К ИСТОКУ

о развитии Божественного Начала в Человеке

 

 

Администратор Милинда проводит онлайн курсы по развитию сознания и световых кристальных тел с активацией меркабы. А так же развитие божественного начала.

ОНЛАЙН КУРСЫ

 

 

* Вход   * Регистрация * FAQ * НОВЫЕ СООБЩЕНИЯ  * Ваши сообщения 

Текущее время: 18 окт 2018, 10:57

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 71 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.
Автор Сообщение
Сообщение №16  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:11 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Глава 4 БОГ В МИРЕ

"Это и есть ты. Во всех вещах узри Одно" — Бога внутри и Бога снаружи. В Реальность можно проникнуть сквозь душу, и в Реальность можно проникнуть сквозь мир. А предположение, что до главной цели человек может дойти только по одной из этих дорог, в обход другой, вызывает очень большие сомнения. Дорога к божественной основе пролегает одновременно и через восприятие, и через то, что воспринимается. Это и есть третий, самый лучший и самый трудный путь.

Разум есть ничто иное, как Будда, а Будда есть ни что иное. как разумное существо. Когда Разум принимает форму разумного существа, он ни в коей мере не ослабевает: когда он становится Буддой, он ничуть не усиливается.
Хуан По

Все создания вечно существовали в божественной сути, как в своем прообразе. До тех пор, пока они подчинялись божес¬твенной идее. до момента своего создания, они были едины с сутью Бога. (Бог создает во времени то, что было и есть в веч¬ности). С точки зрения вечности, все создания являются Богом в Боге... До тех пор пока они в Боге, они есть ничто иное. как жизнь, суть энергия Единого.
Сузо

Конкретный образ Бога можно обнаружить в любом человеке. В каждом человеке он присутствует во всей своей полноте, и во всем человечестве он присутствует ничуть не в большей степени, чем в отдельном человеке. Таким образом. мы все являемся одним целым, мы все накрепко соединены в нашем вечном образе, который является образом Бога и источником всей нашей жизни. Наши суть и жизнь связаны с ним и не задумываются об их вечной первопричине.
Риисбрук

Бог, который в своей простой субстанции в одинаковой степени присутствует всюду, тем не менее, в разумных созданиях действует не так, как в неразумных, а в хороших разумных созданиях действует не так. как в плохих. Неразумные создания не могут постичь его. Однако, все разумные существа могут постичь его посредством обретения знания. И только праведные могут постичь его также и посредством любви.
Святой Бернар

открыть спойлер
В каком случае о человеке можно сказать, что он обладает простым пониманием? Я отвечаю: "В том случае, когда чело¬век отличает одну вещь от другой". А в каком случае можно сказать, что человек поднялся над простым пониманием? И на это я могу вам ответить: "Когда человек видит Все во всем. то в этом случае он поднимается над простым пониманием".
Экхарт

Существуют четыре вида Дхианы (духовные дисциплины). Первый: Дхиана, которую практикуют невежды. Второй: Дхиана. посвященная поискам смысла. Третий: Дхиана, целью которой является Это. Четвертый: Дхиана Тахагатаса (Дхиана Будд).
Что это значит: Дхиана, практикуемая невеждами? Она — удел йогов, овладевающих наукой Шравакасов и Пратиекабудд ("созерцателей" и "одиноких Будд" хинаянской шко¬лы). считающих, что субстанции "эго" не существует, что те¬ло — это тень и скелет, преходящие, нечистые, полные страданий. упрямо цепляющиеся за категоричные утверждения. Йоги, оттолкнувшись от тени и скелета, шаг за шагом следуют по пути, ведущему к той точке, в которой прекратятся все мысли. Вот что называется Дхианой. практикуемой невеждами. Тогда, что же такое Дхиана. посвященная поискам смыс¬ла? Она практикуется теми, кто больше не задумывается над отсутствием "эго" в вещах, на честным и над общим, над несостоятельностью таких идей. как "я", "другой", "мы", которыми так увлекаются философы. Она практикуется теми, кто изучает и исследует значение различных аспектов состояния Бодхисаттвы. Вот что такое Дхиана, посвященная поискам смысла.
Что такое Дхиана, целью которой является Татхагата (или Это)? Когда йог понимает, что различия между двумя формами отсутствия "эго" — это всего лишь плод фантазии, и что в том месте реальности Этого, в котором он находится, нет никаких различий, — вот это я называю Дхианой. целью которой является Это.

Что такое Дхиана Татхагата? Когда йог. входя в состояние Татхагата и погружаясь в тройное блаженство, характерное для самоосуществления, достигнутого благородной мудростью ради блага всех существ, — посвящает себя свершению непостижимой работы — вот что я называю Дхианой Татхагата.
Ланкаватара Сутра

Если последователи Дзэн не могут вырваться из мира их чувств и мыслей, то все их дела и движения не имеют никакого значения. Но если все чувства и мысли истреблены, то все дороги к Всемирному Разуму закрыты, и проникнуть в него невозможно. Первоначальный Разум можно постичь только посредством работы чувств и мыслей, хотя он не принадлежит им. но зависит от них. Не стройте умозаключений с помощью ваших чувств и мыслей, и пусть они не лежат в основе вашего понимания. Но в то же самое время не ищи¬те разум в стороне от чувств и мыслей, не пытайтесь прийти к Реальности, отбросив их. Когда вы не будете цепляться за них. но и не оторветесь от них. — только тогда вы будете наслаждаться абсолютной свободой, только тогда вы достигните просветления.
Хуан По

По выражению Рене Генона, любое индивидуальное сущест¬во, начиная от атома и заканчивая наиболее организованным живым телом и самым развитым смертным разумом, следует воспринимать, как точку, в которой луч изначального Божества встречается с иным творящим лучом творящей энергии того же самого Божества. Создание, как и положено созданию, может быть очень непохоже на Бога в том смысле, что его разум будет не способен постичь божественную Основу его же бытия. Но по своей вечной сути любое создание, в котором встречаются тво¬рящая и изначальная Божественность, — является одной из бес¬конечного количества точек, в которых божественная Реаль¬ность присутствует вечно и в полном объеме. Поэтому разумные существа могут прийти к знанию, объединяющему их с божес¬твенной основой, а неразумные и неодушевленные существа мо¬гут открыть разумным существам полноту присутствия Бога в рамках их материальных форм. Видение божественного в приро¬де поэтом или художником, осознание веруюшим святости при¬частия, символа или образа, — вещи не полностью субъектив¬ные. Такое восприятие не может быть доступно всем людям, ибо знание есть функция бытия; но вещь узнанная независима от настроения и природы знающего. То, что поэт и художник ви¬дят и стараются донести до нас, на самом деле уже присутству¬ет в природе и ждет того момента, когда оно будет осознанно кем-то, кто обладает соответствующими способностями. Точно так же в священном образе или предмете божественная основа присутствует в полном объеме. Вера и благочестие готовят разум верующего к восприятию луча божества в точке его пересечения с конкретным фрагментом материи, находящимся перед верую¬щим. Время от времени, такой символ, в силу того, что он яв¬ляется объектом поклонения, становится центром энергетичес¬кого поля. Желания, эмоции к воображение поколений, прекло¬нявших и преклоняющих колена перед сотворенной святыней, представляли собой круговорот психической энергии. Потому данный образ жил, как вторичной божественной жизнью (более низшего порядка), спроецированной на него верующими, так и изначальной божественной жизнью, которая, как и жизнь всех одушевленных и неодушевленных существ связана с божествен¬ной Основой. Религиозные ощущения верующих в причастие и поклоняющихся образу могут быть абсолютно подлинными и объективными; но они не всегда должны быть ощущением Бога или Божества. Верующие могут (и, скорее всего, в большинстве случаев так оно и есть), ощущать энергетическое поле, генери¬рованное разумом верующих прошлого и настоящего и спроеци¬рованное на священный предмет, на котором оно сохраняется в состоянии, которое можно было бы назвать "вторичной объективностью", в ожидании того, когда оно будет воспринято готовым к этому разумом. Об истинной пользе ощущений такого ро¬да мы поговорим в другой главе. А пока что достаточно будет сказать, что иконоборцы презирают поклонение символическим предметам и символам, считая это ничем иным, как совершен¬но бессмысленной и глупой игрой с камнями и кусками дерева.

Рабочий люд никак не мог решить,
кого узреть во мне — свинью или святого,
но на последнем выбор свой решил остановить.
и вот теперь я — представитель славного Лойолы.

Автор этого сатирического стишка был слишком рьяным протестантом и забыл, что Бог присутствует в свинье никак не в меньшей степени, чем в общепризнанном священном образе. "Подними камень и увидишь меня, — гласит самое известное из не вошедших в Евангелие изречений Иисуса, — расщепи дере¬во и я буду там". Те, кто лично и непосредственно поняли ис¬тинный смысл этого изречения, как равно и истинный смысл брахманического постулата "Это и есть ты", — те достигли пол¬ного освобождения.

Шравака (дословно "слышащий" — так буддисты махаяны называли созерцателей хинаянской школы) не может понять, что Разум сам по себе не имеет никаких фаз и никакой причинности. Подчинив себя достижению цели, он достигает результата и созерцает Пустоту в течение бесконечного количества столетий. Но, достигнув просветления таким образом, Шравака встает на совершенно неверный путь. С точки зрения Бодхисаттвы, его состояние подобно адовым мукам. Шравака похоронил себя в Пустоте и не знает, как ему вый¬ти из состояния тихого созерцания, ибо он не постиг приро¬ды Будды.
Мо-цзы

Когда достигается состояние полного Просветления, — Бодхисаттва освобождается от оков вещей, но не стремится освободиться от самих вещей. Сансара (мир становления) не вызывает у него ненависти, а Нирвана не вызывает поклонения. Полное просветление — это не узы, но. вместе с тем, и не освобождение.
Прунабудда -сутра

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №17  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:12 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Прикосновение Земли всегда стимулирует сына Земли, даже если он ищет сверхфизического Знания. Можно даже сказать. что овладеть сверхфизическим во всей его полноте (а мы на это вполне способны) сумеет только тот. кто твердо стоит на физическом. "Земля есть Его точка опоры" — говорит Упанишада каждый раз, когда отображает "Я", проявляющееся во вселенной.
Шри Ауробчндо

"Мы вполне способны овладеть сверхфизическим во всей его полноте". Для тех из нас, кто все еще барахтается на самом ни¬жнем уровне физического, эта фраза имеет скорее ироничный оттенок. Тем не менее, света даже самого отдаленного знаком¬ства с высотами и полнотой сверхфизического достаточно, что¬бы понять смысл того, что хотел сказать ее автор. Открыть Цар¬ство Божье внутри себя легче, чем открыть его также и во внеш¬нем мире разумных и неразумных живых существ и вещей. Лег¬че потому, что человек открывает высоты внутри самого себя тогда, когда он готов исключить из своего поля зрения весь ок¬ружающий мир. И, хотя уход от окружающей действительности может представлять собой весьма болезненный процесс, он все же менее мучителен, чем участие в окружающей действитель¬ности, посредством которого мы поднимаемся на высоты духов¬ной жизни и познаем ее во всей ее полноте. Когда человек сосредоточивается исключительно на высотах внутри самого себя, он избегает искушений и отвлекающих факторов окружающего мира и занимает позицию общего отрицания и подавления. Но если человек надеется познать Бога в связи с окружающим его миром, познать божественную Основу как мира, так и души, тогда он не должен избегать искушений и отвлекающих факто¬ров, но должен следовать им и использовать их как ступени, ве¬дущие к высотам развития. Он не должен отказываться от внеш¬них занятий, а придавать им более священный смысл. Труды его становятся более целенаправленными и более продуманными: он должен постоянно быть начеку и проявлять такт и вкус в мышлении, чувствах и поведении.

В махаянистской и дзэн-буддистской литературе содержится самое лучшее описание психологии человека, для которого Сан¬сара и Нирвана, время и вечность, — одно и то же. Буддизм, ве¬роятно, более четко, чем какая либо другая религия, указывает нам путь к высотам и всей полноте духовного Знания, пролегаю¬щий как через весь мир, так и через душу. В этом контексте мы можем указать на тот важнейший факт, что пейзажная живопись Китая и Японии, по сути своей, является религиозным искусст¬вом, вдохновленным даоизмом и дзэн-буддизмом. В Европе же, наоборот, пейзажная живопись и поэзия "поклонения природе" являлись мирскими видами искусства, возникшими в тот период, когда христианство находилось в упадке, и в очень малой мере вдохновлялись его идеалами.
Слепой, глухой, неразумный! Бесконечно далекий от полета фантазии!

открыть спойлер
В этих строках Секко говорится о том, что вы лишены всего:
того, что вы видите и того, что вы не видите; того, что вы слы¬шите, и того, что вы не слышите; того, о чем вы говорите, и то¬го, о чем вы не можете говорить. Если все это ушло, то вы жи¬вете жизнью слепого, глухого и неразумного. Ваши фантазии, хитрости и расчеты закончились раз и навсегда, — более от них нет никакой пользы. Это и есть высшая точка дзэн, в которой мы обретаем истинную слепоту, истинную глухоту и истинное отупление в их простом и безвредном аспекте.
Над небесами и под небесами! Как нелепо, как обескураживающе!

Здесь Секко лает одной рукой и отбирает другой. Скажите мне, что он считает нелепым, что он считает обескураживаю¬щим. Нелепо, — что этот неразумный, все-таки, не такой уж и неразумный; что это глухой, все-таки, не такой уж и глухой;
обескураживающе, — что вполне зрячий не видит всего этого, а тот, у кого вполне нормальный слух, — ничего этого не слышит.
Ли Лу не умеет различать цвета.

Ли Лу жил в правление императора Хуана. Говорили, что он был способен разглядеть кончик тонкого волоса на расстоянии в сто шагов. Он отличался невероятной остротой зрения. Во время прогулки по реке Ци император Хуан бросил в воду принадле¬жавший ему драгоценный камень и заставил Ли искать его. Но тот не смог отыскать камень. Император Хуан заставил Ци Ку искать камень, но и тот не смог найти его. Потом такой же при¬каз получил Сян Ван, который и нашел камень. Следовательно:
Когда ныряет Сян Ван. драгоценный камень
сияет самым ярким светом. Но там, где бродит Ли Лу, волны встают до небес.
Когда дело доходит до высших сфер, даже глаза Ли Лу не способны правильно различать цвета.

Как может Ши Куан услышать таинственную ноту? Ши Ку-ан был сыном Цинь Куана Циньского и жил в провинции Цянь в эпоху династии Чу. Другим его именем было Цу Е. Он пре¬красно мог различать пять звуков и шесть нот; он мог даже ус¬лышать, как на другой стороне холма дерутся муравьи. Когда Цинь и Чу воевали между собой, то Ши Куан, неторопливо пе¬ребирая струны своей лютни, мог сказать, что сражение навер¬няка закончится неудачно для Чу. Несмотря на свою невероятную чувствительность, он, по утверждению Секко, не мог рас¬слышать таинственную ноту. Все-таки, тот, кто слышит, на самом деле — глух. Самая благозвучная нота высших сфер была недоступна слуху Ши Куана. Секко говорит, что не желает быть ни Ли Лу, ни Ши Куаном, ибо: С чем это может сравниться? Сидя спокойно у окна, Я смотрел, как одно время года сменяется другим. как облетает листва и как распускаются цветы.
Когда человек достигает этой стадии осознания, видение становиться не-видением, слышание — неслышанием, молитва — не-молитвой. Если человек голоден — он ест, если он устал — он спит. Пусть листва облетает, пусть цветы распускаются так, как им этого хочется. Когда облетает листва, я знаю, что пришла осень; когда распускаются цветы, я знаю, что пришла весна.

Расчистив вам путь, Секко открывает дверь и говорит:
Вы понимаете или нет? Полоска железа без отверстия в ней!

Он сделал все, что мог сделать для тебя; он смертельно устал и может только обернуться и дать тебе эту самую железную полоску без отверстия в ней. Посмотри своими собственными глазами! Если ты колеблешься, тя навсегда упустишь значение.
Йенго (автор этого комментария) поднял свой посох и ска¬зал: "Видите?" Потом он ударил им по стулу и сказал: "Слыши¬те?" Отойдя от стула, он сказал: "Здесь о чем-нибудь шла речь?"

Какой смысл имеет "полоска железа без отверстия в ней"? Не буду притворяться, что я знаю это. В дзэне бессмыслица всегда была любимым средством стимуляции разума, — она вы¬нуждала разум двигаться вперед, за пределы смысла; вероятно. смысл "полосы железа" заключается именно в ее бессмысленности и нашей растерянности, в которую нас повергла эта бессмыслица.

Корень божественной Мудрости — стебель — это вся Иллюзия:
ее цветок плод — это полное Освобождение.
это весь Брахман: ее — это весь Мир: и ее
Тантра Таттва

Шравакасы и Пратиекабудды. достигнув восьмой стадии учения Бодхисаттвы. настолько упиваются блаженным спокойствием разума, что не понимают, что видимый мир есть ничто иное. как Разум. Они по-прежнему пребывают в царстве индивидуальности: они еще не полностью прозрели. А Бодхисаттвы верны своим изначальным обетам, вытекающим из всеобщей любви, живущей в их сердцах. Они не входят в Нирвану как в состояние, отделяющее их от мира становления: они знают, что видимый мир есть ничто иное. как проявление самого Разума
Сокращенная цитата из Ланкаватары Сутры

Только обладающее сознанием существо понимает смысл движения. Для тех. кто не наделен сознанием, движение абсолютно непонятно. Если ты упражняешься в умении сохранять свой разум в состоянии неподвижности. то ты достигнешь неподвижности существа, не наделенного сознанием.

