное или несложное) может быть присуще только одному подвижному телу — простому или сложному, — то отсюда вытекает, что подвижная вселенная — одна. Следовательно, нет больше миров.

В-третьих, рассматривая места подвижных тел, мы приходим к заключению, что мир — один. Имеются три вида подвижных тел: тяжелые вообще, легкие вообще и нейтральные. т. е. земля и вода, воздух и огонь и небо. Точно так же существует три рода мест подвижных тел: низшее и срединное место, куда направляется наиболее тяжелое тело; высшее — наиболее отдаленное от низшего — и среднее место между низшим и высшим. Первое место — тяжелое, второе — не тяжелое, не легкое, третье — легкое. Первое принадлежит центру, второе — окружности, третье — пространству между тем и другим. Таим образом есть нижнее место, к которому движутся все тяжелые тела, в каком бы мире они ни находились; есть высшее место, к которому устремляются все легкие тела, к какому бы миру они ни принадлежали. Следовательно, есть одно место, в котором движется небо всякого мыслимого мира. Но если есть одно такое место, то существует только один, а не много миров.

В-четвертых, предположим, что существует несколько центров, к которым движутся тяжелые тела различных миров, и что имеется несколько горизонтов, к которым устремляются легкие тела; предположим, что эти места различных миров не различаются по качеству, а только по числу. Тогда отсюда будет следовать, что один центр будет более удален от другого центра, чем от горизонта. Но центры совпадают по своему виду, в то время как центр и горизонт противоположны. Следовательно, получится так, что расстояние между совпадающими по качеству центрами будет больше, чем между противоположностями. А это противоречит природе противоположностей. Ибо, когда говорится, что первые противоположности больше всего отдалены друг от друга, то под этим главным образом подразумевается пространственное удаление, которое должно иметь место между чувственно воспринимаемыми противоположностями. Итак, вы видите, чту получается, когда мы допускаем множественность миров. Следовательно, такая гипотеза не только ложна, но даже невозможна.

В-пятых, если есть миры, сходные по виду, то они должны и в количественном отношении быть либо равны, либо пропорциональны (что сводится к одному и тому же). Но если так, то не может быть больше 6 миров, смежных этому миру, ибо без взаимного проникновения друг с другом могут граничить не более 6 шаров, точно так же как не более шести равных окружностей могут касаться друг друга без взаимного пересечения (см. рис. 2).

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №51  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:10 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Отсюда следует, что, поскольку шесть миров касаются нашего мира в шести пунктах, столько же будет и горизонтов вокруг одного общего центрального пункта. Но так как сила двух первых противоположностей должна быть одинакова, а при этом допущении получается неравенство, то вы должны будете признать высшие элементы более сильными, чем низшие. Но в таком случае высшие элементы победят низшие, и вся масса нашего мира разложится.­

В-шестых, поскольку круги различных миров касаются друг друга только в одной точке, то из этого с необходимостью вытекает, что между выпуклостями соседних кругов остается пространство. Это пространство либо чем-нибудь заполнено, либо ничем. Если там что-нибудь есть, то оно, конечно, не может иметь ту природу, которую имеет элемент, удаленный от выпуклости окружности, ибо, как это видно, такое пространство имеет форму треугольника, ограничено тремя дуговыми линиями, составляющими часть окружности трех миров; центр, как это вполне очевидно, более удален от частей, прилежащих к углам, и наиболее удален от углов. Чтобы заполнить это пространство необходимо, следовательно, измыслить новые элементы и новый мир, отличающиеся по своей природе от элементов этого мира. Или же следует предположить пустоту, что мы считаем невозможным. В-седьмых, если есть еще миры, они либо конечны, либо бесконечны.

открыть спойлер
Если они бесконечны, то эта бесконечность должна быть завершенной, что по многим основаниям считается невозможным. Если же количество миров конечно, то должно быть определенное число миров, но тогда нужно исследовать, почему именно их столько, а не больше или меньше, почему нет еще других миров, чту является причиною того, почему одних миров больше, чем других, равны они или неравны между тобою и почему они отличаются между собой; или почему вся эта материя, которая разделена на много миров, не сконцентрировалась в одном мире, ибо при прочих равных условиях единство ведь лучше множества; почему материя, которая распределена между четырьмя, шестью или десятью землями, не представляет собой одного большого, совершенного и единственного шара. Итак, подобно тому как, исходя из соображений о возможном и невозможном, необходимо признать скорее конечное число миров, чем бесконечное, так, исходя из принципов соответствия и несоответствия, более разумно и более соответствует природе единство, чем множество или многочисленность.