Если ты жаждешь истинной неподвижности,
То неподвижность заключается в самом движении.
И эта неподвижность есть истинная неподвижность.
Где нет сознания, там не может возникнуть состояние Будды.
Хорошенько задумайся над тем, насколько разнообразны аспекты того, кто неподвижен. И знай, что первая реальность — неподвижна. Только когда ты достигнешь этой реальности. Ты поймешь истинный смысл работы Этого.
Хузн Нень

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №18  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:13 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Эти фразы о неподвижности изначального движения напоми¬нают изречения Аристотеля. Но между Аристотелем и толковав¬шими Вечную Философию представителями мировых религий есть огромная разница: Аристотеля интересовала прежде всего космология, а исповедовавших Вечную Философию — освобождение и просветление; Аристотель удовлетворился внешним и теоретическим знанием неподвижного движения; цель же поклонников Вечной Философии заключается в том, чтобы непосредственно ощутить его, обрести то знание, благодаря которому они и другие люди смогут соединиться с этой неподвижностью и стать, поистине. Неподвижным Целым. Это объединяющее зна¬ние может быть наивысшим знанием, или полным знанием, или одновременно — наивысшим и полным. Поклонники махаяны считают неадекватным знание лишь высших уровней души. От¬каз христиан от душевного покоя мы обсудим в главе "Созерца¬ние и Действие". А пока что читателю будет небезынтересно уз¬нать, что с проблемой, которая вызвала столь ожесточенные спо¬ры среди европейцев семнадцатого века, буддисты столкнулись гораздо раньше. Но если в католической Европе борьба, разгоревшаяся вокруг трудов Молиноса, м-м Гюйон и Фенелона, при¬вела к длившемуся почти два века изгнанию мистицизма, то в Азии две группировки проявили терпимость друг к другу и согла¬сились разделить сферы интересов. Поклонники хинаяны про¬должали исследовать высоты души, а идеалом поклонников махаяны стал не Архат, а Бодхисаттва, и они обратились к позна¬нию не только высот души, но и полноты духа. Ниже приводит¬ся поэтическое описание состояния реализовавших дзэнский идеал, принадлежащее святому дзэн-буддисту, жившему в восем¬надцатом веке.

Подчиняясь общему, которое является частным, Они уходят и приходят, но вечно остаются неподвижными.
Предавшись бездумию, которое кроется в мышлении, В каждом своем деянии они слышат голос Истины. Как безграничны небеса созерцания! Как прозрачен лунный свет четырехслойной Мудрости! Когда истина предстает в своем вечном спокойствии. То сама земля становится Чистой Страной Лотоса. А тело человека — телом Будды.
Хакуин

Природу волнуют не еда, питье, одежда, комфорт и все прочее, в чем нет Бога. Нравится вам это или нет, понимае¬те вы это или нет, — но Природа втайне пытается "взять след Бога".
Экхарт

Любая блоха, соединившаяся с Богом, благороднее самого величественного ангела.
Экхарт

открыть спойлер
Человек, живущий внутри меня. восхищается вещами не как творениями, но как даром Божьим. Но другой человек. живущий в самой глубине моего существа, воспринимает их не как дар Божий, а как вечность.
Экхарт

Свиньи едят желуди, но не думают ни о солнце, давшем им жизнь, ни о небесах, под воздействием которых они со¬зрели, ни даже о корне дерева, из которого они появились на свет.
Томас Трахерн

Ты не будешь получать подлинного удовольствия от мира до тех пор, пока каждое утро не будешь просыпаться в Раю: видеть себя во дворце своего Отца; воспринимать небо, землю и воздух, как радости, дарованные свыше; и относиться ко всем с таким почтением, как если бы ты был окружен одними Ангелами. Не¬веста короля, попав во дворец своего суженого, имеет меньше оснований для радости, чем ты.

Ты не будешь получать удовольствия от мира до тех пор, по¬ка море не потечет в твоих жилах, пока ты не облачишься в не¬беса и не увенчаешь свою голову звездами. Пока ты не станешь считать себя единственным, кому весь этот мир достанется в на¬следство, и даже кем-то большим, поскольку любой из живущих в этом мире людей является единственным наследником, как и ты. Пока ты не будешь получать такое же удовольствие от Бога, какое скупцы получают от золота, а короли от власти, — ты не будешь получать удовольствия от этого мира.

До тех пор. пока твой дух не заполнит весь мир. а звезды не станут твоими украшениями; пока вечная мудрость Бога не станет для тебя такой же естественной, как умение ходить и принимать пищу: пока ты хорошо не познаешь то неясное ничто, из которого сотворен наш мир; пока ты не возлюбишь людей настолько, что будешь желать их счастья так же сильно, как и своего собственного; пока ты не не станешь восхищаться способностью Бога быть добрым ко всем. — ты не будешь получать удовольствия от мира. Пока ты не познаешь мир лучше, чем свои собственные владения: пока красоты земного шара не станут тебе более дороги, чем красота твое¬го дома: пока ты не вспомнишь, как давно ты был сотворен и как чудесно было появиться на свет. — ты получишь боль¬ше удовольствия от дворца своего величия, чем если бы он был сооружен сегодняшним утром. Более того. ты не смо¬жешь получить истинное удовольствие от мира до тех пор, пока ты не возлюбишь саму красоту наслаждения настолько, что страстно возжелаешь убедить других людей наслаждаться миром. И пока ты настолько не возненавидишь ужасную греховность людей, презирающих тех, кто наслаждается миром, что согласишься скорее гореть в адовом пламени, чем разделить с ними вину за их ошибки. Мир есть отражение Бесконечной Красоты, но человек этого не видит. Мир — это Храм Величия, но человек об этом не думает. Мир — это область Света и Покоя, но человек поднял в ней ужасный шум. Мир — это Рай Божий. Он больше принадлежит человеку со времени падения последнего, чем до него. Мир — это место обитания Ангелов и Врата Небес. Когда Иаков очнулся от сна, он сказал: "Бог — здесь, а я этого не знал. Как величественен этот мир! Он есть ничто иное, как Дом Божий и Вра¬та небес.
Томас Трахерн

Прежде чем перейти к обсуждению средств, с помощью ко¬торых можно достичь как высот, так и полноты духовного зна¬ния, давайте ненадолго остановимся на ощущениях тех, кто по¬лучил привилегию "узреть Единого во всех вещах", но даже не попытался познать Бога в самом себе. Очень много интересно¬го материала на эту тему содержится в книге Бекка "Космичес¬кое Сознание". А здесь достаточно будет сказать, что "косми¬ческое сознание" может прийти само по себе и по природе своей является тем, что католические теологи называют "благо¬родным даром". Человек может обладать благородным даром (например, целительной энергией или способностью угадывать будущее) и, в то же время, совершать смертные грехи. Для спа¬сения его души этот дар не является ни необходимым, ни доста¬точным. По мнению Бекка, в лучшем случае, этот неожиданно открывшийся доступ к " космическому сознанию" представляет собой необычное приглашение — приложить усилия в достиже-нии высот внутри души, так и полноты внешнего знания. В под¬авляющем большинстве случаев это приглашение отклоняется; благородный дар оценивается восторгом, который он доставляет; человек ностальгически вспоминает момент, когда этот дар открылся, и, если этот человек еще и поэт, то он создает изящ¬ное описание этого события — примерами тому служат велико¬лепные места в "Чайльд Гарольде" Байрона, "Тинтернском Аб¬батстве" и "Прелюдии" Вордсворта. В этом вопросе ни одно человеческое существо не может безоговорочно судить другое че¬ловеческое существо. Но на основании биографических данных, по крайней мере можно высказать предположение: нет никаких серьезных причин думать, будто на Байрона или Вордсворта описанные ими богоявления оказали значительное воздействие на трансформацию их характеров; нет также никаких доказа¬тельств того, что после описанных ими богоявлений поэты со¬вершили какие-нибудь значительные деяния. По свидетельствам Де Куинси, Китса и Хейлона, Вордсворт до конца своих дней оставался законченным эгоистом. А Байрон, даже после того, как узрел Единого во всех вещах, оставался самим собой — завораживающей трагикомической личностью.
В этом контексте очень интересно сравнить Вордсворта с другим великим писателем и любителем природы — святым Бернаром. "Пусть учителем твоим будет Природа" — говорит первый. И продолжает утверждать это: Одна прогулка в весеннем лесу Скажет больше о человеке, О добре, зле и нравственности, Чем все мудрецы на свете.

Святой Бернар высказывается приблизительно в том же духе. "Все, что я знаю о божественных науках и Святом Писании, я узнал от лесов и полей. Моими единственными учителями бы¬ли березы и дубы". А в другом из своих писем он говорит: "Пос¬лушай опытного человека: в лесу ты узнаешь больше, чем в биб¬лиотеке. Деревья и камни скажут тебе больше, чем уста профес¬сора". Оба писателя пользуются примерно одними и теми же выражениями, но их слова имеют разный внутренний смысл. С точки зрения Августина наслаждаться можно только Богом. Со¬зданиями божьими не следует наслаждаться, их следует исполь¬зовать — использовать с любовью, состраданием и отстранен¬ным восхищением, как средства обретения знания о том, чем следует наслаждаться. Вордсворт, как и почти все обладавшие литературным даром поклонники Природы, воспевает именно наслаждение божьими созданиями, а не их использование для достижения духовных целей — использование, которое, как мы увидим дальше, требует большой самодисциплины. А Бернар чем-то само собой разумеющимся считает, что его читатели пос¬тоянно укрепляют самодисциплину и, любя Природу, прислу¬шиваясь к ней, как к учителю, все же воспринимают ее только, как путь к Богу, а не как объект наслаждения, которым может быть только Бог. Красота цветов и пейзажа не просто доставля¬ет удовольствие тому, кто подобно "одинокому облаку" бродит по сельской местности, и является не просто приятным воспо¬минанием для того, кто, попив чаю, лежит "с отсутствующим или задумчивым взглядом" на софе в библиотеке. Реакция на эти красоты должна быть более энергичной и целенаправлен¬ной. Древний буддистский автор пишет: "Братья мои, вы види¬те перед собой корни деревьев и пустое место, так медитируйте". Истина, конечно же, заключается в том, что мир принадле¬жит тем, кто того заслуживает. Ибо, как сказал Филон, "даже если человек не может сделать себя достойным создателя космо¬са. он должен попытаться сделать себя достойным самого кос¬моса. Он должен превратиться из человека в природу космоса и стать, если так можно выразиться, маленьким космосом". Для того, кто не сумел сделать себя достойным своего творца (пол¬ностью порвав связь с окружающим миром), или хотя бы до¬стойным космоса (привнеся порядок и единство в раздираемую противоречиями недисциплинированную человеческую лич¬ность), и поэтому не ставший достойным того, чтобы мир при¬надлежал ему, — мир, с духовной точки зрения, является очень опасным местом.

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №19  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:14 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Единство Нирваны и Сансары обусловлено природой вселен¬ной; но полностью осознать или непосредственно ощутить этот факт могут только те, кто достиг высокого уровня духовного раз¬вития. Когда обычные, милые, не обновленные духовно люди принимают этот факт на веру и применяют его на практике, то они попросту ищут приключений на свою голову. Ужасные исто¬рии об отказе от общепринятых норм морали предупреждают нас о том, что может произойти, когда мужчины и женщины приме¬няют на практике воспринятую только разумом и по-настоящему не осознанную теорию, что все есть Бог, а Бог есть все. Не менее угнетающей, чем проявления аморальности, является и "гармо¬ничная" жизнь добропорядочных граждан, которые из всех сил стараются жить в святости, но на деле понятия не имеют, что такое жизнь настоящего святого. Доктор Оман в своей книге "Естественное и Сверхъестественное" немало пишет на тему того, что "примириться с мимолетностью — значит открыть вечность". И в недавно вышедшей книге "Наука, религия и будущее" Кэнон Равен восхищается Оманом за то, что тот сформулировал при¬нципы теологии, не содержащие антагонистических противоре¬чий между природой и благодатью, наукой и религией, — при¬нципы, в которых мир ученого и мир теолога представляют собой поистине одно и то же. И все это в полном согласии с даосизмом, дзэн-буддизмом и такими христианскими поучениями, как Ата et fac quod vis* (* Люби и делан, что пожелаешь (лат.). - Прчм.ред.) святого Августина и советом отца Лаллемана теоцен-трическим созерцателям отправиться в мир и действовать, ибо истинное добро порождается только соответствующими деяния¬ми. Но ни доктор Оман, ни Кэнон Равен не дают достаточно яс¬но понять, что ощутить истинное единство природы и благодати, Нирваны и Сансары могут только те люди, которые выполнили определенные условия. Fac quod vis во временном мире — но только после того, как ты обучился бесконечно трудному искус¬ству всем разумом и сердцем любить Бога и ближнего, как себя самого. Но если ты не овладел этим искусством, то ты станешь либо преступником, либо эксцентриком, либо человеком, веду¬щим благонамеренную "гармоничную" жизнь, у которого не осталось времени, чтобы разбираться как в природе, так и в благо¬дати. В Евангелии абсолютно ясно говорится о процессе, посред¬ством которого и только его одного, человек может обрести пра¬во жить в мире, как в своем собственном доме: он должен пол¬ностью отказаться от эгоизма и обуздать свое "я". Сам Иисус в определенный период своей жизни подверг суровым испытаниям не только свой разум, но и свое тело. Сохранился рассказ о его сорокадневном посте и заявлении (сделанном явно в результате личных ощущений), что определенньгх демонов может изгнать только тот, кто постится так же усердно, как и молится. (Кюре д'Арс, знание чудес и телесных епитимий которого основано на личном опыте, настаивает на существовании тесной связи между суровыми испытаниями плоти и способностью заставить сверхъ¬естественные силы ответить на обращенную к ним мольбу.) Фарисеи упрекали Иисуса за то, что он "ел и пил" и общался с "откупщиками и грешниками". Они не знали или игнорировали тот факт, что, в свое время, этот пророк соперничал с Иоанном Крестителем в суровом укрощении плоти и упражнялся в укрощении духа, которое он постоянно проповедовал.

открыть спойлер
Образ жизни Иисуса по сути соответствует образу жизни того идеального мудреца, о котором говорится в "Пасторалях", столь популярных среди дзэн-буддистов. Дикого быка, символизирующего необновленное в ду¬ховном смысле "я", заставляют изменить направление пути, ло¬вят, укрощают и постепенно превращают из черного в белого. Процесс трансформации заходит так далеко, что на определенное время бык вообще исчезает, и на картинках остается лишь пол¬ная луна, символизирующая Разум, Эго, Основу. Но и это еще не конец. В конце пастух возвращается в мир людей, восседая на своем быке. Поскольку сейчас он способен любить настолько, что его любовь тождественна божественному объекту его любви, — он может делать все, что ему хочется; ибо ему хочется того же, чего хочет Природа Вещей. Он сидит в компании пьяниц и мясников; и он, и они все превратились в Будд. Он полностью примирился с мимолетным, и в результате этого примирения открыл вечное. Но обьргные, милые, не обновленные духовно люди примиряют¬ся с мимолетным только тогда, когда потворствуют своим страс¬тям, поддаются искушениям и получают от них удовольствие. Ес¬ли вы скажете таким людям, что мимолетное и вечное есть одно и то же, и при этом немедленно не разъясните смысл этого утверждения, — это неминуемо приведет к катастрофическим послед¬ствиям. Ибо, на самом деле.они являются одним и тем же толь¬ко для святого; 'история не знает такого случая, чтобы святым стал тот, кто в самом начале своей деятельности не вел себя так, словно мимолетность и вечность, природа и благодать не явля¬лись совершенно разными и во многих отношениях несовмести¬мыми вещами. Дорога духовности — это всегда узкая, словно лез¬вие бритвы, тропа между двумя пропастями. С одной стороны — опасность простого бегства от реальности, с другой — опасность получения удовольствия от вещей, которые должны использо¬ваться только в качестве инструментов или символов. Ниже при¬водится подпись под последней из "Пасторалей".

Даже за пределом всего есть еще дорога.
Идя по ней, он вернется в шесть царств существования.
Любое земное дело теперь есть работа буддиста.
И где бы он ни был. он дышит воздухом родного дома.
Даже если кругом грязь, он выделяется в ней, словно алмаз,
Даже если повсюду огонь, он сверкает в нем. словно чистое золото.
Он идет по бесконечной дороге рождений и смертей И ему достаточно самого себя.
В любых обстоятельствах он сохраняет спокойствие и объективность.

Средства, с помощью которых достигается главная цель человека, будут подробно описаны в главе "Укрощение плоти и духа и отстраненность". Однако, это глава посвящена в основном укреплению воли. Но сильная воля должна сочетаться с не менее сильным сознанием. Должно иметь место внезапное или посте¬пенное преобразование не только сердца, но и всех чувств, а так¬же разума. Ниже приводится краткое описание "метанойи". как называли греки полную и радикальную "смену разума".
Наиболее систематизированные сведения по данному вопросу даны в индуистских и буддистских формулировках Вечной Философии. Они предписывают процесс осознанного разграниче¬ния между личным "я" и "Я", тождественным Брахману, между индивидуальным эго и маткой Будды или Всемирным Разумом. В результате этого разграничения может наступить более или ме¬нее внезапная и полная "смена" сознания и возникновение со¬стояния "неразума", которое можно определить, как освобож¬дение от перцепционной и мыслительной связи с эго-принци-пом. Это состояние "не-разума" существует на "лезвии бритвы" между беззаботностью обычного чувственного человека и чрез¬мерно отчаянным усердием фанатика, жаждущего спасения. Что¬бы достичь этого состояния, человек должен продвигаться к не¬му очень осторожно. А чтобы сохранить его. он должен научить¬ся сочетать высочайшую бдительность со спокойствием и жер¬твенной пассивностью, непоколебимую решимость с полным ее подчинением указаниям духа. Хуан По говорит: "Когда разум ищет "не-разум", тот делает его конкретным объектом мышле¬ния. Единственным ответом является молчание; этот процесс не поддается осмыслению". Иными словами, мы, как отдельные личности, не должны пытаться думать о нем, а должны позво¬лить ему думать о нас. В "Алмазной Сутре" мы также можем прочитать о том, что если Бодхисаттва в его попытке познать Это "сохраняет мышление "эго", личности, отдельного существа или души, — то он больше не является Бодхисаттвой". Ал Газали, философ-суфий, также указывает на необходимость покорности разума. "Если тому, кто пребывает в "фане" (термин, примерно соответствующий дзэнскому "не-разуму" или "мушину"), прихо¬дит в голову мысль, которую он вычеркнул из своего "я", то это — плохо. Высшее состояние наступает тогда, когда стирает¬ся уже стертая мысль". Иступленное стирание уже стертого име¬ет место на внутренних высотах Атмана-Брахмана; но еще более полное стирание уже стертого происходит также и повсеместно в мире, в пробуждающемся повседневном познании Бога во всей его полноте.