В-восьмых, мы видим, что природы соблюдает меру во всех явлениях. Поэтому нигде не находим ни недостатка в необходимом, ни изобилия в отношении излишнего. Полагая далее, что все может быть осуществлено в действительности посредством тех действий, которые имеют место в нашем мире, нет никаких оснований полагать, что существуют еще и другие миры.

В-девятых, если бы существовало бесконечное число миров или больше чем один мир, то это могли бы главным образом объяснять либо тем, что бог их создал, или же, что они находятся в зависимости от божьей воли. Но если даже это и в высшей степени истинно, то из этого не следует, что именно так и было. Ибо, помимо активной потенции бога, необходима еще пассивная потенция вещей. И от абсолютной божественной потенции не зависит то, что может быть произведено природой. Не каждая активная потенция превращается в пассивную, а только та, которой соответствует пропорциональное страдательное начало, т. е. объект, способный воспринять всю активность действующего начала. И в таком случае нет соответствия между какой-либо причиненной вещью и первопричиной. Поскольку, следовательно, это зависит от природы мира, не может быть больше миров, чем один, хотя бог мог сделать больше чем один мир.

В-десятых, множественность миров противоречит доводам разума еще и потому, что в этом случае не имела бы места гражданская добродетель, заключающаяся в гражданском общении. Создав много миров, боги поступили бы нехорошо, не давая возможности обитателям различных миров поддерживать между собой взаимоотношения.

В-одиннадцатых, в случае множественности миров боги, или двигатели миров, мешали бы друг другу; ибо, поскольку необходимо, чтобы сферы соприкасались в одном пункте, постольку получилось бы то, что одна сфера не могла бы двигаться против другой и богам было бы очень тружно управлять движением мира. В-двенадцатых, от одного индивида может произойти множество индивидов только посредством такого действия, при котором природа умножается делением материи, а это есть не что иное, как порождение. Это утверждает Аристотель вместе со всеми перипатетиками. Множество индивидов одного и того же вида можей произойти не иначе, как потум порождения. Но те, кто утверждает, что имеются еще миры той же самой материи и по видовой форме, не говорят, что один превращается в другой или что один порождает другой.

В-тринадцатых, совершенство не терпит никакого добавления. Если, следовательно, этот мир совершенен, то, очевидно, не требуется, чтобы к нему был присоединен другой мир.

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №52  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:11 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Альбертин. Теперь я замечаю больше, чем когда-либо, как самая маленькая ошибка в начале рассуждения бывает причиною величайших расхождений и ошибок в конце его; одно пустое недоразумение мало-помалу размножается в бесчисленное множество других, подобно тому как маленький корень развивается в бесчисленное множество крупных ветвей. Но клянусь жизнью, Филотей, я бы очень желал, чтобы ты мне доказал те положения, которые ты выставил, и чтобы то, что я считаю ценным и правдоподобным, мне было доказано как истинное.

Филотей. Я это сделаю, насколько мне позволят обстоятельства времени, предлагая на ваше рассмотрение вещи, которые до сих пор были скрыты от вас не вследствие вашей неспособности, а вследствие того, что вы не обратили на них внимания.

Альбертин. Приведите мне все в форме выводов и умозаключений, ибо я знаю, что вы, прежде чем дошли до теперешних взглядов, имели возможность основательно изучить противников. Я уверен, что вам открыты тайны общепринятой философии не в меньшей степени, чем мне. Продолжайте.

открыть спойлер
Филотей. Итак, совершенно не нужно допытываться, существуют ли вне неба пространство, пустота и время, потому что единым является всеобщее место, единым безмерное пространство, которое мы можем свободно называть пустотой; в нем находится бесчисленное множество шаров, подобных тому, на котором мы живем и прозябаем. Это пространство мы называем бесконечным, потому что нет основания, условия, возможности, смысла или природы, которые должны были бы его ограничить; в нем находится бесконечное множество миров, подобных нашему, не отличающихся от него по роду, так как нет основания и недостатка в силах природы, как в пассивной способности, так и в активной, благодаря которым их не было бы во всяком другом пространстве, не отличающемся от нашего по природе, подобно тому как они существуют в пространстве, окружающем нас.

Альбертин. Если то, что вы говорили раньше, верно, то — ввиду того, что оно не менее правдоподобно, чем противоположное ему допущение, — это вытекает с необходимостью.