Чтобы быть истинно нищим, человек должен быть на¬столько свободным от своей сотворенной воли, насколько он был, когда его не было. Истинную правду говорю вам: пока есть у вас воля исполнять волю Бога и вы имеете ка¬кое-либо желание, относится ли оно к вечности или к Богу. до тех пор пор вы не нищи действительно. Ибо только тот человек нищ, который ничего не хочет, ничего не знает, ни¬чего не домогается.
Экхарт


Совершенный Путь нетруден, если не считать того, что он не дает возможности выбора. Только тот. кто освободился от ненависти и любви, Увидит его ясно и четко.
Сойди с него хотя бы на один палец. И небо и земля отделятся друг от друга. Если ты хочешь увидеть его своими глазами, Не думай о нем ни хорошо, ни плохо.
Противопоставлять то, что тебе нравится, тому, что не нравится, — Вот болезнь разума.
Разум того, кто не понимает истинного смысла Пути, Пребывает в смятении безо всякой на то надобности.
Не ставь себе сложных внешних задач, Не живи во внутренней пустоте;

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №20  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:35 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Будь спокоен в единстве вещей, И дуализм исчезнет сам собой.

Если ты стремишься достичь состояния покоя прекращением движения. То покой, достигнутый таким образом, есть вечное движение. Пребывая в таком дуализме, как можешь ты познать единство? Если единство не познано до конца, То этот недостаток проявляется двояко: Отрицание внешней реальности есть утверждение ее, Утверждение Пустоты (Абсолюта) есть отрицание его...
Преобразования, происходящие в открывающемся нам пустом мире.

Кажутся реальными по причине нашего невежества. Не пытайся искать истину. Просто перестань принимать определенную точку зрения.

Двое существуют благодаря Одному;
Но даже с Ним они не едины.
Когда разум пребывает в покое,
То и десять тысяч вещей не могут причинить ему вреда...

Если глаза никогда не смыкаются во сне. То все сновидения прекратятся сами собой;
Если Разум сохраняет свою абсолютность. То десять тысяч вещей являются одной субстанцией.
Когда мы постигнем глубокую тайну единого Этого, Мы сразу же забудем все внешние сложности;
Когда мы рассматриваем десять тысяч вещей в их единстве, Мы возвращаемся к началу и остаемся там, где мы всегда и были...
Одно во всем, Все в Одном. — Пойми только это, И больше не беспокойся о своем совершенстве!
Когда Разум и каждый верующий разум не разделены, Когда не разделены каждый верующий разум и Разум, Тогда слова бессильны, Ибо нет прошлого, настоящего или будущего.
Третий Патриарх Дзэн

Делай то, что ты делаешь в настоящий момент, страдай от того, от чего ты страдаешь в настоящий момент. Чтобы де¬лать все это со святостью, нужно изменить только свое сер¬дце. Святость состоит в видении Божьей воли во всем, что с нами происходит.
де Коссад

Француз, живший семнадцатом веке пользовался совсем иными выражениями, чем живущий в седьмом веке китаец. Но оба они дают нам по сути один и тот же совет. "Покориться во¬лей Божьей", "подчиниться указаниям Святого Духа", — иной набор слов, но выражает он то же самое, что "следовать Совер¬шенным Путем", "отказаться принимать определенную точку зрения", "держать глаза открытыми, чтобы прекратились снови¬дения". И в том, и в другом случае, должна открыться Истина.

открыть спойлер
В мире, населенном обычными, милыми, не обновленными духовно людьми, большую часть времени царит скука, настоль¬ко сильная, что они вынуждены отвлекать свой разум от осозна¬ния этого факта с помощью всевозможных искусственных "раз¬влечений". Изредка она сменяется кратким мигом удовольствия и частенько — неприятными ощущениями или даже страдания¬ми. Те, кто подготовил себя к тому, чтобы видеть Бога как в ми¬ре, так и внутри собственной души, и тем самым заслужил этот мир, видят его под совершенно иным углом зрения.

То была бессмертная пшеница Востока, у которой никог¬да не будет жатвы и которая никогда не была посеяна. Я ду¬мал. что это поле существовало всегда и всегда будет сущес¬твовать. Пыль и камни улицы были ценны, как золото. Во¬рота поначалу показались краем света. Зеленые деревья за воротами, когда я в первый раз увидел их, привели меня в восторг и упоение; их душистый запах и необычная красота заставили мое сердце колотится в экстазе, настолько они бы¬ли ни на что не похожи и великолепны. А Люди! О, какими достопочтенными выглядели старцы! Бессмертные Херуви¬мы! Юноши казались сверкающими ангелами, переливающи¬мися красками, а девушки — неведомыми неземными созда¬ниями. полными жизни и красоты! Мальчики и девочки рез¬вились на улице, словно ожившие драгоценные камни. Я знал. что они не были рождены и не должны умереть. Все ве¬щи существовали вечно и находились на положенных им местах. Вечность проявилась в свете дня и за всеми вещами появилось что-то бесконечное. Это бесконечное беседовало с моими надеждами и разжигало мое желание. Похоже, что го¬род находился в Эдеме или был построен в Небесах. Эти ули¬цы были моими, этот храм был моим. эти люди были мои¬ми, так же. как их одежды, золото, серебро, сияющие глаза, светлая кожа и румяные лица. Небо было моим, а так же со¬лнце, луна и звезды. — весь мир был моим; я был единствен¬ным, кто видел его и наслаждался им... Так случилось, что в результате больших усилии я был развращен узнать грязные методы управления миром. позабыл. Я стал подобным малому ребенку. Царство Божье.
И потому я дарю вам еще одну мысль, еще более чистую и еще более духовную: в Царстве Небесном все пребывает во всем, все — едино, и все принадлежит нам.
Экхарт

Доктрина, утверждающая, что Бог присутствует в мире повсеместно, имеет одно важное практическое значение: она указывает на святость Природы и на греховность и глупость самоуверен¬ных попыток человека стать ее повелителем вместо того, чтобы быть ее благоразумно-покорным сподвижником. К живым существам, не достигшим человеческого уровня развития, и даже к вещам необходимо относиться с уважением и пониманием, и не следует грубо эксплуатировать их ради достижения наших целей.
Владыкой Южного Океана был Поспешный, владыкой Се¬верного Океана — Внезапный, владыкой Центра — Хаос. Пос¬пешный и Внезапный часто встречались на земле Хаоса, кото¬рый принимал их радушно, и они захотели его отблагодарить.
— Только у Хаоса нет семи отверстий, которые есть у каждого человека, чтобы видеть, слышать, есть и дышать, — сказали они. — Попытаемся их ему проделать. Каждый день делали по одному отверстию и на седьмой день Хаос умер.
Чжуан-цзы

В этой юмористической притче под Хаосом понимается При¬рода в состоянии "ву-вей" — равновесия. Поспешный и Внезап¬ный — это образы тех деятельных личностей, которые думают, что могут улучшить Природу, превращая сухие степи в поля пшеницы и орошая пустыни; которые гордо объявили о Покорении Воздуха, а затем обнаружили, что нанесли колоссальный ущерб цивилизации; которые вырубили огромные леса, чтобы сделать из них бумагу, необходимую для торжества всеобщей грамотности и победе демократии и разума во всем мире, но вместо этого получили эрозию почвы на огромных пространст¬вах, потоки бульварного чтива и органы фашистской, комму¬нистической, капиталистической и националистической пропаганды. Короче говоря. Поспешный и Внезапный — ярые поборники апокалипсической религии Неизбежного Прогресса и кредо их таково: Царство Небесное находится вне тебя и ждет тебя в неопределенном будущем. А Чжуан-цзы, как и любой истин-ный даосист, не намерен принуждать Природу становиться средством для достижения временных и плохо понимаемых це¬лей, что полностью противоречит главной задаче человека, сформулированной в Вечной Философии. Он хочет работать вместе с Природой над созданием материальных и обществен-ных условий, в которых индивидуумы смогут осознать Дао на всех уровнях, — от физиологического до духовного.

В отличие от даосистов и буддистов, христиане относились к Природе на удивление бесчувственно, а зачастую откровенно пытались подчинить ее себе с помощью насильственных методов. Отталкиваясь от неудачной формулировки в Книге Бытия, католические моралисты рассматривали животных, как обычные веши, которые человек имеет право эксплуатировать для достиже¬ния своих собственных целей. Подобно искусству пейзажной жи¬вописи, гуманитарное движение в Европе было почти полностью светским делом. А на Дальнем Востоке и то, и другое, по самой своей сути, были религиозными предприятиями.

Греки верили, что за гордыней всегда следует возмездие: ес¬ли вы зайдете слишком далеко, по получите удар по голове, ко¬торый напомнит вам, что боги не потерпят дерзости от смерт¬ных людей. В области человеческих отношений современный разум понимает доктрину "гордыни" и считает ее в принципе верной. Мы хотим, чтобы гордыня была посрамлена, и зачастую становимся свидетелями этого явления.

Того, v кого слишком много власти над своими собратьями или слишком много денег, или слишком честолюбивые планы, или слишком большая тяга к насилию, ожидает наказание, и мы знаем, что когда-нибудь это наказание в той или иной форме обязательно придет. Но греки на этом не остановились. В силу того, что Природа для них была отчасти божественным явлени¬ем, они полагали, что ее следует уважать, и были убеждены, что высокомерное отношение к Природе повлечет за собой наказа¬ние со стороны богини возмездия. В "Персах" Эсхил перечис¬ляет причины — абсолютные, метафизические причины пораже¬ния варваров. Ксеркс бьы наказан за два прегрешения: высоко¬мерную империалистическую политику в отношении Афин и высокомерное имперское отношение к Природе. Он пытался поработить своих собратьев-людей и море, построив мост через Геллеспонт.

Атосса От берега до берега перекрыл он Геллеспонт.
Призрак Дария Ну и что, разве он сможет сковать могучий Босфор?
Атосса Все равно, кто-то из богов помогает его замыслам.
Призрак Дария Какой-то бог власти затуманил его разум.

В наше время мы осознаем опасность первого вида империа¬лизма и осуждаем его. Но большинство из нас игнорирует сущес¬твование и даже саму возможность существования второго вида. Но автор "Эдгина" определенно не был дураком, и сейчас, когда мы платим ужасную цену за воспетое нами "покорение Приро¬ды", его книга актуальна более, чем когда-либо. И в девятнадца¬том веке Батлер бьы не единственным, кто скептически относил¬ся к Неизбежному Прогрессу. За поколение или чуть раньше Аль¬фред де Виньи писал о новом технологическом чуде того време¬ни — паровом двигателе, и тон его значительно отличался от вос¬торженных воплей его великого современника, Виктора Гюго.

Sur fe taureaii de fer, qiii finne, souffle ef beugle L 'homme est monte trop tot. Nul ne connaif encor Qiiels orages en lui porte ce rude aveitg/e, Et le gai voyageur hii livre son tresor*

Далее в том же стихотворении он пишет:
Tons se sont dit: "Allans ", mais aucun n 'est le maitre D 'ни dragon mugissant qii '1111 savant a fait iiaitre Nous nous sommes joues a plus fort quo nous tons.**

На железного быка, который дымит, пыхтит и ревет, Человек взгромоздился слишком рано. Никто не может знать, Какие бури таит в себе -это грубое слепое существо, А радостный путешественик доверяет ему свое сокровище. ** Все сказали себе: "Давайте", но никто из нас не хозяин Этому мычащему дракону, которого породил некий мудрец. Мы позволили себе играть с тем, с чем потом не сможем совладать.

Оглядываясь на бесконечные побоища и опустошения, мы можем увидеть, что Виньи был абсолютно прав. Никто из тех веселых путников, о которых с таким восторгом писал Виктор Гю¬го, не имел ни малейшего представления о том, куда их везет первый, смешной маленький "Пыхтящий Билли". Вернее, у них было абсолютно ясное представление, но оно оказалось абсо¬лютно неверным. Ибо они были уверены, что "Пыхтящий Бил¬ли" на полной скорости мчит их к миру во всем мире и братст¬ву всех людей. Им также казалось, что газеты, которые они с гордостью читали, пока поезд, мерно постукивая, вез их к Уто¬пии, находящейся примерно в пятидесяти годах пути, были га¬рантией того. что разум и свобода вскоре восторжествуют повсеместно. Между тем, "Пыхтящий Билли" превратился в четырехмоторный бомбардировщик, загруженный мощной взрывчат¬кой и белым фосфором, а свободная пресса повсеместно обслу¬живает либо его рекламную кампанию, либо группу лоббистов, либо правительство.

Тем не менее, по какой-то необъяснимой причине, путники, уже давно переставшие веселиться, по-прежнему истово веруют в Неизбежный Прогресс, то есть, по сути дела, вопреки всему опыту человечества веруют в то, что в жизни что-то можно по¬лучить даром. Насколько более разумным и реалистичным пред¬ставляется мнение греков: каждая победа имеет свою цену, и чрезмерно высокая цена некоторых побед делает эти победы бессмысленными! Современный человек больше не рассматри-вает Природу как существо божественное хоть в каком-нибудь смысле этого слова'и считает, что абсолютно вправе вести себя по отношению к ней, как надменный завоеватель и тиран. Со¬временный технологический империализм создал огромное ко¬личество благ; но богиня возмездия позаботилась о том, чтобы нам достались не только "пироги и пышки", но и "синяки да шишки". Например, перевешивает ли удовольствие, которое человек получает от возможности переместиться из Нью-Йорка в Лос-Анжелес за двенадцать часов, те страдания, которые ему причиняют падающие с неба зажигательные бомбы? Не сущес¬твует такой формулы, пользуясь которой можно было бы вычис¬лить общее количество счастья и доброты в мире. Однако, не вызывает сомнения: преимущества, созданные технологическим прогрессом, или (если пользоваться терминологией греков) борьбой человеческой гордыни с Природой, — как правило со¬провождаются соответствующими отрицательными явлениями, и продвижение вперед на одном направлении оборачивается отступлением на другом, и что за все в этой жизни надо платить. Нам не дано получить точный ответ при вычитании потерь из приобретений, и не дано узнать, будет ли результатом этого вы¬читания истинный Прогресс в области добродетели, счастья, любви к ближнему и разума. Именно потому, что реальность Прогресса так и не получила точного определения, люди девятнадцатого и двадцатого века были вьшуждены относится к Про¬грессу, как к предмету религиозной веры. А вот поклонники Вечной Философии не придают первостепенного значения раз¬мышлениям о том, неизбежен ли Прогресс или даже реален ли он вообще. Для них значение имеет то, что индивидуальные мужчины и женщины должны обрести знание, объединяющее их с божественной Основой. Что же касается общества, то их интересуют не его прогрессивность или не-прогрессивность (чтобы там не означали эти термины), а то, в какой степени об¬щество помогает или мешает индивидуумам достичь главной це¬ли человека.

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №21  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:36 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Глава 5 ЛЮБОВЬ К БЛИЖНЕМУ

Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь.
I Иоанн, 4.8

Любовь может охватить и удержать Его, но мысль — никогда.
Облако Незнания

Всякий, кто хочет достичь созерцания (то есть. объединяющего знания) должен начать со строгого вопроса к самому себе: насколько сильно я люблю? Ибо любовь есть движущая сила разума (machiiia mentis), которая вырывает его из мира и высоко возносит его.
Святой Григорий Великий

Любовь есть астролябия Божественных тайн.
Джалаладдин Румч

О небо, столь спокойное доселе! Пусть поскорей узнает мощь твою Тот похотью изъеденный богач, Который, не желая видеть ничего, поскольку чувств лишен, Своими слугами твои законы сделал.
Шекспир

Любовь — безошибочна; она не ошибается, ибо все ошиб¬ки совершаются из-за нехватки любви.
Вильям Ло

открыть спойлер
Мы можем любить только то, что мы знаем, и мы никогда не знаем до конца то, чего мы не любим. Любовь — это форма зна¬ния, и когда любовь достаточно бескорыстна и достаточно силь¬на, это знание становится объединяющим и приобретает качест¬во безошибочности. Там, где нет бескорыстной любви (проще говоря, любви к ближнему), есть только эгоистичная любовь к самому себе, и, как следствие, только частичное и искаженное знание как о своем "я", так и о внешнем мире вещей, живых су¬ществ, разума и духа. "Изъеденный похотью" человек подчиняет себе "законы Неба" — то есть, использует законы Природы и ду¬ха ради достижения своих корыстных целей. В результате он ста¬новится "бесчувственным слепцом" и, стало быть, не способен к познанию. Его невежество абсолютно добровольно; если он и "слепец", то только потому, что он "не желает видеть ничего". Такое добровольное невежество неизбежно приводит к отрица¬тельным последствиям. Гордыня влечет за собой возмездие, ко¬торое в некоторых случаях принимает очень драматичные фор¬мы, когда добровольный "слепец" (Макбет, Отелло, Лир) попа¬дает в ловушку собственного честолюбия, или собственничества, или капризного тщеславия. В некоторых случаях оно проявляет¬ся менее заметно, когда власть, богатство и слава сопутствуют че¬ловеку до конца его дней, но ценой постоянно увеличивающей¬ся невосприимчивости к благодати или даже полной неспособ¬ности когда-либо вырваться из душной темницы эгоизма и обо¬собленности. Насколько сильно духовное невежество может поразить тех, кто "ставит себе на службу законы Неба", подтвер¬ждает поведение кардинала Ришелье на смертном одре.
Присутствовавший при кончине кардинала священник пред¬ложил великому человеку подготовить душу к ждущему ее впереди испытанию и простить всех своих врагов. "У меня никогда не было никаких врагов", — ответил кардинал со спокойной искрен¬ностью невежды. Долгие годы интриг, накопления богатств и претворения в жизнь честолюбивых планов сделали его невежес¬тво таким же абсолютным, какой была его политическая власть, "уступавшая только власти короля". Как и Наполеон, он по сво¬ему "почувствовал мощь Неба", поскольку отказал себе в удо¬вольствии питать любовь к ближнему и тем самым не пожелал уз¬нать всю правду о своей собственной душе и о чем-либо еще.

Здесь, на земле, любить Бога — луч'й1е. чем знать Его, а знать низкие вещи — лучше, чем любить их. Если мы их знаем, то мы, так сказать, поднимаем их на уровень нашего разума, а вот если мы их любим, то мы склоняемся перед ними и становимся их слугами, как скупец становится слугой золота.
Святой Фома Аквинскии (^перефразировано)

Это замечание, на первый взгляд, несовместимо с теми, что предшествовали ему. Но на самом деле святой Фома просто проводит границы между различными формами любви и знания. Лучше любитьзнать Бога, чем просто знать о Боге без любви, прочитав теологический трактат. С другой стороны, золото не¬возможно полностью познать с помощью любви, а вернее, плот¬ского вожделения, которое к нему испытывает скряга, или с по¬мощью абстрактного интереса к нему ученого-исследователя, или же бескорыстной любви-знания художника по металлу или поклонника его творчества, которых приводит в восторг просто его красота, а не ценность и возможность обладания им. То же самое относится к сотворенным вещам и разумным живым су¬ществам. Плохо любитьзнать их из эгоистических и корыстных побуждений; целесообразнее познавать их с бесстрастностью ученого; но лучше всего дополнить абстрактное бескорыстное знание истинной бескорыстной любовью-знанием, обладающей качеством эстетического наслаждения или любовью к ближне¬му, или тем и другим одновременно.