Филотей. За воображемой окружностью и выпуклостью мира существует, следовательно, время, так как там есть мера и основание движения и существуют подвижные тела. Это возражение относится к первому положению, выставленному вами относительно единства мира.

Что касается вашего второго положения, то я утверждаю, что на самом деле существует первый и главный двигатель, но он является им не в том смысле, чтобы, спускаясб от него по ступеням, второй, третьей и следующим, можно было, считая, спуститься от него к среднему и последнему; я считаю, что таких двигателей нет и не может быть, так как там, где существует бесконечное число, там нет ступеней и численного порядка, благодаря которым двигатель занимал бы какую-либо ступень или порядок, согласно отношению, или достоинству, или различию родов и видов, или различию ступеней в том же роде и виде. Существует, следовательно, бесконечное множество двигателей, точно так же, как бесконечное множество душ этих сфер, которые являются формами и внутренними актами, и по отношению к ним существует главный двигатель, от которого они все зависят, первый, который сообщает движущую силу духам, душам, богам, божествам, двигателям и сообщает движение материи, телу, одушевленному, низшей природе, подвижному. Существует, следовательно, бесконечное множество двигателей и движущихся тел, которые все сводятся к активному и пассивному прицнипу70, подобно тому как всякое число сводится к единице; бесконечное число и единица совпадают, точно так же как совпадает в едином — как это было показано в конце книги «О причине, начале и едином» — высшее активное начало, имеющее возможность делать все, с тем, что может стать всем. Согласно числу, следовательно, и множеству, существует бесконечное подвижное и бесконечное движущее; но, согласно единству и единичности, существует бесконечный, неподвижный двигатель, бесконечная, неподвижная вселенная; и это бесконечное число и величина совпадают с бесконечной единицей и простотой в одно простейшее индивидуальное начало, истинное, сущее. Нет, таким образом, первого движимого, за которым в известном порядке следоало бы сторое, а затем и последнее, и так далее до бесконечности; но все подвижные тела одинаково близки к первому или же далеки от первого и всеобщего двигателя. Подобно этому, в логическом смысле все виды имеют одинаковое отношение к роду, а все индивидуумы у виду; таким образом, всеобщий бесконечный двигатель в бесконечном пространстве производит всеобщее бесконечное движение, от которого зависят бесконечные двигатели и движущиеся тела, из которых каждый имеет конечные размеры как по объему, так и по деятельности.

Что касается третьего аргумента, то я утверждаю, что в эфирном поле нет какого-либо определенного пункта, к которому как к середине двигались бы тяжелые тела и от которого удалялись бы легкие тела по направлению к окружности; ибо во вселенной нет середины и нет окружности, или, если хочешь, повсюду есть середина и каэдую точку можно принимать за часть окружности по отношению к какой-либо другой середине или центру. Что касается нас, то мы называем тяжелым то, что от окружности этого шара движется к середине, легким же то, что движется в обратном направлении; и мы увидим, что на самом деле нет ничего тяжелого, что не было бы в то же время легким, так как все части земли последовательно меняют свои место, положение и в течение длинного ряда столетий всякая центральная часть перемещается к окружности, а всякая часть, находящаяся на окружности, перемещается к центру. Мы увидим, что тяжесть или легкость суть не что иное, как стремление частей тел к собственному месту, содержащему и сохраняющему их, где бы оно ни было, и что они перемещаются не вследствие различий в местоположении, но вследствие стремления к самосохранению, каковое толкает каждую вещь в качестве внутреннего принципа и ведет ее, если нет внешних препятствий, туда, где она лучше всего избегает противоположного и присоединяется к подхлдящему. Таким образом части, находящиеся на окружности луны и других миров, подобных нашему по роду и виду, стремятся к середине, как будто вследствие силы тяжести, и, обратно, тонкие части удаляются к окружности, как будто вследствии силы легкости. Но на самом деле они удаляются от окружности или приближаются к ней не по этой причине; ибо если бы дело происходило таким образом, то чем больше части приближались бы к окружности, тем скорее и быстрее они убегали бы, и, обратно, чем больше они удалялись бы от нее, тем сильнее стремились бы к противоположному мсту. Но мы наблюдаем противоположное этому явление, когда тела, находящиеся за пределами земной области, остаются свободно висеть в воздухе, не поднимаясь вверх и не спускаясь вниз, до тех пор пока не приобретут большей тяжести вследствие присоединения частей или сгущения от холода, — и в таком случае они спускаются вниз или же, разлагаясь и утончаясь от жары, рассыпаются в атомы.

Альбертин. Я бы это понял еще лучше, если бы вы мне показали более подробно разницу между звездами и этим земным шаром.

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №53  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:12 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Филотей. Это вам легко объяснит Эльпин, соответственно тому, что он слышал от меня. И он вам покажет более подробно, что всякое тело является тяжелым или легким не по отношению к областям вселенной, но по отошению частей к целому, содержащему и сохраняющему их. Звезды, стремясь сохранить свое настоящее состояние, движутся друг к другу и соединяются друг с другом, подобно каплям в море, или же разъединяются, подобно всем жидкостям, под влиянием солнца или же других огней. Ибо всякое природное движение, которое происходит вследствие внутреннего принципа, существует лишь для того, чтобы удалиться от несоответствующего и противоположного и приблизиться к дружественному и соответствующему. Ибо ничто не движется от своего места, если только оно не изгоняется противоположным; и на своем месте ничто не бывает легким или тяжелым, но земля, поднятая в воздух, стремясь к своему месту, становится тяжелой и чувствует себя тяжелой. Таким же образом вода, поднятая в воздух, становится тяжелой, но она не имеет тяжести в своем собственном месте. Так, для погруженных в воду она не имеет тяжести, в то время как небольшая ваза, будучи вытащена из воды, и наполненная водой, становится тяжелой. Голова не имеет тяжести по отношению к своему собственному туловищу, но голова другого, помещенная на нем, будет обладать тяжестью; причина этого та, что она будет находиться не на своем природном месте. Если, таким образом, тяжесть или легкость есть стремление к сохраняющему месту и бегство от противоположного, то ничто, помещенное в своем месте, не бывает тяжелым или легким; и ничто, удаленное от своего сохраняющего места или от противоположного ему, не становится тяжелым или легким до тех пор, пока не почувствует пользы от одного или досады к другому; но, если, чувствуя досаду по отношению к одному, оно в то же время чувствует отчаяние, смущение, нерешительность по отношению к противоположному, в таком случае оно побеждается первым.

открыть спойлер
Альбертин. Вы обещаете великое, и вы большею частью выполняете обещанное.

Филотей. Чтобы не повторять два раза то же самое, я предоставляю Эльпину объяснить вам остальное.

Альбертин. Мне кажется, что я все понимаю, ибо одно сомнение возбуждает другое, одна истина доказывает другую; и я начинаю понимать больше, чем могу объяснить; до сих пор я считал многие вещи достоверными, в которых теперь начинаю сомневаться. Вот почему я чувствую, что все легче начинаю соглашаться с вами.

Филотей. Когда вы меня поймете вполне, вы во всем со мною согласитесь. Но, если вы пока даже не во всем со мною согласны, не поддерживайте, по крайней мере, столь решительно противоположное мнение, как вы это делали раньше. Ибо понемногу и по различным поводам мы объясним полностью все то, что относится к нашему предложению. Оно покоится на многих основаниях и причинах; ибо, подобно тому, как заблуждение влечет за собой заблуждение, так и истина следует за истиной.

Что касается четвертого аргумента, то мы говорим, что поскольку существует столько центров, сколько существует индивидуумов, шаров, сфер, миров, то отсюда не следует, чтобы части какого-либо тела относились к другому центру, а не к своему собственному, или удалялись к другой окружности за пределами своей собственной. Таким образом части этой земли не стремятся к другому центру и не пытаются соединиться с другим шаром, подобно тому как соки и части животного имеют свои приливы и отливы в его собственном теле и не имеют никакого отношения к другому телу, отличному от него по числу.

Относительно того, что вы считаете неправильным, чтобы середина, которая соглсуется с другой серединой по виду, была от нее дальше, чем середина и окружность, которые по своей природе противоположны, почему и должны быть наиболее удалены друг от друга, — я вам отвечу, во-первых, что противоположности не должны быть наиболее удалены друг от друга, но что одна может действовать на другую, а та претерпевать действие первой; так и на солнце мы видим, что ближе всего к нам расположены те его земли, которые находятся на его окружности; да и порядок всей природы показывает, что одна противоположность существует, живет и питается другою, в то время как та претерпевает действие, изменяется, побеждается и превращается в другую.

Кроме того, мы недавно обсуждали с Эльпином вопрос о расположении четырех элементов, которые все необходимы для состава каждого шара в качестве частей, из которых одна расположена внутри другой или смешана с нею; но они не отличаются друг от друга, как объемлющее и объемлемое, ибо там, где имеется сухое, там же существует вода, воздух и огонь в открытом или скрытом виде; таким образом, различие, которое мы делаем между шарами, из которых одни огненные, вроде солнца, другие же водянистые, вроде луны и земли, происходит не оттого, что они состоят из простого элемента, а оттого, что один элемент преобладает в их составе.