Мы сотворяем кумира из голой истины: ибо истина в отрыве от любви к ближнему не есть Бог. а есть его образ и кумир. которого мы не должны любить и которому мы не должны поклоняться.
Паскаль

В результате филологической неточности (которая, вероятно, была никакой не случайностью, а еще одним тонким выражени¬ем глубоко укоренившейся в человеке жажде невежества и ду¬ховной тьмы), в современном английском языке, слово charity (любовь к ближнему) стало синонимом слова almsgiving (благот¬ворительность) и почти никогда не используется по своему пря¬мому назначению — как обозначение высшей и наиболее божес¬твенной формы любви. Из-за этого обеднения и в лучшие вре¬мена не очень адекватного запаса психологических и духовных терминов, слово love (любовь) вынуждено было взвалить на се¬бя дополнительную ношу. Мы бойко повторяем, что "Бог есть любовь", и что мы должны "возлюбить ближнего своего, как се¬бя самого". Но, к сожалению, слово "любовь" обозначает все: от восторженного слияния на киноэкране (крупным планом) губ — до тех чувств, которые испытывают к неграм-рабам Джон Вул-мен или Питер Клейвер (эти два храма Святого Духа), от состо-яния орущей, поющей и машущей флагами толпы в "СпортПаласе" или на Красной Площади — до состояния одинокого созерцателя, погрузившегося в простую молитву. Двусмыслен¬ность слов приводит к путанице в мыслях. А что касается люб¬ви, то здесь путаница в мыслях прекрасно служит тому, чтобы не обновленная духовно и разделенная человеческая натура, ут¬верждала, что она служит Богу, а на самом деле служила Мам-моне. Марсу или Приапу.
Знатоки духовной жизни в длинных произведениях или корот¬ких афоризмах и притчах описали природу истинной любви к ближнему и отделили ее от других, более низких форм любви. Да¬вайте по порядку рассмотрим ее основные характеристики. Во-первых. любовь к ближнему — бескорыстна, не ждет похвалы и не позволяет себе огорчиться, когда за добро ей воздают злом. Бо¬га следует любить за то. что Он есть, а не за Его дары, и любую личность или вещь следует любить во имя Бога, ибо они являют¬ся храмами Божьего Духа. Более того, поскольку любовь к ближ¬нему — бескорыстна, она просто обязана быть всемирной.

Любви не нужны ни причины, ни плоды своего существования: она сама по себе — плод, сама по себе — наслаждение. Я люблю, потому что я люблю: я люблю в силу того. что я могу любить... Из всех порывов и движений души лю¬бовь — то единственное, посредством чего создание, пусть и не на равных, может общаться с Создателем и возвращать что-то, напоминающее то. что было ему дано... Когда Бог любит, он хочет только одного — быть любимым, зная, что всех. кто любит Его, любовь сделает счастливыми.
Святой Бернар

У любви нет никаких побочных целей, она не хочет ниче¬го. кроме своего увеличения, и потому все является маслом, подливаемым в ее огонь: она должна получить то, чего она хочет, и она не может быть разочарована, поскольку все (в том числе, и недоброе отношение со стороны объекта люб¬ви) естественным образом помогает ей жить так, как ей того хочется, и творить свою работу.
Вильям Ло

Те, кто плохо отзываются обо мне, на самом деле
являются моими добрыми друзьями. Когда на меня клеветали, я не испытывал
ни враждебности, ни предубежденности. Во мне накапливается сила любви и смирения, рожденная Нерождавшимся.
Кун Чэн-цзы

Некоторые люди хотят видеть Бога. как они видят корову, и хотят любить Бога. как они любят корову. — за молоко, кото¬рое она дает. за сыр. который из него можно сделать, за при¬быль, которую из всего этого можно извлечь. Так обстоят дела с людьми, которые любят Бога во имя внешнего богатства или внутреннего комфорта. Они любят Бога не по-настоящему, ес¬ли они любят его ради своей выгоды. Я скажу вам — воисти¬ну. любая, поставленная вами цель. какой бы хорошей она не была. будет барьером между вами и внутренней Истиной.
Экхарт

Я — нищий, но. Господь, я прошу у Тебя Больше, чем может попросить тысяча царей. Каждый хочет чего-то и просит его у Тебя. Я же пришел к тебе, чтобы попросить дать мне Тебя.
Ансари ал-Харави

Я не буду иметь ничего общего с любовью к Богу. Такой любви чистая любовь вынести не может; ибо чистая любовь есть сам Бог.
Святая Екатерина Женевская

Мать, даже рискуя собственной жизнью, защищает своего единственного сына. Пусть же добрая воля в неограниченном количестве присутствует в каждом существе. Пусть добрая во¬ля господствует на всей земле, над землей, под землей, вокруг земли, — безмерная, не ведающая различий и противоречий. Если в часы бодрствования человек постоянно пребывает в этом состоянии разума, тогда приходит время сказать: "Даже и этот мир является священным".
Метта Сутта

Учись смотреть на все существа одинаково, видя одно "Я" во всех.
Шримад Бхагатавам

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №22  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:36 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Вторая отличительная особенность любви к ближнему заклю¬чается в том, что, в отличие от низших форм любви, она не яв¬ляется эмоцией. Она начинается, как усилие воли, и достигает своего пика, как чисто духовное озарение, объединяющая лю¬бовь-знание сути своего объекта.
Пусть каждый знает, что настоящая любовь к Богу состо¬ит не в пролитии слез, и не в той нежности, к которой мы. как правило, стремимся, потому что она утешает нас, — а в справедливом, стойком, смиренном служении Богу.
Святая Тереза

Ценность любви заключается не в высоких чувствах, а в отрешенности, в готовности вытерпеть все испытания во имя Бога, которого мы любим.
Сан Хуан де ла Крус

Под любовью я не подразумеваю никакую естественную нежность, которая в большей или меньшей степени присуща человеческой природе; нет, я имею ввиду значительно больший принцип души. основанный на разуме и благочестии, который делает нас нежными и добрыми по отношению к нашим собратьям, как к созданиям Бога. и во имя Его.
Вильям Ло

Природа любви к ближнему или любви-знания Бога опреде¬лена Шанкарой, великим индуистским святым и философом де¬вятого века, в тридцать втором двустишии его произведения Вивека-Чудамани".
Среди средств освобождения высшим является любовь. Сказано, что созерцание истинной формы настоящего "Я" (Атмана, тождественного Брахману) есть любовь.
открыть спойлер
Иными словами, высшей формой любви к Богу является непосредственная духовная интуиция, посредством которой "знающий, знаемое и знание становятся единым целым". Средства и первые фазы обретения духом этой высшей любви-знания Ду¬ха описаны Шанкарой в предыдущих двустишиях его философ¬ской поэмы и состоят в усилиях воли, направленных на отказ от эгоизма в мыслях, чувствах и деяниях; на уничтожение желаний и достижений отрешенности или (если использовать соответ-ствующий христианский термин) "святого безразличия"; на ве¬селое отношение к несчастьям и отказ от жалости к самому се¬бе и мыслей о том, чтобы платить злом за зло; и, наконец, на обретение неусыпной целенаправленной бдительности Божест¬ва, которое трансцендентально и, будучи трансцендентальным, одновременно имманентно в каждой душе.
Ясно. что никакой определенный объект, доставляющий удовольствие воле, не может быть Богом, поэтому, если воля желает соединиться с Ним, она должна опустошить себя, от¬бросить все беспорядочные порывы желаний, отказаться от всех удовольствий, высоких и низких, временных и духов¬ных, чтобы, очистившись от всех бурных удовольствий, на¬слаждений и желаний, она могла полностью сосредоточиться на любви к Богу. Ибо, если воля вообще способна осознать Бога и соединиться с Ним, то она может это сделать никак не посредством желаний, а только посредством любви; и поскольку все удовольствия, радости и наслаждения, на ко¬торые способна воля, не являются любовью, — то ни одно из этих приятных ощущений не может служить средством со¬единения воли с Богом. Таким средством может быть только усилие воли. И поскольку усилие воли не имеет ничего общего с чувством, — именно посредством этого усилия воля соединяется с Богом и покоится в Нем; это усилие есть лю¬бовь. Это единение не может быть результатом ощущений или исполнения желаний, ибо они остаются в душе, как за¬дачи и цели. Чувства могут быть только отправной точкой любви, если воля твердо решила двигаться вперед и только вперед...
Если человек, утративший духовное благоденствие и наслаждение, думает, что это Бог оставил его. то он совершает очень большую ошибку: то же самое можно сказать о нем, когда он. вновь обретя их, довольно думает, что обрел Бога.
Еще более глуп тот, кто ищет в Боге удовольствия, наслаждается этим процессом, живет в нем; ибо, поступая так, он ищет Бога не посредством воли, основанной на чистой вере и любви к ближнему, а посредством воли. основанной на духовных наслаждениях, — то есть следует за своей волей и приятными ощущениями.

...Воля может обрести благоденствие и благодать единения с Божеством только посредством отрешенности, отказа от всех удовольствий, доставляемых земными и небесными вещами.
Сан Хуан де ла Крус

Любовь (обычная эмоциональная любовь) не служит единению. Да, она служит действию единения; но она не служит единению сути.
Экхарт

Причина, по которой чувственная любовь даже самого вы¬сшего порядка не может соединить душу с духовной сутью бо¬жественной Основы состоит в том, что, как и все порывы серд¬ца, чувственная любовь обостряет тот эгоизм, который является основным препятствием на пути к такому единению. "Прокляты те, кто вечно пребывает в движении, не зная ни мгновения от¬дыха; мы, смертные, все еще продолжая наш путь. можем иног¬да прервать наше движение и отдохнуть... Не движется только Бог". Стало быть, мы обретаем знание и любовь к Богу только тогда, когда пребываем в божественном покое, превосходящем всякое понимание. А к превосходящему всякое понимание по¬кою мы должны прийти дорогой самого обычного и всеми хоро¬шо понимаемого мира — мира между народами и внутри них (ибо войны и насильственные революции почти полностью отго¬раживают Бога от большинства их участников); мира между ин¬дивидуумами и внутри индивидуальных душ (ибо ссоры на лич¬ностном уровне, а также страх, любовь, ненависть, честолюбие отдельного человека не менее губительны для духовной жизни, чем великие потрясения). Мы должны стремиться к такому ми¬ру для себя и для других, какой мы сами можем установить, что¬бы подготовить себя к принятию того другого мира, который является плодом Духа и условием, по словам святого Павла, обретения знания-любви, единящего нас с Богом.
Только приведя свои разум в состояние полного покоя, ты сможешь преобразовать этот фальшивый разум смерти и нового рождения в чистый Интуитивный Разум и, совершив это, понять изначальную и просветляющую Суть Разума. Это должно стать отправной точкой твоих духовных упражнений. Приведя отправную точку в соответствие с твоей целью, с помощью правильных упражнений ты сможешь достичь ис¬тинно совершенного Просветления.

Если ты хочешь привести свой разум в состояние полного покоя и восстановить его изначальную чистоту, ты должен действовать так, словно ты очищаешь воду из грязного источника. Ты должен дать ей отстояться, пока осадок не соберется на дне кувшина, и вода не станет чистой, что соответствует состоянию, в котором разум пребывал до того. как его начали беспокоить нечистые желания. Затем ты старательно процеживаешь чистую воду... Когда разум войдет в состояние полного покоя и абсолютной сосредоточенности, тогда он увидит все вещи не в отдельности, а в их единстве, в кото¬ром нет места страстям и которое полностью соответствует таинственной и неописуемой чистоте Нирваны.
Сурангама Сутра

Тождество Единого с тем, что находится вне Его, и с тем, что находится в Нем, является бьющим ключом сияющей Любви.
Экхарт

Духовный прогресс, как мы имели возможность убедиться на нескольких других примерах, всегда двойственен и движется по спирали. Освобождение от эмоционального возбуждения есть путь к любви к ближнему; а любовь к ближнему или объединя¬ющая любовь-знание есть путь к высшему божественному по¬кою. То же самое можно сказать о смирении, которое является третьей характерной чертой любви к ближнему. Смирение явля¬ется необходимым условием высшей формы любви, а высшая форма любви дает возможность превратить смирение в абсолют¬ную скромность.

Хочешь ли ты стать путником на дороге Любви? Тогда выполни первое условие: будь смиренным, как пыль и пепел.
Ансари ал-Харавч

По поводу любви к ближнему я могу сказать только од¬но — обрести ее тебе поможет только смирение: только осознание своей слабости может сделать тебя терпимым и снисходительным к другим. Ты ответишь: "Да, я понимаю, что смирение сделает меня терпимым по отношению к другим, но как мне обрести смирение?" Смирение рождается в результате соединения двух вещей, и ты никогда не должен отделять их друг от друга. Первой из них является созерцание бездны, из которой всемогущая рука Господня извлекла тебя, и над которой она держит тебя. так сказать, в подвешенном состоянии. Вторая — это присутствие всепроникающего Бога. Только бескорыстно и любя Бога. мы можем научить¬ся тому. как забывать свое "я", правильно оценивать ослепившее нас ничтожество и с благодарностью растворяться в Величии, поглощающем все вещи. Люби Бога, и ты обретешь смирение: люби Бога, и ты отбросишь любовь к своему "я": люби Бога, и ты возлюбишь все, что Он дает тебе возмож¬ность любить во имя любви к Нему самому.
Фенелон

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №23  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:37 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Мы уже знаем, что чувства могут мотивировать любовь к ближнему; но любовь к ближнему сама по себе рождается в во¬ле — воле к миру и смирению в самом себе, в воле к терпимо¬му и доброму отношению к своим собратьям, в воле к той бес¬корыстной любви к Богу, которая "ничего не просит и ни в чем не отказывает". Но волю можно укрепить постоянными упраж¬нениями. Хорошей иллюстрацией к этому может послужить за¬пись, восхитительная в своей босуэлловской живости, разговора между молодым епископом Белльским и его обожаемым другом и учителем Франциском Сальским.

Однажды я спросил епископа Женевского, что должен делать человек, чтобы достичь совершенства. "Ты должен возлюбить Бога всем своим сердцем, — ответил он. — и возлюбить ближнего своего, как себя самого". "Я не спрашиваю, в чем состоит совершенство, — возразил я. — я спрашиваю, как его достичь". "Любовь к ближнему. — снова заговорил он. — это одновременно и цель и средство, и достичь этого совер¬шенства мы можем только посредством самой любви к ближ¬нему... Если душа — это жизнь тела. то любовь к ближнему — это жизнь души". "Я знаю все это. — сказал я. — Но я хочу знать, каким образом человек может любить Бога всем своим сердцем и любить ближнего своего, как себя самого". Но сно¬ва он ответил: "Мы должны любить Бога всем своим сердцем и любить ближнего своего, как себя самого". "Я так ничего и не понял, — ответил я. — Скажи мне. как обрести такую любовь?"
"Самый быстрый, самый лучший, самый простой способ возлюбить Бога всем своим сердцем состоит в том. чтобы возлюбить Его всем своим сердцем!"
Он продолжал повторять один и тот же ответ. И все же, в конце концов, епископ сказал: "Ты не один такой. Очень многие хотят узнать у меня метод, систему и тайный способ достижения совершенства, и я могу сказать им только одно: единственный секрет состоит в искренней любви к Богу. а достичь такой любви можно только, любя. Ты учишься говорить в процессе речи. ты овладеваешь знаниями в процессе их обретения, ты учишься бегать, бегая, ты учишься работать, работая: точно также, ты учишься любить Бога и человека. любя их. Все. кто думают, что есть другой путь, обманывают себя. Если ты хочешь любить Бога. то люби Его все больше и больше. Начни, как простой ученик, и сама сила любви приведет тебя к мастерству. Те. кто достигли наибольшего прогресса, будут постоянно идти вперед и ни за что не поверят, что дошли до цели: ибо любовь к ближнему должна постоянно расти в нас до самого нашего последнего вздоха".
Жан Пьер Камю

открыть спойлер
Переход от того, что святой Бернар называет "плотской лю¬бовью" к священному человечеству, к духовной любви к Божес¬тву, от эмоциональной любви, которая может привести только к действенному соединению любящего и любимого, к совершен¬ной любви к ближнему, соединяющей их в духовной субстанции, в религиозной практике отражен, как переход от прерывистой и эмоциональной медитации к глубокому созерцанию. Все христи¬анские авторы уверяют, что духовная любовь к Божеству выше плотской любви к человеку, которая является лишь началом и средством достижения своей главной цели — обретения любви-знания, объединяющего его с божественной Основой. Но все они не менее упрямо уверяют, что плотская любовь является обязательным началом и незаменимым средством. Восточные авторы соглашаются, что это верно для многих людей, но не для всех, поскольку существуют и прирожденные созерцатели, спо¬собные "совместить исходную точку с целью'' и сразу же ВСТУ¬ПИТЬ на путь Йоги Знания. Ниже мы приводим отрывок из про¬изведения величайшего из даоистских философов, написанного именно с точки зрения прирожденного созерцателя.

Одни только видят Небо. как своего отца и его в силу этого, любят, тем более, что выше неба. Другие только видят благородного мужа (царя), их превосходящего и готовы за него умиреть; тем более должны бы это делать ради того. что более истинно, чем царь. Когда источник высыхает, рыбы поддерживая одна другую, собираются на мели. и стараются дать друг другу влагу дыханием и слюной. Но лучше им забыть друг о друге в просторах рек и озер.
Хуан Цзун

"Слизь" личной и эмоциональной любви лишь отдаленно напоминает воду духовного божественного бытия и отличается от нее более "низким качеством" и (именно потому что эта лю¬бовь — личная и эмоциональная) "недостаточным количеством". Осушив в результате своего добровольного невежества, неверных действий и неправедного бытия божественные реки, человечес¬кие существа могут скрасить ужас своего положения "обменива¬ясь слизью". Но не может быть никакого счастья или безопас¬ности во времени и никакого освобождения в вечности, пока они не перестанут думать, что могут обойтись одной только "слизью", и пока не призовут вернуться божественные воды, от¬давшись тому, что, в сущности, является их стихией. Ищите пре¬жде всего Царство Божие, а все остальное приложится. А если вы ищите, подобно тем, кто в настоящее время молится на прогресс, прежде всего, все остальное, надеясь, что к результатам обузда¬ния ядерной энергии и трех очередных революций приложится Царство Божье, — вы все потеряете. И все же мы продолжаем доверять прогрессу, продолжаем считать личную слизь высшей формой духовной влаги, и продолжаем предпочитать мучитель¬ное и невозможное существование на суше — любви, радости и покою в нашем родном океане.