А затем совершенно неправильно, будто бы противоположности наиболее удалены друг от друга, ибо во всех вещах они по своей природе связаны и объединены;и вселенная, как относительно своих главных частей, так и относительно второстепенных, состоит из подобной связи и соединения противоположностей, так что нет ни одной части земли, которая не была бы самым тесным образом связана с водою, без которой нет плотности, соединения атомов и прочности. Кроме того, какое земное тело настолько плотно, чтобы оно не имело невидимых пор, без которых тела были бы неделимы и в них не проникал бы огонь или жар, которые являются чувственными телами, отделяющимися от предметов? Где, следовательно, находятся части твоего холодного и сухого тела, которые не были бы соединены с теплым и влажным телом? Деление элементов, следовательно, носит чисто логический характер, а не реальный; если солнце находится в области, отдаленной от земной области, то это не значит, что от него воздух, земля и вода более отдалены, чем от нашей земли; потому что оно такое же сложное тело, как и наша земля, с тем только отличием, что из четырех элементов на солнце преобладает один элемент, а у нас другой. Кроме того, если мы полагаем, что природа должна соответствовать этой логике, которая считает, что между противоположностями существует наибольшее расстояние, то отсюда следовало бы, что между твоим огнем, который легок, и землей, которая тяжела, должно быть расположено твое небо, которое не тяжело и не легко. Если же ты скажешь, что это относится только к четырем основным элементам, то их пришлось бы расставить в другом порядке. Я хочу сказать, что вода должна была бы находиться в центре и быть местом, куда стрмится все наиболее тяжелое, если огонь находится на окружности и является тем местом, куда стремится все наиболее легкое; потому что вода, которая холодна и влажна и в этом смысле противоположна огню, согласно обоим качествам должна быть наиболее удалена от горячего и сухого элемента; воздух же, теплый и влажный, должен быть наиболее удален от холодной и сухой земли. Вы видите, следовательно, насколько непоследовательно это предложение перипатетиков, все равно, будете ли вы его рассматривать по отношению к природе или же согласно их собственным принципам и основоположениям.

Альбертин. Я это вижу и очень ясно.

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №54  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:13 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Филотей. Вы видите еще, что не противоречит разуму наша философия, которая все сводит к одному принципу и к одной цели и заставляет совпадать противоположности таким образом, что существует общий носитель обоих; мы считаем, что эта противоположность в конечном счете служит основанием божественного изречения, что противоположности существуют в противоположностях, откуда нетрудно узнать, каким образом каждая вещь происходит из каждой вещи; но этого не сумели понять Аристотель и другие софисты.

Альбертин. Я вас слушаю с удовольствием. Я знаю, что такие трудные вещи и столь различные заключения не могут быть доказаны сразу и в одно мгновение; но, после того как вы мне доказали трудности, вытекающие из тех предпосылок, которые я считал необходимыми, я стал сомневаться во всех остальных, которые я считал необходимыми по тем же соображениям. Вот почему я теперь готов выслушать внимательно и без возражений ваши основания, принципы и рассуждения.

Эльпин. Вы увидите, что философия Аристотеля не являлась золотым веком ее. А пока разрешите возбужденные вами сомнения.

Альбертин. Меня не очень интересуют остальные пункты, ибо я жажду понять основные принципы вашей доктрины; если я их пойму, то сумею разрешить остальные сомнения, возникающие из них.