Секта влюбленных не похожа на все остальные: у влюбленных своя религия и своя вера.
Джалаладдин Румч

Душа живет не в теле, ею одушевленном, а в том. что она любит. Ибо она не живет в теле, она, скорее, дает жизнь те¬лу и живет в том, что любит.
Сан Хуан де ла Крус

Смирение есть любовь, полностью сосредоточившаяся на Нем, который является ее объектом; отвага есть любовь, готовая с радостью вынести все во имя Него, который являет¬ся ее объектом; правосудие есть любовь, служащая только Ему, который является ее объектом и, стало быть. правит справедливо: благоразумие есть любовь, правильно отличаю¬щая то, что ей мешает, от того, что ей помогает.
Святой Августин

Отличительными чертами любви к ближнему являются бескорыстность, спокойствие и смирение. Там, где есть бескорыс¬тие, — нет ни стремления выгадать что-либо для себя, ни стра¬ха потерять что-то или быть наказанным? Там, где есть спокой¬ствие, — нет ни желания, ни отвращения, а есть непоколебимая воля подчиниться божественному Дао или Логосу на любом уровне бытия и постоянное осознание божественного Этого и того, что должно быть связью Его и индивидуума. И там, где есть смирение, нет ни придирчивости, ни восхваления эго, ни спроецированного за счет других альтер эго, которое обладает теми же самыми недостатками и слабостями, но считается спо¬собным превосходить других в обретении знания, единящего его с Богом. Из этого всего следует, что любовь к ближнему есть ко¬рень и основа нравственности, и что там, где мало любви к ближнему, есть много зла, которого можно было бы избежать. Все это суммируется в формуле, созданной святым Августином: "Люби и делай все, что хочешь". В качестве примера более поз¬дних разработок затронутой святым Августином темы мы при¬водим ниже отрывок из писаний Джона Эверарда, одного из тех одаренных духовно мудрецов семнадцатого века, к учениям ко¬торого остались глухи воюющие друг с другом группировки, и на которые, еще меньше внимания обратили церковники эпохи Реставрации и их наследники эпохи неоклассицизма, когда ре¬волюция и военная диктатура были уже позади. (О том, на¬сколько глухи были эти люди, мы можем судить по тому, что на¬писал Свифт о своих любимых и нравственно совершенных Fv-ингнмах. Основной темой их бесед и их поэзии были такие ве¬щи, как "дружба и благожелательность, видимые деяния приро¬ды или древние традиции; узы и пределы добродетели, непогре¬шимое правление разума". И они никогда не занимали свой разум мыслями о Боге, или любви к ближнему, или об освобож-дении этого самого разума. О чем достаточно ясно свидетельствует то, как относился декан церкви святого Патрика к рели¬гии, на которой он сделал себе деньги.)

Дайте человеку, который нашел внутри себя живого Поводыря, делать все, что ему заблагорассудится, и пусть он забудет. если сможет, все законы внешнего мира! С таким же успехом вы можете сказать человеку, нежно любящему свою жену: "Если тебе того хочется, ты волен бить ее. калечить или убить".
Джон Эверард

Из этого следует, что там, где есть любовь к ближнему, там не может быть никакого принуждения.
Бог никого не заставляет, ибо любовь не терпит принуждения. и, стало быть. служение Богу есть вещь абсолютно добровольная.
Ганс Денк

Но именно потому, что любовь к ближнему не терпит принуждения, она обладает некой мирной силой авторитета, с помощью которой она защищает себя и помогает своим служите¬лям. Разумеется, она не может автоматически помочь всем и каждому (ибо некоторые индивидуумы и, тем более, организации, защищены от божественного воздействия непроницаемой броней), но, на удивление, в большом количестве случаев сила ее оказывается действенной.

Небо вооружает жалостью тех. кого хочет сохранить
Лао-цзы

"Он оскорбил меня. он ударил меня. он одержал верх надо мною. он обобрал меня". У тех. кто таит в себе такие мыс¬ли, ненависть не прекращается.
"Он оскорбил меня. он ударил меня. он одержал верх на¬до мною. он обобрал меня". У тех. кто не таит в себе таких мыслей, ненависть прекращается.
Ибо никогда в мире ненависть не прекращается ненавистью, но отсутствием ненависти прекращается она. Вот извечная дхамма.
Дхамманада

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №24  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:37 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Нынешнее состояние дел в экономике, общественных и международных отношениях объясняется, в основном, организованным отсутствием любви. Мы начали с утраты любви к Природе,
так что вместо того, чтобы постараться взаимодействовать с Дао или Логосом на уровне неодушевленных вешен и существ, сто¬ящих ниже человека, — мы пытаемся подавлять и эксплуатировать, мы разбазариваем полезные ископаемые, разрушаем поч¬ву, уничтожаем леса, сбрасываем отходы в реки и загрязняем ядовитыми испарениями воздух. От отсутствия любви к Природе мы перешли к отсутствию любви к искусству — настолько полному, что мы почти полностью убили все фундаментальные и полезные виды искусства, заменив их всевозможной массовой продукцией, создаваемой при помощи машин. И. конечно, это отсутствие любви к искусству в то же самое время является от¬сутствием любви к человеческим существам, которые вынужде¬ны выполнять несложные и лишенные изящества задачи, навя¬занные нашими механическими суррогатами искусства и беско¬нечной возней с бумагами, связанной с массовым производством и массовой дистрибьюцией. Рука об руку с массовым производством и массовой дистрибьюцией идет массовое финансирование, и эти процессы объединили свои усилия в деле экспроприации все большого количества маленьких участков зем¬ли и средств производства, тем самым ограничивая свободу сре¬ди большинства людей и стимулируя способность меньшинства насильственно контролировать жизнь своих собратьев. Это спо¬собное к насильственному контролю меньшинство состоит из частниковкапиталистов или правительственных чиновников, иди и тех, и других, объединивших свои усилия. И разумеется, как бы не называл себя начальник — "директором компании" или "слугой народа", — контроль, который он осуществляет, является принудительным и, стало быть, по сути своей, лишенным любви. Единственная разница между двумя видами этих олигар¬хических правителей заключается в том, что власть первых зиж¬дется, в большей степени, на богатстве, чем на их положении в обладающей устоявшимся авторитетом иерархии.

открыть спойлер
А власть вто¬рых зиждется в большей степени на служебном положении, чем на богатстве. На эту повсеместно идентичную основу не отме¬ченных любовью отношений нагромождены другие отношения, — в каждом обществе свои, зависящие от местных условий, местных привычек и местного образа мышления. Вот несколько примеров: эксплуатация и презрительное отношение к цветному меньшинству, живущему среди белого большинства, или цвет¬ное большинство, управляемое белым меньшинством; ненависть к евреям, католикам, масонам или любому другому меньшинст¬ву, чьи язык, привычки, внешний вид или религия отличаются от соответствующих черт местного большинства. А венцом все¬го этого является организованное отсутствие любви между госу¬дарствами — отсутствие любви, которое выражает себя в нетре¬бующей никаких доказательств убежденности, что нации имеют естественное право вести себя подобно ворам и убийцам, воору¬жаться до зубов и при первой представившейся возможности грабить и убивать. (О том, насколько суждения о природе на¬ций, хорошо свидетельствует история Центральной Америки. До тех пор, пока отдельные области Центральной Америки с их произвольно очерченными границами назывались провинциями испанской колониальной империи, их обитатели жили в мире и согласии друг с другом. Но в начале девятнадцатого века различ-ные административные районы испанской империи разорвали связь с "родиной" и решили стать нациями по европейскому об¬разцу. Результат: они немедленно начали воевать друг с другом. Почему? Потому что суверенное национальное государство по определению является организацией, которая имеет право и обязана принуждать своих членов осуществлять грабежи и убий¬ства в самых больших масштабах.)
"Не вводи нас в искушение" — вот каким принципом долж¬ны руководствоваться все общественные организации; искуше¬ний следует опасаться, и, по мере возможности, искушения сле¬дует ликвидировать'при помощи соответствующих экономичес¬ких и политических мер. Во-первых, распространение и общее принятие любой формы Вечной Философии сможет помочь удержать мужчин и женщин от искушения поклоняться времен¬ным вещам — церкви, государству, революции, индивидуализ¬му, ибо все они, по самой своей сути, неизбежно противоречат любви к ближнему. За этим должны последовать децентрализа¬ция, широкое распространение мелкой частной собственности на землю и средства производства, ликвидация, как государ¬ственных, так и корпоративных монополий, разделение эконо¬мической и политической власти (лорд Актон не уставал повто¬рять, что это является единственной гарантией гражданских сво¬бод в условиях законности). Эти социальные преобразования должны помешать честолюбивым индивидуумам, организациям и правительствам поддаться искушению установить тиранию. А кооперативы, демократические профессиональные организации и городские собрания должны освободить народные массы от искушения сделать свой децентрализованный индивидуализм слишком буйным. Но, конечно, ни одна из этих изначально желательных реформ не может быть осуществлена до тех пор, по¬ка суверенные государства будут считать своим естественным состоянием готовиться к войне друг с другом. Ибо современную войну могут вести только страны с чрезмерно развитой промышленностью; страны, в которых экономическая мощь нахо¬дится в руках государства или нескольких монополистических корпораций, которые легко облагать налогом или, при необхо¬димости, временно национализировать; страны, в которых тру¬дящиеся, не обладающие частной собственностью и лишенные корней, могут быть легко перемещены с места на место и вы¬школены производственной дисциплиной. Любое децентрализо¬ванное общество свободных, не подвергающихся никакому при¬нуждению мелких частных собственников, общество со сбалан¬сированной экономикой, в воинственном мире вроде нашего, станет жертвой любого другого общества, где производство вы¬соко механизировано и централизовано, где народ не имеет час¬тной собственности и потому легко поддается принуждению, — общества, в экономике которого имеется явный перекос. Вот почему индустриально неразвитые страны типа Мексики или Китая хотят только одного: стать Германией, Англией, или Соединенными Штатами. До тех пор, пока будет существовать ор¬ганизованное отсутствие любви, выражающееся в войнах и под¬готовке к ним, не может быть и речи об уменьшении отсутствия любви в экономических и политических отношениях в масшта¬бах отдельных стран и всего мира. Войны и подготовка к ним являются постоянными искушениями сделать нынешнее плохое, забывшее о Боге общество еще более плохим, в то время, как технология будет становиться все более эффективной.

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №25  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:38 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Глава б. УКРОЩЕНИЕ СТРАСТЕЙ, ОТСТРАНЕННОСТЬ, ПРАВЕДНЫЕ ТРУДЫ

Драгоценное Царство Божие было отгорожено от души временем, многообразием, ее собственными трудами, или, ненадолго, ее творческой природой. Душа сумеет открыть в себе Царство Божие в такой степени, в какой она сумеет отделиться от многообразия. В Царстве Божьем душа и Божество являются единым целым.
Экхарт

"Наше царствие уходит" — это обязательное и неизбежное следствие того, что "Твое царствие приходит". Ибо, чем больше "я", тем меньше Бога. Божественная вечная полноценная жизнь достанется только тем, кто осознанно расстался с раздираемой противоречиями жизнью страстей, корысти, эгоцентрического мышления, эгоцентрических чувств, желаний и действий. Укро¬щение страстей или осознанное умерщвление "я" с бескомпро¬миссной твердостью пропагандировалось каноническими книга¬ми христианства, индуизма, буддизма, больших и малых рели¬гий, а также геоцентрическими святыми и духовными реформа¬торами, которые не только толковали принципы Вечной Фило¬софии, но и жили в соответствии с ними. Но подобный "отказ от своего "я" не считается (по крайней мере людьми, знающи¬ми о чем они говорят) концом пути. Он является просто инстру¬ментом, незаменимым средством достижения цели. По словам человека, цитаты из произведений которого мы уже не раз при¬водили в предыдущих главах, всем нам необходимо "узнать ис¬тинную природу и ценность любого самоотречения и укрощения страстей".
Что до их природы, то, сами по себе, они не содержат ни добра, ни святости, не способствуют по-настоящему нашей канонизации, не питают по-настоящему Божественную Жизнь в наших душах, не обладают очищающей силой. Их единственная ценность заключается в том, что они устраня¬ют препятствия на дороге к святости, сокрушают барьеры между нами и Богом и прокладывают путь в наши души очищающему Божьему духу. который только он один может вдохнуть Божественную Жизнь в наши души или подарить им мельчайшую частичку истинной святости или духовной жизни... Теперь понятно, почему многие люди не только ничего не приобрели, но даже многое потеряли в результате укрощения страстей. Они неправильно поняли природу и ценность этого укрощения. Они практиковали его ради него самого, как вещи. ценной самой по себе. Они решили, что оно является истинной частью святости и потому остановились на нем и не пошли дальше, зато очень выросли в собствен¬ных глазах благодаря своим успехам в укрощении страстей. В результате они стали самоуверенными, угрюмыми, суровыми судьями всех тех, кто не достиг таких же успехов. В результате самоотречение привело их к тому же. к чему других людей приводит следование страстям: оно воздвигло барьер между Богом и их душами. И вместо того, чтобы по-настоящему умертвить свое "я", они только укрепили его царствие.
Вильям Ло

Искоренение и истребление страстей есть добро, но не абсолютное: обретение Мудрости — вот абсолютное добро. Ког¬да это время наступит, все люди запоют.
Фчлон

открыть спойлер
Мой личный опыт мне подсказывает: что натура человека, живущего в соответствии с религиозными принципами, но неверно толкующего молитвы и другие вещи. связующие ду¬шу с Богом, — становится гораздо хуже. чем она могла быть, если бы он жил по мирским законам. Ибо гордыня и эгоизм, укоренившиеся в душе из-за греха, способны безмерно укре¬питься, благодаря религии, если душа встала не на тот путь. что ведет к знанию и истинному смирению. Ибо я вижу. как в результате метаний и противоречий воли. которых нельзя избежать ни в одной религиозной общине, сердце превраща¬ется в камень. И смягчить его может только настоящая мо¬литва, посредством которой душа тянется к Богу и учится у Него истинному смирению.
Гертруда Мор

Однажды, когда я жаловалась что мне приходится есть мя¬со и не каяться, мне сказали: иногда желание каяться содер¬жит в себе больше эгоизма, чем сам грех.
Святая Тереза

Тот факт, что укротившие свои страсти люди в некотором отношении хуже тех, кто своим страстям потворствует, — не раз находил отражение в истории, художественной литературе и описательной психологии. Например, пуританин может испове¬довать все основные добродетели: благоразумие, стойкость, вы¬держку и целомудрие — и при этом оставаться очень плохим че¬ловеком. Ибо слишком часто эти его добродетели сопровожда¬ются, а по сути причинно связаны с такими грехами, как горды¬ня, зависть, хронический гнев, неприязнь, иногда доходящая до самой настоящей жестокости. Ошибочно принимая средства за цель, пуританин вообразил себя святым на основании своей способности к стоическому воздержанию. Но стоическое воз¬держание есть ни что иное, как возвышение более почтенной стороны "эго" за счет его менее почтенной стороны. А святость, напротив, есть полное отрицание отдельного "я", как его до¬стойных, так и недостойных аспектов, и подчинение воли Богу. Чем больше человек привязан к таким понятиям, как "Я", "ме¬ня", "мое", тем меньше он способен обрести знание, объединя¬ющее его с божественной Основой. Укрощение страстей долж¬но быть доведено до уровня отрешенности или (по выражению святого Франциска Сальского) "святого безразличия"; в против¬ном случае, оно просто переведет своеволие в другое русло, при¬чем своеволие от этого может не только не уменьшиться, но да¬же увеличиться. Как это всегда и бывает, лучшие люди, развра¬тившись. становятся худшими. Разница между укротившим свои страсти, но по-прежнему горделивым и сосредоточенным на са¬мом себе стоиком и отчаянным гедонистом заключается в сле¬дующем: последний, будучи слабохарактерным, ленивым и в ду¬ше стыдящимся самого себя человеком, не имеет ни энергии, ни мотивов, чтобы причинить вред кому-нибудь или чему-нибудь еще, кроме своего тела, разума и духа. Первый, в силу того, что он обладает всеми вторичными достоинствами и смотрит свысо-ка на тех, кто не похож на него, морально готов и вполне спо¬собен причинить вред в самом большом масштабе и без всяких угрызений совести. Это очевидные факты. И все же, в современ¬ном религиозном жаргоне слово "аморальный" обозначает ис¬ключительно человека, невоздержанного в плотских удоволь¬ствиях. В то же время, люди вполне респектабельные, но алч¬ные, честолюбивые, жестокие, скрывающие дикую жажду влас¬ти за соответствующей идеологической ширмой, не только не подвергаются осуждению, а считаются образцами добродетели.
Представители организованных церквей начинают создавать ни¬мбы вокруг голов людей, которые делают все, что в их силах, чтобы разжечь очередную войну или революцию, и продолжают причитать по поводу того, что наш мир пребывает в таком пла¬чевном состоянии.
Вопреки тому, что воображают многие люди, — укрощение страстей не представляет собой, прежде всего, суровый образ жизни в физическом отношении. Возможно, что определенные лица при определенных обстоятельствах смогут достичь главной цели человека при помощи суровых физических самоограниче¬ний. Однако, в большинстве случаев, аскетизм такого рода ведет не к освобождению, а к чему-то совершенно другому, — разви¬тию "психических" способностей. Умение добиться удовлетворе-ния молитвы-просьбы, дар целителя, способность заглядывать в будущее или разум другого человека, — вот качества, которые, похоже, зачастую имеют некую причинную связь с постами, бде¬ниями и самоистязаниями. Большинство великих теоцентричес-ких святых и духовных учителей признавало существование сверхъестественных способностей, но только для того, чтобы вы¬сказать сожаление по этому поводу. Они говорили: мнение, буд¬то эти "сиддхи", как называли таких людей индусы, имеют что-то общее с освобождением, — является опасной иллюзией. Штучки такого рода либо не имеют отношения к главной цели жизни, либо (если они слишком ценятся и им уделяется слиш¬ком много внимания) являются препятствием на пути духовного развития. И это не единственный отрицательный аспект физи¬ческого аскетизма. Крайние его формы могут оказаться опасны¬ми для здоровья, — а человеку с ослабленным здоровьем очень трудно постоянно совершать усилия, необходимые в духовной жизни. А поскольку физический аскетизм — дело трудное, болез¬ненное и, вообще, очень бросающееся в глаза, — он является постоянным искушением для людей тщеславных, стремящихся к установлению всякого рода рекордов. "Когда ты подвергал себя физическим страданиям, ты был велик, ты вызывал восхище¬ние". Так пишет Сузо о своих личных ощущениях, которые при¬вели его, как за много столетий до него и Гаутаму Будду, к отка¬зу от умерщвления плоти. А святая Тереза замечает, что налагать на себя великую епитимью гораздо легче, чем терпеливо, с лю¬бовью и смирением выносить обычные тяготы повседневной се¬мейной жизни, что, впрочем, не помешало ей, до самого последнего ее дня, подвергать себя самым жестоким самоистязаниям. (Мы не можем знать, действительно ли эти страдания помогли ей в обретении знания, объединяющего ее с Богом, или она их ценила и практиковала для тех психических способностей, кото¬рые они помогали развивать.)