открыть спойлер
Филотей. Об этом мы будем рассуждать после. Что касается пятого аргумента, то вы должны обратить внимание, что если мы будем воображать бесконечное множество миров, расположенных согласно тем отношениям состава, которые вы воображаете, т. е. четырех земных элементов, и еще будем воображать восемь, девять или десять других небес, составленных из другой материи и обладающих другой природой, окружающих эту землю и быстро движущихся вокруг нее по кругам; если кроме этого мира, имеющего сферическую форму, будем принимать множество подобных же сферических и подвижных миров — в таком случае мы должны будем ответить, каким образом каждый из них является продолжением другого и соприкасается с ним; тогда мы сможем в своей фантазии воображать, во скольких пунктах окружности соприкасаются между собой эти различные миры. Но в таком случае мы увидим, что это уже будут горизонты различных миров, а не одного мира, из которых каждый относится лишь к своей середине, потому что они влияют лишь на те тела, вокруг которых они движутся и вращаются. Подобно этому, если бы несколько животных касались друг друга и были бы тесно прижаты друг к другу, то из этого не вытекало бы, что члены одного принадлежат к членам другого и что каждое из них может обладать несколькими головами и туловищами. Но мы, благодарение богам, не должны в своих затруднениях искать подобного жалкого выхода; ибо вместо стольких небес и стольких подвижных тел, быстрых и медленных, движущихся по прямому и косому направлениям, к востоку и к западу, по оси мира и по оси зодиака, уклоняющихся в той или иной степени, мы имеем одно небо, одно пространство, в котором движутся по своим собственным кругам и со своими собственными скоростями как та звезда, на которой мы обитаем, так и все другие звезды. Они и суть бесконечное множество миров, т. е. неисчислимое количество звезд, находящихся в этом бесконечном пространстве, т. е. в небе, содержащем их и наполненном ими. Уничтожается фантастическое представление о всеобщем вращении всех небесных тел вокруг центра земди и вместо этого принимается вращение земли вокруг своего собственного центра, обращающей свой лик к окружающим светилам в двадцать четыре часа. Уничтожаются окружающие нашу земную область круги-деференты, к которым прикреплены звезды; но каждому солнцу приписывается свое собственное движение, которое мы называем эпициклическим, со своими различиями от других подвижных звезд; движутся же эти солнца в течение долгих веков, если не вечно, побуждаемые не внешним двигателем, а своей собственной душой, подобно тому как наше солнце движется вокруг своего центра и вокруг элемента огня.

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №55  СообщениеДобавлено: 06 июн 2013, 17:15 
Администратор
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 15 окт 2012, 20:23
Сообщения: 1694
Пол: женский
Страна: Украина
Город: Одесса
Вот каковы, следовательно, миры и вот каково небо, то самое небо, которое мы видим вокруг нашего шара, который не менее других является великолепной светящейся звездой. Миры же, как они нам кажутся, различаются по блеску и свету и расположены на известных расстояниях друг от друга; и ни один из них не ближе к другому, чем луна к земле или земля к солнцу; так что противоположность не разрушает другую, но питает ее, а подобное не мешает другому, но уступает ему место. Таким образом в известных пропорциях, в известных промежутках времени этот наш наихолоднейший шар греется на солнце той или иной стороной, тем или другим своим ликом; и с известными переменами он ступает место соседней земле, которую мы называем луной, или заставляет ее уступить место ему, в то время как одно или другое из этих тел становится дальше от солнца или ближе к нему, почему Тимей и другие пифагорейцы называли луну противоземлей.

На этих мирах обитают живые существа, которые возделывают их, сами же эти миры — самые первые и наиболее божественные живые существа вселенной; и каждый из них точно так же составлен из четырех элементов, как и тот мир, в котором мы находимся, с тем только отличием, что в одних преобладает одно активное качество, в других же — другое, почему одни чувствительны к воде, другие же к огню. Кроме четырех элементов, из которых составлены миры, существует еще эфирная область, как мы говорили, безмерная, в которой все движется, живет и прозябает. Этот эфир содержит всякую вещь и проникает в нее; поскольку он содержится внутри состава, т. е. составляет часть сложного, он называется обычно воздухом, который есть этот пар вокруг вод и внутри земли, заключенный между высочайшими горами, способный образовать густые тучи и бурные южные и северные ветры. Поскольку же он чистый и не составляет части сложного, но есть то место, в котором содержатся и движутся мировые тела, он называется эфиром в собственном смысле слова, берущим свое наименование от движения71. Этот эфир, хотя он по своей сущности ничем не отличается от того, который находится внутри земли, тем не менее носит другое название, подобное тому, как тот, который окружает нас, называется воздухом, тот же, который в известном смысле составляет нашу часть, входя в состав нашего тела или находясь в легких, артериях и других углублениях и порах, называется дыханием. Тот же эфир вокруг холодного тела сгущается в пар, вокруг же очень горячей звезды утончается как бы в пламя, которое невидимо, если не соединяется с плотным телом, зажженным от сильного жара звезды. Таким образом эфир сам по себе и не своей собственной природе не имеет определенных качеств, но получает их все от соседних тел и переносит их от активных принципов в своем движении вдоль горизонта. Таким образом мы показали, каковы миры и каково небо, и я думаю, что вы освободились не только от своих настоящих сомнений, но и от бесчисленного множества других и получили принцип для многих правильных умозаключений в области физики. Я предоставляю вам решить, не находите ли вы некоторые мои положения не вполне доказанными; но все же я думаю, что если вы их беспристрастно рассмотрите, то вы найдете, что если они не являются абсолютно истинными, то все же гораздо более правдоподобны, чем противоположное мнение.

открыть спойлер
Альбертин. Продолжай дальше, Филотей, я тебя слушаю.

Филотей. Таким образом мы ответили также на шестой аргумент, который по поводу касания различных миров в одной точке спрашивает, какая вещь могла бы заключаться в этих треугольных пространствах, которая не имела бы природы ни неба, ни элементов. Ибо мы имеем одно небо, в котором миры занимают свои пространства, области и расстояния; оно простирается по всему, проникает во все и содержит все, соприкасается со всем и не оставляет ни одного пустого песта, если только то место, по которому движется все, и пространство, по которому пробегает все, тебе не угодно будет называть пустотой, как это делают многие, или же первым носителем, который подразумевается в этой пустоте, поскольку он не занимает места ни в какой части (если тебе угодно будет различать егоразумом в чисто логическом или отрицательном смысле — но не по природе и сущности — от тела и бытия). Так что нет ничего, что не находилось бы в конечном или бесконечном месте, будь оно телесное или бестелесное, согласно своему целому или частям; это бесконечное место есть не что иное, как пустота, которую, если мы желаем понимать ее как устойчивую вещь, мы называем эфирным полем, содержащим миры; если же мы желаем понимать ее как плотную вещь, называем пространством, содержащим эфирное поле и миры, в противоположность тем, которые по малейшему поводу начинают измышлять круги-деференты, божественные материи, редкие и плотные части, обладающие небесной природой, пятые сущности и другие фантастические названия, лишенные всякого содержания и смысла.

По поводу седьмого аргумента мы говорим, что бесконечная вселенная одна, которая непрерывна и составлена из эфирных областей и миров, но что миров бесконечное множество, которые постигаются и находятся в различных областях вселенной, согласно тем же основаниям, по которым наш мир постигается и находится в определенной области ее; об этом мы говорили недавно с Эльпином, доказывая и подтверждая то, что говорили Демокрит, Эпикур и многие другие, созерцавшие природу более открытыми глазами и не оставшиеся глухими к внятным голосам ее.

А потому перестань уклоняться от доводов, кои
Могут тебя новизной испугать, но скорее суждением
Острым ты взвесь их; и, если найдешь, что они справедливы,
Руку мне дай, если ж ложны они, против них ополчайся.
Так как и там, за пределами здешнего мира, пространство
Всюду лежит без конца, то исследовать свойственно духу:
Что там такое? Проникнуть туда домогается ум наш
И своевольный, свободный полет свой туда направляет.
Прежде всего, как сказал я, нигде, ни в каком направлении —
Ни наверху, ни внизу под ногами, ни вправо, ни влево —
Не существует границ никаких. Указует на это
Самое дело, и суть бесконечности то подтверждает72.

Восьмой аргумент утверждает, что природа стремится сокращаться. Но на самом деле, поскольку простирается наш опыт относительно больших и малых миров, мы совершенно не замечаем этого, ибо наш глаз, не видя пределов, побеждается безмерным пространством, представляющимся ему; он смущается количеством звезд, которое увеличивается все больше и больше, так что наши чувства остаются в нерешительности, в то время как разум принуждает нас присоединять пространство к пространству, область к области, мир к миру.

Вследствие этого невероятным должно почитаться,
Будто бы там, где простерта кругом бесконечность пространства,
Там, где в бесчисленных числах бездонная масса зачатков
В вечном броженьи находится, вечным движеньем гонима,
Образовался один только мир наш земной с небесами,
А потому непременно ты должен со мной согласиться,
Что где-нибудь во вселенной, в объятиях жадных эфира
Есть, кроме нас, и другие скопленья материи вечной73.

Девятый аргумент утверждает и не доказывает, что бесконечной активной способности не соответствует бесконечная пассивная способность, что не может быть бесконечной материи и бесконечного пространства; он утверждает, что вследствие этого не может быть никакого соотношения между творцом и деятельностью, что деятель может развить бесконечную деятельность без того, чтобы она была сообщена природе, — но все это остается недоказанным и содержит в себе открытое противоречие. Хорошо, поэтому, сказал поэт:

Далее: где существует запасов материи столько,
Где есть довольно пространства и нет недостатка в причинах,
Там возникать, нарождаться должно что-нибудь непременно.
Если количество телец первичных настолько несметно,
Что человечества жизни нехватит для их исчисленья,
И одинаки природа и силы, которые могут
Всюду в пространстве разбрасывать тельца таким же порядком,
Как и разбросаны здесь они, — согласиться ты должен,
Что существуют иные земные миры во вселенной,
Как и иной род людей и иные породы животных74.

На десятый аргумент мы возразим, что общение граждан различных миров представляется благом в столь же малой степени, как то, чтобы все люди стали одним человеком или чтобы все животные стали одним животным. Да и опыт показывает нам, что для обитателей этого мира оказалось лучше всего то, что природа разделила различные народы морями и горами; и когда благодаря человеческому искусству было установлено между ними общение, то это оказалось скорее злом, чем благом, так как благодаря этому пороки увеличились гораздо больше, чем добродетели. Об этом прекрасно пишет трагический поэт75 в своей жалобе:

Хорошо разделенные мира концы
Воедино связал фессалийский корабль
И морю удары терпеть приказал,
И к прежним страхам прибавился страх
Пред пучиной морей.

На одиннадцатый аргумент мы ответим так же, как и на пятый; ибо каждый из миров занимает свое место в эфирном поле таким образом, что ни один не касается и не сталкивается с другим; но они пробегают свои пути и расположены друг от друга на таких расстояниях, что ни один из них не разрушает другого, но они взаимно подкрепляют друг друга.

Двенадцатый аргумент утверждает, что природа размножается и увеличивается лишь путем порождения таким способом, что один индивидуум в качестве родителя порождает другого в качестве сына. Мы ответим, что это не является истиной, применимой ко всем явлениям, ибо из одной лишь массы благодаря деятельности одного лишь творца получается множество различных ваз, имеющих бесконечно разнообразные формы и рисунки. Я уже не говорю о том, что при гибели и обновлении какого-либо мира животные, как совершенные, так и несовершенные, первоначально возникают благодаря могуществу сил самой природы, без всякого акта порождения.

Тринадцатый и последний аргумент утверждает, что если этот или какой-либо иной мир носит совершенный характер, то это исключает существование Разрушь выпуклые и вогнутые поверхности, которые ограничивают изнутри и извне элементы и небеса. Сделай для нас смешными круги-деференты и неподвижные звезды. Разбей и сбрось на землю с шумом и громом посредством убедительных доводов эти, столь уважаемые слепой толпой, алмазные стены первого движимого и последней выпуклой поверхности. Уничтожь убеждение в том, что земля является единственным центром. Уничтожь позорную веру в пятую сущность. Подари нам учение, что другие звезды и миры, которые мы видим, составлены точно так же, как и эта наша звезда и мир. Доказывай нам неустанно, что существует бесконечное количество не только больших и обширных миров, но также и других, меньших. Разбей внешние двигатели вместе с краями этих небес. Открой нам дверь, через которую мы могли бы видеть все остальные звезды, подобные нашей. Покажи нам, что в эфире существуют другие миры, подобные нашему. Сделай для нас сным, что движение всех мировых тел происходит вследствие действия внутренней души, для того чтобы при свете этого созерцания мы могли верными шагами шествовать вперед по пути познания природы.

Филотей. Что ты скажешь, Эльпин, по поводу того, что доктор Буркий не захотел с нами согласиться ни раньше, ни потом?

Эльпин. Особенностью живого ума является то, что ему нужно лишь немного увидеть и услышать, для того чтобы он мог потом долго размышлять и многое понять.

Альбертин. Хотя мне до сих пор еще не удалось увидеть все тело светлой планеты, тем не менее я вижу по излучаемому им свету, который проникает через узкие отверстия закрытых окон моего ума, что оно подобно солнцу, а не светит искусственным светом софистической лампы или отраженным светом луны или другой планеты. Поэтому я готовлюсь в будущем лучше изучить его.

Филотей. Ваша дружба мне будет очень приятна.

Эльпин. Теперь же пойдем к вечерней трапезе.

текст позаимствован:
http://sbiblio.com/biblio/archive/bruno ... nechnosti/

_________________
Уважаемые читатели! Для того, чтобы отображались все картинки, необходимо зарегистрироваться.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 55 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4

Текущее время: 20 окт 2017, 21:44

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Вы не можете начинать темыВы не можете отвечать на сообщенияВы не можете редактировать свои сообщенияВы не можете удалять свои сообщенияВы не можете добавлять вложения
Перейти:  

 

 

 

cron