Наш дорогой святой (Франциск Сальский) не одобрял тех. кто безудержно постится. Он говаривал, что дух перекормлен¬ное тело не выносит, а в недоедающем не задерживается.
Жан Пьер Камю

Если воля, получая какое-либо удовольствие от чувственного объекта, летит на крыльях этого удовольствия к Богу, или чувственный объект вызывает в ней желание молить¬ся, — тогда она не должна пренебрегать чувственным объек¬том. она должна использовать его в таких святых целях. Ибо чувственный объект в таких условиях делает то, ради чего его создал Бог, а именно — дает возможность лучше узнать и больше полюбить Его.
Сан Хуан де ла Крус

Тот, кто не осознает свободы духа среди чувственных объ¬ектов — вещей, которые должны вызывать желание молиться, и чья воля опирается на них и питается ими, — тот должен воздержаться от их употребления: ибо для него они — препят¬ствие на дороге к Богу.
Сан Хуан де ла Крус

Один человек может сказать, что он не способен поститься: но может ли он сказать, что не способен любить Бога? Другой может заявить, что он не способен сохранить девственность или продать все свое имущество, чтобы раздать деньги бедным: но может ли он сказать мне. что не способен любить своих врагов? Нужно всего лишь заглянуть в собственное сердце: ибо Бог не просит у нас того. за чем следует отправляться в дальние края.
Святой Иерончм

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №26  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:39 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Любой, кто желает поступать именно так, может более чем успешно практиковать укрощение страстей в условиях обычной повседневной жизни и при этом даже не прибегать к суровым физическим самоограничениям. Мы приведем правила, состав¬ленные для Гертруды Мор автором "Священной Мудрости".
Во-первых, она должна делать все то. что ей положено делать по любому закону, — человеческому или Божьему. Во-вторых, она не должна совершать поступков, запрещенных человеческими или Божьими законами, или же Божественным вдохновением. В-третьих, она должна терпеливо и с самоотречением преодолевать все препятствия, сооруженные на пути ее воли рукой Божьей. Таковыми, например, являются скука, искушение, физическое увечье, болезнь и немощь, потеря друга и потребность в уюте. Все эти страдания следует выносить терпеливо, вне зависимости от того, посланы они Богом или Его созданиями... Такого укрощения страстей вполне достаточно для Дамы Гертруды или любой другой ду¬ши, а укрощения иного рода не следует советовать, так как нет в нем никакой нужды ни для кого.
Августин Беикер

Подводя итог, можно сказать: лучшим результатом укроще¬ния страстей является отказ от своеволия, корысти, эгоцентри¬ческих мышления, желания и воображения. Крайние формы физического аскетизма вряд ли дадут такой результат. А вот смиренное отношение к тому, что случается с нами в ходе на¬шей повседневной жизни (за исключением, разумеется, наших грехов) скорее всего дадут желаемый эффект. Если человек пре¬творяет в жизнь специфические методы самоотречения, то они должны быть неброскими, безопасными для здоровья и лишены духа соревнования. Например, что касается диеты, то большин¬ство людей посчитает истинным укрощением страстей отказ от продуктов, которые эксперты по питанию объявили вредными. А что касается отношений между людьми, то самоотречение до¬лжно здесь принять формы не показушного смирения, а сдер¬жанности в речах и поступках, — отказ от недоброжелательных или легкомысленных речей (что, на практике, означает отказ от пятидесяти процентов обычных разговоров) и умение вести се¬бя спокойно и бодро, когда внешние обстоятельства или состо¬яние здоровья могут вызвать тревогу, угрюмость или излишнее возбуждение.

открыть спойлер
Когда человек любит ближнего своего ради того, чтобы вновь родиться на небесах или ради славы, или ради награ¬ды, или из страха, — то такая любовь не может привести к полному успеху.
Сутра о Понимании и Защите Дхармы

Когда князь Вен Ван посещал Цан. он увидел старого рыбака. Но старик не занимался настоящей рыбной ловлей, ибо удил не для того. чтобы поймать рыбу. а просто из удовольствия. Вен Ван захотел сделать его членом своего правительства, но боялся, что его министры, дяди и братья будут возражать. С другой стороны, он не мог вынести мысли, что если он даст старику уйти. то другие люди не смогут увидеть столь прекрасный пример.
Чжуан-цзы

Боже, если я поклоняюсь Тебе из страха перед адом, то сожги меня в аду. И если я поклоняюсь Тебе в надежде попасть в Рай, то изгони меня из Рая; но если я поклоняюсь Тебе ра¬ди Тебя самого, то не скрывай от меня Твоей вечной Красо¬ты.
Рабиа

Рабиа, святая-суфий, говорит, мыслит и чувствует категори¬ями благочестивого теизма; буддийский теолог — категориями безликого нравственного Закона; китайский философ, с харак¬терным для этих людей юмором — категориями политики. Но все они настаивают на необходимости отказа от корысти — и настаивают так же сильно, как настаивает Христос в своем об¬ращении к Фарисеям, которых он критикует за эгоцентричес¬кую набожность; как настаивает Кришна из "Бхагавад Гиты", когда он приказывает Арджуне выполнять его долг перед Богом, не ожидая награды и не опасаясь наказания.
Святого Игнатия Лойолу однажды спросили, что бы он по¬чувствовал, если бы Папа стал подавлять Общество Иисуса. Он ответил:
— Я бы четверть часа молился, а потом об этом вообще не думал.
Вероятно, это самая трудная форма укрощения страстей — достичь "святого равнодушия" к временным успехам или неуда¬чам в том деле, которому человек отдает все свои силы. Человек добился триумфа — хорошо, потерпел поражение — тоже хоро¬шо, хотя ограниченному и закрепощенному временем разуму совершенно непостижима полезность поражения.

Под человеком, лишенным страстей, я понимаю человека, который не позволяет ни добру, ни злу разрушить его внутреннее хозяйство, а подстраивается под то, что произошло, и не прибавляет его к сумме своей смертности.
Чжуан-Цзы

Готовность к единению с Богом не означает, что душа должна каким-то образом понимать, осязать, воображать или чувствовать на вкус природу Бога или какой-либо вещи; душа должна пребывать в той чистоте и той любви, которые яв¬ляются абсолютной отрешенностью от всех вещей, за исклю¬чением Бога.
Сан Хуан де ла Крус

Тщеславие всегда порождает беспокойство и не приносит никакой пользы. Даже если весь мир и все вещи в нем пришли в смятение, беспокойство по этому поводу есть тщеславие.
Сан Хуан де ла Крус

Своей заботы достаточно не только для каждого дня, но и для каждого места. Возбужденное отношение к событиям, на кото¬рые мы не в состоянии повлиять, потому что они либо еще не произошли, либо происходят слишком далеко от нас, — есть ни что иное, как заражение ожидаемым или удаленным от нас злом, которое становится предметом нашего беспокойства. Слу¬шать четыре-пять раз в день новости и комментарии к ним, чи¬тать ежедневные газеты, а также все еженедельные и ежемесяч¬ные журналы, — все это называется теперь "проявлять разум¬ный интерес к политике". Сан Хуан де ла Крус назвал бы это потворством праздному любопытству и культивированием бес¬покойства ради самого беспокойства.

Я хочу очень немногого, и того, что я действительно хочу. я хочу не очень-то и сильно. У меня почти нет желаний, но если бы мне пришлось родиться заново, я должен был бы вообще их не иметь. Мы не должны ничего просить и ни в чем не отказывать, и. подчинившись воле божественного Провидения. не тратить попусту время на любые желания, за исключением тех. которые являются желаниями Бога.
Снятой Франциск Сальский

Сохрани свой покой.
И вещи смогут сами расти,
Я буду ждать их возвращения.
Лао-цзы

Все веши расцветут
И вернутся к своему началу.
Это возвращение к корням называется Покоем;
Покой называется покорностью Судьбе;
То, что покорилось Судьбе, является частью вечности:
Познать вечность значит быть просветленным;
Не знать ее — значит слепо совершать зло.

Я хотел бы иметь возможность присоединиться к "Отшель¬никам'' (на острове Калди) вместо того, чтобы быть началь¬ником и писать книги. Но, конечно, я не хочу получить то, чего я хочу.
Аббат Джон Чепмен

Мы не должны хотеть ничего, кроме того, что происходит в данный момент, и в то же время, мы должны постоянно распространять добро.
Святая Екатерина Женевская

Прогресс в деле укрощения страстей, как и прогресс в большинстве других сфер жизни, — это скольжение по лезвию ножа. С одной стороны притаилась Сцилла эгоцентрического аскетиз¬ма, а с другой — Харибда блаженного наплевательства. Святое безразличие, пропагандируемое толкователями вечной Филосо¬фии, не является ни стоицизмом, ни обычной пассивностью. Оно представляет собой, скорее, активное отречение. Отказ от своеволия означает не то, что волю можно отправить в бессроч¬ный отпуск, а то, что божественная воля может использовать ук¬рощенные разум и тело, как орудия добра. Или, вместе с Каби-ром, мы можем сказать, что "правоверным является тот, в чьем сердце соединяются любовь и отстраненность, подобно тому, как смешиваются воды Ганга и Джамны". До тех пор, пока мы не расстанемся с частными увлечениями, мы не сможем любить Бога всем сердцем и разумом и не сможем испытывать вселен¬скую любовь ко всем Божьим созданиям во имя самого Бога. Потому Евангелие так сурово и говорит о необходимости отка¬за от исключительно семейных связей. И если Сыну Человечес¬кому негде приклонить голову, если Татхагата и Бодхисаттва "осознали природу Реальности, ничего при этом не делая", то это только потому, что разум не может заключить в темницу предубеждений и антипатий истинно Божественную любовь, ко¬торая, подобно солнцу, одинаково светит и праведникам, и грешникам.

Душа, привязанная к какой-либо вещи, сколько бы добра эта вещь не содержала, никогда не достигнет свободы божественного единения. Какое значение имеет то, что именно мешает птице взлететь — толстая проволока или тонкая нить. если привязь эта крепка: ибо. пока путы не будут разорваны, птица не сможет взлететь. Так и душа. скованная, пусть даже непрочными с виду кандалами человеческих страстей, не сможет проложить себе путь к Богу, пока не разорвет кандалы.
Сан Хуан де ла Крус

Есть люди. которые лишь недавно освободились от своих грехов и потому по-прежнему являются новичками и учениками. нестойкими и слабыми, хотя они и полны решимости любить Бога... Они любят Господа Нашего и. в то же самое время, они любят огромное количество поверхностных, тщетных и опасных вещей. Хотя они и любят Бога превыше всех вещей, но продолжают получать удовольствие от многих вещей. Богу не угодных. — вроде невоздержанности в речах, одеяниях, жестах и развлечениях.
Святой Франциск Сальскчи

Есть души, которые добились определенного успеха в божественной любви и отсекли любовь ко всем опасным вещам. И все же они способны на опасную и поверхностную любовь, потому что они действительно любят только то, что хочет Бог. но слишком нежной и страстной любовью... Любовь к родственникам, друзьям и благодетелям угодна Богу. но она может принимать крайние формы: то же самое можно сказать и о нашем призвании, каким бы духовным оно не было: и о нашем благочестии (которое, конечно, мы должны любить очень сильно). Если все вышеназванное мы ставим выше послушания или общего добра, или же считаем его целью, мы не по¬нимаем, что оно является всего лишь средством.
Святой Франциск Сальскчи

Божественные вещи, коих не сосчитать, могут поместить¬ся только в пустом и одиноком сердце.
Сан Хуан де ла Крус

Представим себе человека, переплывающего реку на лодке, и представим себе другую лодку — пустую, которая готова врезаться в эту лодку. В этом случае даже раздражительный человек не выйдет из себя. Но представим себе, что во второй, пустой лодке кто-нибудь есть. Тогда человек в первой лодке крикнет человеку во второй, чтобы тот был поосторожнее. И если тот, второй, не услышит предупреждение с первого раза. или даже на третий раз. тогда неизбежно последует поток ругательств. В первом случае гнева не было, во втором — был. потому что в первом случае вторая лодка была пуста, а во втором случае в ней сидел человек. Что верно для лодки, то верно и для человека. Если бы он только был способен пройти по жизни порожняком, кто был бы в состоянии причинить ему вред?
Чжуан -цзы

Когда сердце скорбит о потерях, дух радуется приобретениям.
Афоризм неизвестного суфия

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №27  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:39 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Только расставшись с эгоцентрической жизнью, мы сохраня¬ем скрытую дотоле жизнь, которая в духовной части нашего бы¬тия, объединяет нас с божественной Основой. Эта новообретен¬ная жизнь "более изобильна", чем та, что была прежде, и стоит на другой, более высокой ступени. Обретение этой жизни есть уход в вечность, есть освобождение, которое есть красота. Так и должно быть; ибо для Брахмана, который един с Атманом, это не только Бытие и Знание, но и Блаженство, а окончательным плодом Духа после Любви и Покоя — является Радость. Укро¬щение страстей — болезненный процесс, но эта боль является одним из предварительных условий обретения благодати. Это духовное ощущение иногда неправильно понимается из-за язы¬ка, которым оно описывается. Так, когда Христос говорит о том, что в Царство Небесное смогут войти лишь те, кто подобен малым детям, — мы можем забыть (настолько трогательны образы, вызванные этой простой фразой), что человек не может стать похожим на ребенка, если только он не пройдет чрезвычайно суровый и напряженный курс самоотречения. На практике по¬веление стать подобным малому ребенку равносильно повеле¬нию расстаться с жизнью. В прекрасном отрывке из произведе¬ния Трахерна, процитированном нами в главе "Бог в Мире", яс¬но сказано, что никто не может познать сотворенную Природу во всей ее изначально священной красоте, если прежде всего не забыть грязные методы взрослого человечества. Если смотреть на вселенную сквозь очки корысти, стекла в которых имеют цвет навоза, — то вся вселенная покажется просто навозной кучей. А если такие очки носить достаточно долго и они прирас¬тут к глазам, то процесс "очищения врат восприятия", по край¬ней мере, на первых стадиях духовной жизни, может быть бо-лезненным, как хирургическая операция. Правда, впоследствии даже самоотречение может преисполниться радостью Духа. В этой связи очень уместно привести отрывок из произведения че-тырнадцатого века "Масштаб Совершенства".

Многие люди обладают такими добродетелями, как смирение, терпение и любовь к ближнему только потому, что того требуют их разум и воля. и не находят в этих добродетелях никакого духовного наслаждения. Ибо зачастую человек следует этим добродетелям с трудом, горечью и ворчанием, и только потому, что его разум боится Бога. Эти добродетели навязаны человеку его разумом и волей, но он не любит их. Но когда, по милости Иисуса и при помощи духовных и телесных упражнении, разум превратится в свет. а воля — в любовь, он начинает искренне любить эти добродетели. Ибо он так долго грыз горькую кору или скорлупу ореха, что. в конце концов, она треснула, и он добрался до ядра. Добродетели, которым поначалу было так трудно следовать, теперь превратились в чистое наслаждение.
Уолтер Хилчюн

открыть спойлер
До тех пор, пока я являюсь тем или этим. или обладаю тем или этим. я не являюсь всем и не владею всем. Очищайся до тех пор, пока ты перестанешь быть тем или этим. и перестанешь владеть тем или этим. Тогда ты — вездесущ и. не будучи ни тем, ни этим. ты — это все.
Экхарт

Это драматичное утверждение Экхарта очень часто повторя¬ется исследователями духовной жизни. Только когда мы пере¬станем зацикливаться на таких понятиях, как "Я", "меня", "мое", мы станем истинными хозяевами мира, в котором живем. Все принадлежит нам, если, конечно, мы ничто не считаем своей собственностью. И все принадлежит не только нам; оно также принадлежит всем остальным.
Истинная любовь тем отличается от вашей грешной плоти. Что. разделив ее, с собой не унесете.
Полный коммунизм может наступить только при наличии определенных плодов духа и, до некоторой степени, разума, и только тогда, когда мужчины и женщины смогут обладать эти¬ми плодами в состоянии отстраненности и самоотречения. Сле¬дует заметить, что определенный уровень укрощения страстей является обязательным предварительным условием даже для обычной творческой работы интеллекта и эстетического вкуса, а также для наслаждения плодами этой работы. Человек, выбира¬ющий себе профессию художника, философа или ученого, за¬частую, выбирает себе жизнь, полную бедности и неоплачивае¬мого тяжкого труда. Но это отнюдь не единственное испытание, которому он должен себя подвергнуть. Когда художник смотрит на мир, он должен отказаться от обычной человеческой тенденции смотреть на вещи с корыстной и утилитарной точки зрения. Философ-критик должен укротить свой здравый смысл, а иссле¬дователь должен упрямо сопротивляться искушению мыслить стандартно и упрощенно, и научиться покорно следовать за таинственным Фактом. И то, что истинно для творцов, истинно и для потребителей плодов их труда. То, что такого рода укроще¬ние страстей, является делом нешуточным, неоднократно под¬тверждалось в истории. Например, можно вспомнить об укро¬тившем свой интеллект Сократе и о чаше с ядом, которую, в благодарность за это, ему поднесли не укротившие свои страсти сограждане. Можно вспомнить о тех героических усилиях, кото¬рые приложили Галилей и его современники для того, чтобы разрушить аристотелевы штампы; и о не менее героических уси¬лиях, которые в наше время требуются от любого ученого, убеж¬денного, что во вселенной есть еще многое помимо того, что было обнаружено с помощью освященных временем рецептов Декарта. Такого рода укрощение страстей вознаграждается обре¬тением определенного состояния сознания, соответствующего на низшем уровне духовной красоте. Художнику — а философ и ученый тоже являются художниками — знакомо блаженство эс¬тетического созерцания, открытия и отстраненного обладания. Плоды работы интеллекта, эмоций и воображения — истинные плоды; но они не являются абсолютным добром, и если мы воспринимаем их, как самоцель, мы впадаем в идолопоклонничес¬тво. Укрощение воли, желаний и деятельности — это еще не все; должно также иметь место и укрощение познания, мышления, чувств и фантазии.

Интеллектуальные способности человека в результате его Падения находятся в гораздо более худшем состоянии, чем его животные устремления, и требуют гораздо большего самоотре¬чения. И когда несчастный падший человек удовлетворяет за¬просы своей воли, своего понимания и своего воображения, и вроде бы обогащает и облагораживает их с помощью драго¬ценных знаний, почерпнутых из чтения беллетристики, — то они могут помочь ему понять Христа с таким же успехом, с каким искусство приготовления пищи. хорошо изученное зна¬током Евангелия, поможет ему понять дух христианского воздержания и применить это воздержание на практике.
Вильям Ло

Поскольку слово "культура" — немецкое и пишется через "К" (Kultur, по-английски — culture), то во время Первой Мировой Войны оно подвергалось насмешливому презрению. Сейчас все переменилось. В России Литература, Изобразительное Искусст¬во и Наука стали новой гуманистической святой Троицей. Но Советский Союз — это не единственная страна, в которой су¬ществует культ Культуры. На культуру молится большинство ин¬теллектуалов и в странах капиталистической демократии. Умные, прошедшие огонь и воду журналисты, которые пишут обо всем со снисходительным цинизмом людей, знающих все о Боге, Че¬ловеке и Вселенной, и видящих насквозь всю абсурдную тщету мира, буквально заходятся от восторга, когда речь идет о культу¬ре. С энтузиазмом, который в данных условиях представляется просто смехотворным, они призывают нас разделить их чисто ре¬лигиозное отношение к Высокому Искусству, представленному новейшими образцами стенной росписи. Они уверяют, что пока госпожа Икс пишет свои неподражаемые романы, а господин Игрек — свои критические статьи, мир продолжает оставаться разумно устроеннъш, несмотря на явные признаки обратного. То же чрезмерно восторженное отношение к Культуре, та же вера, что Изобразительное Искусство и Литература являются само¬целью и могут процветать в изоляции от разумной и реалистич¬ной философии жизни, — проникли даже в школы и высшие учебные заведения. Среди "прогрессивных" преподавателей есть немало таких, которые, похоже, думают, что все будет хорошо до тех пор, пока подросткам будет предоставляться возможность "самовыражения", а маленьких детей будут поощрять к "твор¬честву" на уроках по искусству. Но, увы, пластилин и самовыра¬жение не решат проблем образования. Как не решат их техноло¬гия, помощь в определении призвания, классическое искусство и серия "Сто Лучших Книг". Приводящиеся ниже критические замечания по поводу образования были сделаны более чем два с половиной столетия тому назад; но сегодня они актуальны так же, как и в семнадцатом веке.

Тот, кто не знает ничего из того, что ему следовало бы знать, думает, что он знает все, не представляя, как оно соотносится с Богом, ангелами и людьми, со всеми земными, небесными и адскими созданиями, со временем и вечностью.
Томас Трахерн

Тем не менее, некоторые вещи тоже были несовершенными (в Оксфорде времен Английской Революции). Там не было преподавателя, который по-настоящему учил бы Счастью. хотя эта наука является королевой всех прочих наук. И все мы относились к этой науке, как к чему-то "чуждому", хотя должны были относиться к ней с восторгом. Мы приобрета¬ли знания, но не знали во имя чего. И не зная точно цели, мы ошибочно выбрали средства
Томас Трахерн

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №28  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:40 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
В словаре Трахерна "счастье" означает "красота", которая на практике тождественна освобождению, которое, в свою очередь, тождественно знанию, объединяющему нас с Богом, как на не-бесах нашей души, так и во всем внешнем мире.
Ниже приводится описание укрощения разума, которое до¬лжно практиковаться всеми, кто прежде всего озабочен позна¬нием Божества на небесах своей души.
Счастлив тот. кто постоянно уничтожая все образы, сосредоточиваясь на самом себе, и обращая свой разум к Богу. в конце концов, оставляет за собой и забывает все препятст¬вия. Только так, своими обнаженными, чистыми, простыми эмоциями и разумом, он внутренне воздействует на самый чистый и простой объект — Бога. Поэтому знай, что все воздействие на Бога внутри тебя полностью зависит только от этих обнаженных разума, эмоции и воли. Ибо воистину, это воздействие не может быть оказано никаким телесным органом и никаким внешним чувством. Оно может быть оказано только тем, что составляет суть человека — пониманием и любовью. Стало быть, если ты желаешь короткого и безопасного пути к истинному блаженству, тогда с искренним желанием и сосредоточением постоянно очищай сердце и разум. Добавь к этому полное спокойствие и невозмутимость чувств, а также устремление вверх сердечных порывов. Трудись над смирением своего сердца, и, оставаясь непоколебимым и недоступным любым тщетным фантазиям, ты всегда сможешь крепко держаться за Бога внутри себя, настолько крепко, словно душа уже вошла в вечное "сегодня"' — то есть, в состояние божества. Подняться к Богу — значит войти в самого себя. Ибо тот, кто входит в себя и возвышается над собой — тот восходит к Богу. Стало быть, разум должен воз¬высить себя над самим собой и сказать: "Тот, кто стоит на¬до всем, что мне нужно, стоит надо всем. что я знаю". Погружаясь в собственную тьму, в это все достаточное добро, ра¬зум учится оставаться дома и удерживаясь со всей страстью за это высшее добро внутри него, навсегда закрепляется в нем. Продолжай в этом духе до тех пор, пока ты не станешь неизменным и действительно не обретешь ту истинную жизнь, которая есть Сам Бог, и будешь постоянно, без вся¬кого чередования времени и пространства, пребывать в скрытых от постороннего взгляда тихих владениях Божества. Альберт Великий (?)
Некоторые люди превыше всего почитают знание и интуи¬цию. Но смотри, тогда процесс познания ценится выше поз¬наваемого: ибо мнимый естественный свет любит свои зна¬ния и возможности, которые для него сами по себе являются чем-то большим, чем то, что познается. И если бы только этот мнимый естественный свет мог понять ту простую исти¬ну, что, будучи в Боге и правде, он не теряет своих качеств, то есть, он не может потерять себя и все, принадлежащее ему. Tlieologia Germanica
открыть спойлер
Между нравственным поступком и духовным знанием сущес¬твует прочная взаимосвязь. Бескорыстное поведение открывает доступ к знанию, а доступ к знанию дает возможность и в дальнейшем совершать еще более бескорыстные поступки, которые. в свою очередь, усиливают способность индивидуума к позна¬нию. И так далее, если все идет хорошо и присутствуют беско¬нечные покорность и послушание. Итог этого процесса отража¬ют несколько строк из Майтри упанишады. Человек совершает праведный поступок (что, конечно, включает в себя истинную сосредоточенность и истинную медитацию) и это дает ему возможность на какое-то мгновение увидеть то "Я", которое лежит в основе его отдельной индивидуальности. Увидев свое "я" как "Я", он становится бескорыстным (и, стало быть, действует бес¬корыстно), и в силу его бескорыстия его следует считать абсо¬лютным человеком. Это высшая тайна, предвещающая освобож¬дение; благодаря бескорыстию, он не испытывает ни наслаждения, ни боли (иными словами, входит в состояние отрешеннос¬ти или святого равнодушия) и достигает абсолюта" (или, как го¬ворит Альберт Великий, "становится неизменным и обретает ту истинную жизнь, которая есть Сам Бог").

Если укрощение страстей достигает совершенства, то его на¬иболее характерным плодом является простота.
Простое сердце любит все самое ценное на земле — мужа или жену. родителя или ребенка, брата или друга — и при этом не теряет своей простоты: внешние вещи не представляют для него никакого интереса, если только они не ведут души в Нему: бахвальство, неестественность, неискренность и фальшь должны покинуть такого человека, подобно тому, как капли росы исчезают под лучами солнца. Человек жела¬ет только одного — доставить удовольствие Богу, и потому ему все равно, что говорят и думают другие, так что его слова и действия абсолютно просты и естественны, хотя и только с его точки зрения. Подобная христианская простота есть ни что иное, как само совершенство внутренней жизни, она есть Бог, его воля и удовольствие.
Н. Гру

А вот более пространные рассуждения на эту же тему одного из величайших мастеров психологического анализа.

Когда люди говорят о каком-то человеке, что он — "простой", то они, как правило, имеют ввиду глупую, невежественную. доверчивую личность. Но истинная простота — это далеко не глупость, и является почти вершиной. Все хорошие люди восхищаются ей. стараются не грешить против нее, замечают ее в других и знают, что она собой представляет: и все же они не могут дать ей точного определения. Можно сказать, что простота есть честность души. которая исключает эгоизм. Она не тождественна искренности, которая является добродетелью более низкого порядка. Многие искренние люди не отличаются простотой. Они говорят только то, во что они верят. и не бояться показаться такими, какими они являются на самом деле. Но они вечно следят за собой, взвешивают каждое свое слово и мысль, и опасаются сделать слишком много или слишком мало. Они не чувствуют себя свободно в присутст¬вии других людей, а окружающие не чувствуют себя свобод¬но в их присутствии. В этих людях нет ничего легкого, естес¬твенного, откровенного или свободного. Возникает ощуще¬ние, что лучше иметь дело с людьми менее достойными, но не такими чопорными. Увлеченность внешним миром и пол¬ное пренебрежение миром внутренним есть слепота человека, занятого только тем, что приятно и осязаемо, и которая диа¬метрально противоположна простоте. Другой крайностью яв¬ляется полная погруженность в свои мысли, чему бы они не были посвящены — Богу или человеку, и в результате чело¬век становится замкнутым, тщеславным, самоуверенным, не¬приязненно относящимся ко всему, что может нарушить его внутреннее спокойствие. Подобная фальшивая мудрость, не¬смотря на внешнюю солидность, не менее пуста, чем легко¬мыслие тех, кто с головой погружается в мирские удовольствия. Одного человека опьяняет окружающая среда, другого — воображаемая внутренняя работа; и тот. и другой — пьяны, но второй находится в худшем положении, поскольку, у него сложилось обманчивое представление о своей мудрости и он не пытается излечиться. Истинная простота одинаково дале¬ка и от бездумия, и от фанатизма; душа не зацикливается на внешних обстоятельствах и потому не теряет способности к размышлениям, и в то же время не подвергает себя бесконеч¬ным исправлениям, как того требует сосредоточенность ис¬ключительно на самом себе. Только та душа, которая смот¬рит, куда она идет. но не тратит время на обсуждение каждо¬го шага и не оглядывается постоянно назад, обладает истин¬ной простотой. Воистину, подобная простота является вели¬ким сокровищем. Как ее можно достичь? Я отдал бы все, что у меня есть, в обмен на нее; она — драгоценная жемчужина Священного Писания. Значит, прежде всего, душа должна от¬ложить все внешние вещи и заглянуть внутрь себя. чтобы уз¬нать свою истинную цель: это вполне правильный и естес¬твенный шаг; это всего лишь мудрая любовь к себе самому. которая стремится избежать опьянения внешним миром. За¬тем, к самосозерцанию, душа должна добавить созерцание Бога, которого она боится. Это — начало пути к истинной мудрости, но душа все еще слишком занята собой: она не удовлетворяется простым страхом перед Богом; она хочет удостовериться, что действительно боится его, и опасается то¬го, что на самом деле она его не боится, то есть. душа бегает по замкнутому кругу сосредоточенности на самой себе. Все эти беспокойные размышления о собственном "я" далеки от покоя и свободы истинной любви: но эта любовь уже видна вдали; душа должна пройти сквозь череду испытаний, ибо ес¬ли она неожиданно погрузится в состояние покоя, то не бу¬дет знать, как им воспользоваться. Третья фаза состоит в том. что душа. прекратив беспокойное самосозерцание, начинает размышлять о Боге и постепенно забывается в Нем. Она пе-реполняется Им и перестает жить самой собой. Такая душа не ослеплена собственными недостатками или безразличием к собственным ошибкам: она осознает их сильнее, чем когда-либо, и усилившийся свет позволяет разглядеть их более от¬четливо. но это самопознание исходит от Бога и потому не является ни беспокойным, ни отягощающим.
Фенелон

Какие восхитительно тонкие и точные замечания! И требую¬щие особого внимания, в тщеславном двадцатом веке родилось ничем не обоснованное предположение, что до Фрейда никто ни¬чего не знал о психологии. Но истина состоит в том, что большин¬ство современных психологов понимает человека хуже, чем самые способные из их предшественников. Фенелон и Ларошфуко зна¬ли все о таящихся в глубинах подсознания темных силах и пре¬красно осознавали, что за вежливой маской слишком часто скры¬ваются похоть и жажда власти. Макиавелли четко разделял "оса¬док" и "вино", то есть истинные, корыстные мотивы поступков политика, и красивые теории, принципы и идеалы, с помощью которых эти поступки оправдываются и объясняются доверчивой публике. Паскаль, подобно Будде и святому Августину, предельно низко оценивал добродетели и рациональность человека. Но все эти люди, даже Ларошфуко, даже Макиавелли, знали нечто, что психологи двадцатого столетия решили игнорировать — факт тройственной природы человека, состоящей из духа, разума и тела; тот факт, что мы живем на границе двух миров — временного и вечного, физического человеческого мира и божественного; тот факт, что хотя человек сам по себе ничего не представляет, он есть "ничто, окруженное Богом, нуждающееся в Боге, способное об¬рести Бога и преисполниться Им, если оно того пожелает".
Христианская простота, о которой пишут Гру и Фенелон, тождественна той добродетели, которой так восхищались Лао-цзы и его последователи. По мнению этих китайских мудрецов, все личные грехи и пороки общества объясняются тем фактом, что люди отделили себя от божественного источника и живут в соответствии со своей волей и представлениями, а не в соответствии с Дао (Великим Путем, Логосом, Природой Вещей), ко¬торый проявляется на каждом плане, начиная с животного ми¬ра, и заканчивая духовным. Просветление наступает в том слу¬чае, если отказываемся от своеволия и покорно следуем Дао, как во внешнем мире, так и внутри наших тела, разума и духа. Иногда философыдаосы пишут так, словно они верят в "Бла¬городного Дикаря" Руссо и (будучи китайцами и, стало быть, более озабоченными конкретными и практическими вещами, нежели простыми рассуждениями) обожают описывать методы, с помощью которых правители могут упромтить сложность ци¬вилизации и уберечь своих подданных от разлагающего воздей¬ствия мыслей, чувств и поступков, порожденных человеком и, следовательно, уводящих от Дао. Но правители, на которых возложена задача зашиты народных масс, сами должны быть мудрецами; а чтобы стать мудрецом, человек должен освободиться от всех условностей, сковывающих необновленного духовно взрослого человека, и снова стать ребенком. Ибо истинно жи¬вым является только податливое и покорное; всех победит и пе¬реживет то, что ко всему приспосабливается, то, что ищет самое незаметное место — не твердую скалу, а воду, которая размыва-ет тысячелетние холмы. Простота и непосредственность идеаль¬ного мудреца — это плоды укрощения страстей, то есть, укро¬щения воли и, посредством сосредоточенности и медитации, ук¬рощения разума. Только очень собранный художник может на высшем уровне повторить непосредственный рисунок ребенка, впервые взявшего в руки кисть. Нет ничего сложнее простоты.

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №29  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:40 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
— Могу ли я спросить, — сказал Ян Ху. — в чем заключается сердечный пост?
— Развивай единство, — ответил Конфуций. — Ты слушаешь не ушами, но разумом: не разумом, но душой. Но с помощью ушей прекрати слушать. С помощью разума прекрати его же работу. Тогда душа станет негативным бытием, пассивно реагирующим на внешние обстоятельства. В таком негативном состоянии может пребывать только Дао. И это негативное состояние и есть сердечный пост.
— Тогда. — сказал Ян Ху, — причина, по которой я не мо¬гу использовать этот метод, заключается в моей индивидуальности. Если бы я мог применить этот метод, то моя индивидуальность исчезла бы. Ты это понимаешь под негативным состоянием?
— Именно это, — ответил Учитель. — Позволь мне кое-что сказать тебе. Если ты сумеешь войти во дворец этого князя (плохого правителя, которого честолюбивый Ян Ху хотел на¬ставить на путь истинный), не задевая его гордости, если ты будешь радоваться, когда он выслушает тебя. и останешься спокоен, если он не обратит на тебя внимания, если ты не бу¬дешь пользоваться научными методами и снадобьями, а бу¬дешь просто жить там в состоянии полного равнодушия — ты будешь близок к успеху... Посмотри на это окно. Открываю¬щийся из него вид украшает комнату: но пейзаж остается сна¬ружи. Так и ты, можешь использовать свои глаза и уши для связи со своим внутренним миром, но можешь оставить всю мудрость (расхожую мудрость учебников) за пределами свое¬го разума. Это и есть метод воспроизводства всего творения.
Чжуан-цзы

В этом контексте укрощение страстей может рассматривать¬ся как процесс познания, в ходе которого мы учимся, наконец-то, естественно реагировать на события — реагировать в соот¬ветствии с Дао, Этим, Божьей Волей. Заставившие себя поко¬риться божественной Природе Вещей, реагирующие на обстоятельства не с восторгом и отвращением, а с любовью, которая позволяет им непосредственно делать то, что им нравится; име¬ющие полное основание сказать: "Не я, но Бог во мне" — такие мужчины и женщины сравниваются толкователями Вечной Фи¬лософии с детьми, дураками, простаками, и даже, как в нижес¬ледующем отрывке, с пьяницами.

открыть спойлер
Ведь пьяный при падении из повозки, даже очень резком, не разобьется до смерти. Кости и сочленения у него такие же, как и у других людей, а повреждения иные, ибо душа у него целостная. Сел в повозку неосознано и упал неосозна¬но. Думы о жизни и смерти, удивление и страх не нашли места в его груди, потому, сталкиваясь с предметом, он не сжимается от страха. Если человек обретает подобную целос¬тность от вина, то какую же целостность должен он обрести от природы. Мудрый человек сливается с природой, поэтому ничто не может ему повредить.
Чжуан-цзы

Только долгим путем послушания и тяжкого труда художник может прийти к непринужденности, непосредственности и мас¬терству. Зная, что он никогда не сможет ничего создать сам по себе, так сказать, используя только верхние слои своего лично¬го сознания, он покорно подчиняется воздействию "вдохнове¬ния", и зная, что материал, с которым он работает, обладает своей собственной природой, которую нельзя игнорировать или насиловать, он превращается в ее терпеливого слугу и, таким об-разом, обретает полную свободу выражения. Но жизнь — это то¬же искусство, и человек, желающий стать хозяином жизни, до¬лжен следовать тем же путем, которым живописец, скульптор или любой другой художник приходят к совершенству в своей конкретной сфере.

Повар князя Прекрасномилостливого принялся разделывать тушу быка. Каждый взмах руки и наклон плеча, каждый шаг ноги и сгибания колена сопровождались треском отделяемой от кости кожи, стуком ножа. работа шла в четком ритме, точно танец "В тутовой роще" или "Цзин шоу".
— Ах, как прекрасно! Как совершенно твое мастерство! — воскликнул Прекрасномилостливый. Опустив нож, повар сказал:
— Я. ваш слуга, привержен пути (дао) более, чем своему мастерству! Когда я. ваш слуга, стал впервые разделывать бы¬ка, то видел лишь тушу, а через три года перестал замечать животное как единое целое. Теперь же я смотрю на него, а понимаю его разумом, не воспринимаю его органами чувств, а действую лишь разумом. Следуя за естественными волокна¬ми, режу сочленения, прохожу в полости, никогда не рублю то, что слишком твердо, — центральные жилы и связки, а тем более — большие кости.
Хороший повар режет, а поэтому меняет нож раз в год. Посредственный повар рубит, а поэтому меняет нож раз в месяц. Ножу вашего слуги ныне девятнадцать лет. я разделал им много тысяч бычьих туш. а лезвие у него словно только что заострено на точильном камне. Между сочленениями есть щели. а острие ножа не имеет утолщения. Когда вводишь в щель тонкое лезвие, места, где погулять ножу, находятся с избытком. Поэтому и через девятнадцать лет его лезвие словно только что заострено на точильном камне.
Но, несмотря на это, каждый раз, подойдя к сложному сплетению, вижу, как трудно с ним справиться, страшусь и остерегаюсь, не отвожу глаз, веду нож медленно, едва шеве¬ля. И вдруг так быстро заканчиваю разделку, точно рассыпаю ком земли. Подняв нож, я постаю, оглянусь по сторонам, пройдусь в нерешительности и, удовлетворенный, оботру нож и спрячу.
— Отлично! — воскликнул Прекрасномилостливый. — Услыша рассказ повара, я понял, как достичь долголетия.
Чжуан-цзы

Описывая свой Восьмиступенчатый Путь, Будда говорит, что семь ступеней являются обязательными условиями, которые до¬лжны быть соблюдены любым человеком, желающим достичь истинного созерцания, которое и является восьмой и последней ступенью. Выполнение этих условий связано со всеобъемлющим укрощением страстей — укрощением воли и интеллекта, жела¬ний и эмоций, мышления, речи, деятельности и, наконец, до¬бычи средств к существованию. Определенные профессии в большей или меньшей степени несовместимы с достижением главной цели человека, а определенные способы получения средств к существованию причиняют столько физического и, прежде всего, нравственного, интеллектуального и духовного вреда, что даже в том случае, если их можно использовать с от-страненным духом (что в принципе невозможно), то и тогда их должен сторониться любой человек, искренне преданный зада¬че освобождения не только себя, но и других. Толкователи Веч¬ной Философии не довольствуются осуждением преступных за¬нятий, типа содержания публичных домов, фальшивомонетни¬чества, вымогательства и им подобных; они также сторонятся (и советуют это делать другим) и многих способов зарабатывать на жизнь, которые подавляющее большинство людей считает впол¬не законными. Например, во многих буддистских общинах, про¬изводство оружия, спиртных напитков и массовый забой скота (в отличие от современных христианских государств) не вели к богатству, почетным званиям и политическому влиянию; эти виды деятельности вызывали сожаление, поскольку считалось, что люди, которые ими занимаются, затрудняют себе и другим членам своих общин путь к просветлению и освобождению. В средневековой Европе христианам запрещалось зарабатьпзать се¬бе на жизнь ростовщичеством и спекулятивной торговлей. Тони и другие исследователи указали, что только после Реформации ростовщичество, игра ценными бумагами и товарами и анало-гичные способы стрижки купонов превратились в уважаемые виды деятельности и были одобрены церковью.
Для квакеров профессия военного была и остается неправед¬ным образом жизни — ибо война, с их точки зрения, дело антихристианское, и не столько из-за того, что она причиняет страдания, сколько из-за того, что она сеет ненависть, вознаграждает обман и жестокость, заражает целые народы страхом, гневом, гордыней и недоброжелательством. Эти страсти преграждают путь Внутреннему Свету и, стало быть, порождающие их войны, какими бы не были их непосредственные политические резуль¬таты, должны считаться крестовыми походами, ведущими мир к полной духовной тьме.
Опыт человечества свидетельствует об опасности составления подробного списка не подлежащих обсуждению наставлений о праведной жизни; опасность этого занятия заключается в том, что большинство людей не видит никаких причин к тому, чтобы быть чрезмерно праведными, и потому реагирует на попытку на¬вязать ему слишком жесткий кодекс поведения лицемерием или открыть неповиновением. Например, христианская традиция разграничивает правила, обязательные для всех и каждого, и со¬веты по достижению совершенства, обязательные к исполнению только теми, кто чувствует себя способным на полный уход из мирской жизни. Правила включают в себя обычный кодекс нравственного поведения и заповеди возлюбить Бога всем серд¬цем и умом, и возлюбить ближнего своего, как себя самого. Не¬которые из тех, кто всерьез пытается выполнять эту последнюю и основную заповедь, обнаруживают, что они не могут искренне выполнять ее, если только не будут следовать советам по дости¬жению совершенства и не разорвут все связи с миром. Тем не менее, мужчинам и женщинам совершенно не обязательно да¬вать обет безбрачия, продавать все свое имущество и раздавать деньги бедным для того, чтобы достигнуть этого "совершенства", которое является освобождающим обретением знания, единяще¬го их с Богом. Фактическая бедность (отсутствие денег) далеко не всегда является эмоциональной бедностью (равнодушием к деньгам). Человек может быть беден, но постоянно думать о ве¬щах, которые можно купить за деньги, может быть полон жела¬ний, зависти и горькой жалости к самому себе. А у другого человека может быть много денег, но он совершенно не будет цеп¬ляться ни за сами деньги, ни за вещи, власть и привилегии, ко¬торые на эти деньги можно купить. "Евангельская бедность" яв¬ляется сочетанием фактической бедности с бедностью эмоцио¬нальной; но люди, которые не являются фактически бедными, вполне способны на бедность эмоциональную. Отсюда можно сделать вывод, что праведная жизнь не укладывается в рамки об-щепринятого кодекса нравственного поведения и является сугу¬бо личным делом. Встающие перед каждым индивидуумом про¬блемы и соответствующий способ их разрешения зависят от уровня знаний, нравственности и духовности, достигнутого каж¬дой конкретной личностью. Именно поэтому универсальные правила праведного поведения могут быть сформулированы только в самом общем виде. "Вот три мои сокровища, — гово¬рит Лао-цзы. — Охраняй и береги их! Первое — это жалость, вто¬рое — умеренность, третье — нежелание считать себя самым умным". И когда незнакомец просит Иисуса разрешить спор о на¬следстве между ним и его братом, Иисус отказывается (посколь¬ку ему не известны обстоятельства дела) быть судьей и просто произносит общую фразу о вреде алчности.

Однажды Гадзан поучал своих последователей: "Правы те. кто осуждает убийство и хочет спасти жизнь любого разумного существа. Даже защита животных и насекомых есть доброе дело. Но что можно сказать о тех людях, которые убивают время, уничтожают богатство и разрушают экономику общества? Мы не должны забывать о них. Опять же. что можно сказать о том. кто проповедует без просветления? Он убивает буддизм".
Из книги "Сто одна история Дзэн "

Однажды благородный Ибрагим, сидя на троне,
Услышал грохот, вопли и
Тяжелые шаги на крыше своего дворца.
Он задался вопросом: "Чьи это тяжелые ступни?"
Он крикнул из окна: "Кто это ходит там?"
Охрана, полная смущения, склонила головы, сказав:
"Мы это,- и в поисках мы сбились с ног". Он вопросил: "Чего вы ищите?" Они ответили: "Верблюдов наших". Он вопросил: "Да кто ж верблюдов ищет там. на крыше?" Они ответили: "Мы следуем примеру того. Кто ищет единства с Богом, но при этом занимает трон".
Джалаладдин Руми

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №30  СообщениеДобавлено: 28 сен 2013, 17:41 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 09:38
Сообщения: 461
Имя: Игорь
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Киев
Из всех социальных, нравственных и духовных проблем, са¬мой острой, постоянной и трудно поддающейся разрешению яв¬ляется проблема власти. Жажда власти не является плотским грехом, и потому, в отличие от чревоугодия, невоздержанности и похоти, покидающих усталое или пресыщенное тело, она ни¬куда не исчезает. В данном случае, аппетит действительно при¬ходит во время еды, и жажда власти может проявляться беско¬нечно, невзирая на болезнь или усталость. Более того, общество устроено так, что, чем выше поднимается человек по лестнице политической, экономической или религиозной иерархии, тем больше ему предоставляется возможностей употреблять свою власть. Но восхождение по иерархической лестнице — это, как правило, медленный процесс, и честолюбцы редко достигают вершины в еще относительно молодом возрасте. Властолюбец, по мере своего старения и по мере появления у него все новых возможностей удовлетворения своей страсти, испытывает все большее количество еще более сильных искушений. В этом смысле он совершенно не похож на неуемного любителя плотс¬ких наслаждений. Последний может и не захотеть расставаться со своими грехами, но с возрастом он обнаружит, что его грехи расстаются с ним; а вот первый не расстанется со своим грехом и его грех не расстанется с ним. Старость, вместо того, чтобы принести властолюбцу благословенное избавление от страсти, только обостряет ее, предоставляя возможность удовлетворять свои желания в большем масштабе и чрезвычайно экстраваган¬тным способом. Вот почему, по словам Актона, "все великие — плохие люди". А потому стоит ли нам удивляться, что действия политиков, предпринятые не для общего блага, а исключитель¬но, или, по крайней мере, в значительной степени, ради удов¬летворения жажды власти, слишком часто оказываются вредны¬ми или даже совершенно катастрофическими?
"L'etat c'est moi,"'* ( "Государство это я" (фр.)). Слова принадлежат Людовику XIV. Прим.ред.) — сказал тиран; и это, конечно же, верно не только для автократа, стоящего на вершине пирамиды, но и для всех членов правящего меньшинства, с чьей помощью он правит, и которые являются истинными повелителями нации. Более того, до тех пор, пока политика удовлетворения жажды власти правящего класса является успешной, и до тех пор, пока цена успеха не слишком велика, даже сами массы подданных МОГУТ считать себя государством — огромной и великолепной проекцией изначально ничтожного эго индивидуума. Средний человек, так же. как и великий, может косвенно удовлетворить свою жажду власти посредством действий империалистического государства; разница между средним и великим человеком не принципиальна, и заключается только в масштабе.
открыть спойлер
Не существует никакого безотказного способа контроля за политическими проявлениями жажды власти. Поскольку власть по своей СУТИ является вещью, способной к бесконечному расшире¬нию, обуздать ее может только столкновение с другой властью. Поэтому любое общество, которое ценит свободу, в том смысле, чтобы им управляли по закону, а не в соответствии с классовыми или личными интересами, должно позаботиться о разделении власти. Единство нации означает, что вся нация находится на службе у одного человека и поддерживающей его олигархии. Ор¬ганизованная и сбалансированная разъели ценность является обя¬зательным условием свободы. Оппозиция Ее Величества — это самые верные подданные Ее Величества, поскольку они являют¬ся самой полезной частью любого свободолюбивого общества. Более того, поскольку жажда власти есть вещь чисто умственная и, в силу этого, ненасытная и неприступная для болезней или старости, любое свободное общество не должно позволять своим правителям слишком долго находиться у руля. Монашеский кар-тезианский орден, который "не нужно реформировать, потому что его никогда не деформировали", своим долгим иммунитетом от развращения властью обязан тому, что его аббаты избираются всего лишь на один год. В древнем Риме считалось, что количес¬тво свободы находится в обратной зависимости от длины срока пребывания магистрата у власти. Правила контроля за жаждой власти очень легко сформулировать, но, как показывает история, очень трудно провести в жизнь. Особенно это трудно сделать в такие времена, как наши, когда освященная временем политичес¬кая машина устарела из-за быстрых технологических перемен и превосходный принцип организованной и сбалансированной разъединенное требует воплощения в новых и более подходя¬щих институтах.

Актон, эрудированный католический историк, придерживался того мнения, что все великие — плохие люди; Руми. персидский поэт и мистик, считал, что искать единения с Богом и в то же время сидеть на троне так же бессмысленно, как искать верблю¬дов на крыше дворца. Несколько более оптимистично высказы¬вался по этому поводу святой Франциск Сальский, взгляды ко¬торого донес до нас его друг, молодой епископ Беллийский.
— Моп Реге (* Отец мой (фр.) — Прим.ред. , — сказал я однажды, — могут ли люди, сидящие в высоких кабинетах, практиковаться в добродетели послушания?
Франциск Сальский ответил: "Они имеют для этого гораз¬до больше возможностей, чем их подчиненные".
И поскольку я не понял его ответа, он продолжил: "Те, кто обязан слушаться, как правило, слушаются только свое¬го начальника... Но те, кто сами являются начальниками, имеют гораздо больше возможностей для послушания, даже тогда, когда они отдают приказы; ибо, если они помнят, что это Бог возвысил их над другими людьми и дал им ту власть, которую они имеют, то они применяют власть в соответствии с Божьими заветами и в силу этого, даже отдавая приказы, они подчиняются. Более того, нет такого властелина, у которого не было бы наставника по вопросам сознания и души. Но есть еще и высший уровень послушания, на который мо¬гут подняться все властелины и наставники, уровень, о котором говорит святой Павел: "Хотя я и не подчиняюсь ни од¬ному человеку, я сделал себя слугой всех людей". Именно посредством такого вселенского послушания всем людям мы и становимся "всем для всех"; и служа всем, во имя Господа Нашего, мы всех считаем своими повелителями".
Я запомнил это правило и часто наблюдал, что Франциск Сальский относился ко всем приходившим к нему людям, даже самым незначительным, так, словно он был их слугой; он никогда никого не отталкивал, никогда не отказывался вступить в беседу, говорить сам или слушать, никогда не прояв¬лял ни малейшего признака усталости, нетерпения или раздражения, каким бы назойливым или незваным не был его гость. Тем, кто спрашивал его, почему он так разбазаривает свое время, он неизменно отвечал: "На то воля Божья; Он от меня того требует; могу ли я просить большего? Когда я занимаюсь этим, от меня не требуется делать ничего другого. Святой Волей Божьей должны светиться все наши деяния; а все остальное просто суета".
Жан Пьер Камю

Что ж, мы видим, что и "великий человек" может быть хоро¬шим — даже настолько хорошим, что оказывается способным ов¬ладеть знанием, единящим его с божественной Основой — если, конечно, употребляя власть, он выполняет два условия. Во-пер¬вых, он должен отказаться от всех личных преимуществ, которые дает ему власть, и должен упражняться в терпении и сосредото¬ченности, без которых не может быть любви ни к Богу, ни к че¬ловеку. И, во-вторых, он должен понять, что данная ему волею случая власть не дает ему духовного авторитета, которым облада¬ют только те живые или мертвые провидцы, которые достигли прямого погружения в Природу Вещей. Общество, глава которо¬го свихнулся настолько, что вообразил себя пророком, обречено на гибель. Жизнеспособным обществом является то, в котором достойные видеть, указывают необходимые цели, а облеченные властью уважают авторитет провидцев и прислушиваются к их советам. По крайней мере в теории это хорошо понимали в Индии и до начала эпохи Реформации в Европе, где "не было такого властелина, у которого не было бы духовного наставника по во¬просам сознания и души". К сожалению, церковь попыталась найти золотую середину — соединить духовный авторитет с брен¬ной властью, осуществляемой либо непосредственно на троне, либо в его тени. Но духовным авторитетом могут обладать только люди абсолютно бескорыстные, намерения которых остаются вне всяких подозрений. Церковная организация могла назьшать себя Мистическим Телом Христа; но если ее прелаты являются рабов¬ладельцами и повелителями государств, как это было в прошлом, или если церковная организация является крупным капиталис¬том, как это происходит сейчас, тогда никакие титулы, какими бы почетными они не были. не могут скрыть того факта, что выска¬зывая какое-либо суждение, эта организация выступает, как заинтересованная сторона в определенном политическом или эконо¬мическом процессе. Да, в вопросах, не связанных со бренной властью организации, индивидуальные церковники могут быть, и, собственно, являются абсолютно бескорыстными, и, соответ¬ственно, обладают подлинным духовным авторитетом. Святой Филипп Нери — хороший тому пример. Не обладая никакой бренной властью, он оказывал глубокое воздействие на Европу шестнадцатого века. Если бы не это влияние, то попытки Триден-тского собора реформировать римско-католическую церковь из¬нутри вряд ли увенчались бы серьезным успехом.
Сколько великих людей, на самом деле, выполнили или гото¬вы выполнить условия, которые делают власть безвредной, как для правителя, так и для подданных? Если не учитывать святых, то эта проблема оказалась неразрешимой. И поскольку истинное самоуправление возможно только в очень малых группах, сооб¬щества национального и сверхнационального масштаба всегда бу¬дут управляться олигархическими меньшинствами, члены кото¬рых получали власть благодаря своей жажде власти. Это означа¬ет, что проблема власти, будет существовать вечно, и ПОСКОЛЬКУ разрешить ее могут только люди типа Франциска Сальского, она всегда будет доставлять неприятности. А это, в свою очередь, зна-чит, что мы не можем надеяться на то, что большие сообщества будущего будут лучше больших сообществ прошлого в краткий период их расцвета.

_________________
От Сердца и Мысли Творца!


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 71 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5  След.

Текущее время: 18 окт 2018, 10:57

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Вы не можете начинать темыВы не можете отвечать на сообщенияВы не можете редактировать свои сообщенияВы не можете удалять свои сообщенияВы не можете добавлять вложения
Перейти: