К ИСТОКУ

о развитии Божественного Начала в Человеке

 

 

Администратор Милинда проводит онлайн курсы по развитию сознания и световых кристальных тел с активацией меркабы. А так же развитие божественного начала.

ОНЛАЙН КУРСЫ

 

 

* Вход   * Регистрация * FAQ * НОВЫЕ СООБЩЕНИЯ  * Ваши сообщения 

Текущее время: 26 сен 2018, 06:39

Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 25 ]  На страницу Пред.  1, 2
Автор Сообщение
Сообщение №16  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:25 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Здесь мы должны быть точными и узнать для самих себя, исключает ли любовь удовольствие и блаженство. Когда вы видите облако и восхищаетесь его необъятностью и светом, это, конечно же, удовольствие, но в то же самое время гораздо больше, чем просто удовольствие. Мы не осуждаем это вообще. Если вы продолжаете возвращаться к облаку – в мыслях, или фактически – для возбуждения, то вы балуетесь образным воображением, и, очевидно, здесь удовольствие и мысли – это стимулы для действия. Когда вы сначала смотрели на облако и видели его красоту, не было такого стимула удовольствия действовать. Красота в сексе – это отсутствие «меня», эго, а мысли о сексе – подтверждение этого эго, и это есть удовольствие. Ваше эго все время или ищет удовольствие, или избегает боли, желая выполнения и, таким образом, призывая расстройство. Во всем этом поддерживается чувство страсти, преследуемое мыслью, и поэтому это больше не страсть, а удовольствие. Надежда, преследование, запомнившаяся страсть являются удовольствиями.
Собеседник: Что же такое страсть, тогда?
Кришнамурти: Она должна происходить с радостью и экстазом, который не является удовольствием. В удовольствии всегда есть тонкая форма усилия – наблюдение, стремление, требование, борьба, чтобы удержать и получить его. В страсти нет никаких требований и, следовательно, никакой борьбы. В страсти нет ни малейшей тени исполнения, поэтому не может быть ни расстройства, ни боли. Страсть – это свобода от «меня», которая является центром всего исполнения и боли. Страсть не требует, потому что является, и я не говорю о чем-то статическом. Страсть – это строгость самопожертвования, в котором не существует «вас» и «меня», поэтому страсть является сущностью жизни. Тем, что двигается и живет. Но когда мысль приносит проблемы наличия и владения, тогда страсть прекращается. Без страсти невозможно создание.
Собеседник: Что вы подразумеваете под созданием?
Кришнамурти: Свободу.
открыть спойлер
Собеседник: Какую свободу?
Кришнамурти: Свобода от «себя», которая зависит от окружающей среды и является ее продуктом, от «меня», который соединен обществом и мыслью. Эта свобода – ясность и свет, который не зажжен от прошлого. Страсть – это только настоящее.
Собеседник: Она принесла мне новое странное чувство.
Кришнамурти: Это – страсть изучения.
Собеседник: Какое специфическое действие в моей ежедневной жизни будет гарантировать, что эта страсть горит и функционирует?
Кришнамурти: Ничто не будет гарантировать этого, кроме как внимание изучения, которое является действием даже сейчас. В этом и есть красота страсти, которая является полным отказом от «себя» и своего времени.
«Второй пингвин»
Читателя Кришнамурти,
стр. 296–8

Когда есть любовь, половой акт имеет весьма различное значение.

Как можно удовлетворить сексуальную потребность разумно и не превратить ее в проблему?
Теперь, что мы подразумеваем под сексом? Просто физический акт или мысль, которая возбуждает, стимулирует, продолжает этот акт? Конечно, секс есть в мышлении, и потому он есть в мыслях, он должен искать исполнения или расстройства. Не будьте озабочены чем-либо. Я вижу, вы все стали очень напряженными. Позвольте нам обсудить данную тему, как если бы это был любой другой предмет разговора. Не выглядите настолько серьезными и потерянными! Давайте рассмотрим этот предмет очень просто и непосредственно. Чем более сложен предмет, тем больше он требует ясного взгляда.
Почему секс стал такой проблемой в нашей жизни? Позвольте нам вникнуть в нее не с ограничением, не с беспокойством, опасением или осуждением. Почему секс стал проблемой? Конечно, для большинства из вас он действительно является проблемой. Почему? Вероятно, вы никогда не спрашивали себя, почему это так. Давайте разберемся.
Секс – это проблема, потому что вероятно, что в самом акте есть полное отсутствие «себя». В такой момент вы счастливы, потому что отсутствует чувство неловкости «себя». И благодаря желанию большего, – большего отречения от «себя», в котором есть полное счастье, без прошлого или будущего, – и требованию, чтобы полное счастье появлялось через полное слияние, объединение в одно целое, это, естественно, стало существенным. Не так ли? Поскольку это то, что дает мне настоящую радость, полное самозабвение, я хочу все больше и больше. Теперь почему я хочу больше? Поскольку всюду я нахожусь в конфликте, всюду, на всех различных уровнях существования, есть укрепление «себя». Экономически, социально, религиозно существует постоянное возрастание чувства неловкости, которое является конфликтом. В конце концов вы становитесь самосознательным только тогда, когда есть конфликт. Самосознание находится в самой природе результата конфликта. Так, мы всюду находимся в конфликте. Во всех наших отношениях с собственностью, с людьми, с идеями есть конфликт, боль, разрозненность, страдание. Но в данном действии есть полное прекращение всего этого. Естественно, вы хотите больше, потому что это дает счастье, в то время как все остальное ведет вас к страданиям, суматохе, конфликтам, беспорядкам, антагонизму, беспокойству, уничтожению. Поэтому половой акт становится всесущественным, всеважным.
Итак, проблемой является не секс, конечно же, а как стать свободным от себя. Вы испытали то состояние бытия, в котором не являешься собой, если только на несколько секунд или в течение дня. И где есть сам, есть конфликт, есть страдание, есть борьба. Итак, существует постоянная тоска по самосвободному состоянию. А центральная проблема в конфликте на различных уровнях и отказе от себя. Вы ищете счастье – то состояние, в котором не находишься сам со всеми своими конфликтами, – которое вы обнаружите на мгновение в этом действии. Или же вы дисциплинируете себя, боритесь, управляете, вы даже разрушаете себя через подавление, что означает, ваше стремление стать свободным от конфликта, потому что с его прекращением наступает радость. Если может быть свобода от конфликта, то может быть счастье на всех других уровнях существования.
Что делать для конфликта? Как этот конфликт возникает в вашей работе, в ваших отношениях, в обучении, во всем? И даже когда вы пишете поэму, даже когда поете, когда красите, есть конфликт.
Как этот конфликт возникает? Разве он не возникает через желание? Вы рисуете, вы хотите выразить себя через цвет, вы хотите быть лучшим живописцем. Вы изучаете, волнуетесь, надеетесь, что мир будет приветствовать вашу живопись. Но везде, где есть желание стать «больше», должен существовать конфликт. Это – психологическое убеждение, которое требует «больше». Потребность в большем является психологической, существует убеждение для «больше», когда душа, мышление начинает поиск, преследуя конец, результат. Если вы стремитесь быть махатмой, или святым, если стремитесь понять, как реализовать свои достоинства, если являетесь обладателем классового сознания как «превосходящее» лицо, когда содействуете реализации своего улучшения, – все эти признаки очевидны, наступает понимание. «Больше» – означает конфликт. Мышление, которое ищет «большего», никогда не ощущает то, что, потому что всегда живет в «большем» – в чем хотели бы быть – и никогда в том, что. Пока вы не решите содержание конфликта, сам результат, через секс, останется страшной проблемой.
Господа, само существо не является объективным лицом, которое может изучаться под микроскопом или через книги, или пониматься через оценку себя, которая, однако, может быть негативной. Это может быть понято только в отношениях. В конце концов, конфликт находится в отношениях с собственностью, с идеей, с вашей женой или вашим соседом. И без решения этот фундаментальный конфликт, особенно если вы пытаетесь решить его только за счет секса, сделает вас неуравновешенным. И это именно то, чем мы являемся. Мы неуравновешенны, потому что сделали секс единственным средством спасения. И общество, так называемая современная культура, помогает нам в этом. Взгляните на рекламные объявления, кино, наводящие на размышления жесты, позы, приличия.
Большинство из вас женились, когда были очень молодыми, когда биологические толчки были очень сильными. Вы взяли жену или мужа, и с ними должны весьма хорошо жить всю оставшуюся часть своей жизни. Ваши отношения являются просто физическими, а все остальное должно приспособиться к этому. Так, что же происходит? Вы интеллектуальны, а она, возможно, очень эмоциональна. Где же ваше сходство с ней? Или она очень практична, а вы мечтательны, неопределенны, довольно безразличны. Где же контакт между вами и ею? Вы сексуально озабочены, а она – нет. Но вы используете ее, потому что имеете права. Какое может быть общение между вами и ею, когда вы используете ее? Наши браки теперь основаны на этой идее, на этом убеждении. Но все больше и больше возникает противоречий и конфликтов в браке и разводах.
Итак, эта проблема требует интеллектуальной обработки, что означает, что мы должны изменить все основание нашего образования. А это требует понимания не только фактов жизни, но также и нашего каждодневного существования – не только знаний и понимания биологического убеждения, сексуального убеждения, но также и наблюдения, как с этим разумно поступить. Но теперь мы не делаем этого, не так ли? Это успокоенный предмет, это секретная вещь, обсуждаемая только за стенами. Когда убеждение очень сильное, не зависит от чего-нибудь еще, мы спариваемся для остальной части нашей жизни. Посмотрите, что каждый сделал для себя и для другого.
Как интеллектуал может встречаться, общаться с сентиментальным, унылым или с тем, кто не образован? И что общего может быть там тогда, кроме сексуального? Трудность заключается не в выполнении сексуальных убеждений, биологических убеждений, требований определенных социальных инструкций. Поэтому вы имеете законы брака. Вы имеете все способы обладать тем, что дает вам удовольствие, безопасность, комфорт. Но то, что дает постоянное удовольствие, затупляет мышление. Как постоянная боль затуманивает мышление, так и постоянное удовольствие иссушает мышление и сердце.
Как вы можете иметь любовь? Конечно, любовь – это не часть мышления, не так ли? Любовь – это не просто половой акт, не так ли? Любовь – это что-то, что мышление не может ощутить. Любовь – это то, что не может быть сформулировано. И без любви вы становитесь связанным. Без любви вы женитесь. Тогда, в таком браке, вы «приспосабливаетесь» друг к другу. Прекрасная фраза! Вы приспосабливаетесь друг к другу, и это снова является интеллектуальным процессом, не так ли? Она вышла замуж за вас, а вы – уродливая глыба плоти, унесенной вашими страстями. Она обязана жить с вами. Она не любит дом, окружение, безобразие этого вашего зверства. Но она говорит: «Да, я замужем, я должна терпеть». Как средство самозащиты, она уступает, она даже говорит: «Я люблю тебя». Вы знаете, когда через желание безопасности мы выносим что-то уродливое, которое становится красивым, потому что это – форма самозащиты. Иначе мы могли бы быть травмированы, могли бы быть основательно разрушены. Поэтому мы видим, то, что было уродливым, отвратительным, стало постепенно красивым.
Это регулирование, очевидно, является умственным процессом – все приспосабливаются. Но, конечно же, любовь неспособна к регулированию. Вы знаете, господа, не делайте этого, если любите другого, не существует никакого «регулирования»: есть только полное слияние. Только когда нет никакой любви, мы начинаем приспосабливаться. И такое приспосабливание называют браком. Следовательно, брак терпит неудачу, потому что он источник конфликта, сражение между двумя людьми. Это необычно сложная проблема, как и все проблемы, но большая, потому что аппетиты и убеждения являются такими сильными.
Итак, мышление, которое просто приспосабливается, никогда не может быть целомудренным. Мышление, которое ищет счастье через секс, никогда не может быть таким. Хотя вы можете на мгновение иметь в этом акте самопожертвование, бескорыстие, самопреследование такого счастья, которое мышление делает нецеломудренным.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №17  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:25 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Целомудрие существует только там, где есть любовь. Без любви нет никакого целомудрия. И любовь не является тем, что можно вырастить. Любовь возникает только тогда, когда есть полное бескорыстие, и, чтобы иметь благословение этой любви, необходимо стать свободным через понимание отношений. Тогда, когда возникнет любовь, половой акт будет иметь различное значение. Тогда этот акт не станет спасением или привычкой. Любовь – это не идеал. Любовь – это состояние бытия. Но только там, где есть любовь, есть и целомудрие, чистота. Но мышление, которое становится или пытается стать целомудренным, не имеет никакой любви.
Банарас, 5-я Публичная беседа,
20 февраля 1949. Собрание сочинений,
издание V, стр. 216–18

V. Целомудрие

Человек, который взял на себя обед безбрачия, не знает никакой любви, потому что он обеспокоен собой и своим самовыражением.
Бомбей, 7-ая Публичная беседа,
9 марта 1955. Собрание сочинений,
издание VIII, стp. 339

Целомудрие может существовать только тогда, когда есть любовь, а без любви нет никакого целомудрия.

открыть спойлер
Собеседник: действительно ли сдержанность или целомудрие необходимы для достижения освобождения?
Кришнамурти: Вопрос неправильно поставлен. Для достижения освобождения нет необходимости в чем-либо. Вы не можете достигнуть этого через торговлю, через жертвы, через устранение. Это – не вещь, которую вы можете купить. Если вы сделаете это вещью, то получите вещь с рынка, а потому нереальную вещь. Правда не может быть куплена, нет никакого средства для правды. Если бы было средство, то конец не был бы правдой, потому что средства и конец – едины, они не являются отдельными. Целомудрие как средство для освобождения, для правды является опровержением правды. Целомудрие – не монета, которой покупается правда. Вы не можете купить правду никакой монетой, как и не можете купить целомудрие. Вы можете купить только те вещи, которые знаете, а правду не можете купить, потому что не знаете ее. Правда возникает только, когда мышление все еще молчит. Так что эта проблема полностью отличается, не так ли? Почему мы думаем, что целомудрие существенно? Почему секс стал проблемой? Вот это действительно вопрос, не так ли? Мы поймем то, что должно быть целомудренным, когда поймем проблему разрушения секса. Позвольте нам выяснить, почему секс стал таким чрезвычайно важным фактором в нашей жизни – большей проблемой, чем собственность, деньги и так далее. Что мы подразумеваем под сексом? Не просто акт, а размышление о нем, чувствуя его, ожидая, убегая от него, – что является нашей проблемой. Наша проблема – это чувства, желание большего. Понаблюдайте за собой, не наблюдайте за своим соседом. Почему ваши мысли столь заняты сексом? Целомудрие может существовать только тогда, когда есть любовь, а без любви нет никакого целомудрия. Без любви, целомудрие – это просто жажда в другой форме. Стать целомудренным означает стать чем-то еще. Это похоже на человека, становящегося властным, преуспевая, как видный адвокат, политический деятель, – изменение находится на том же самом уровне. Это является не целомудрием, а просто исходом мечты, результатом непрерывного сопротивления специфическому желанию. Так что наша проблема – не как стать целомудренным или узнать то, что необходимо для освобождения, а как понимать проблему, которую мы называем сексом. Поскольку это огромная проблема, вы не сможете приблизиться к ней с осуждением или оправданием. Конечно же, вы можете легко изолировать себя от нее, но тогда вы будете создавать другую проблему. Эта важная, захватывающая и разрушительная проблема секса может быть понята только тогда, когда мышление освободит себя от своей собственной опоры. Пожалуйста, обдумайте и не откладыавйте в сторону данную тему. До тех пор, пока вы будете привязаны через опасение, через традицию, к любой специфической работе, деятельности, вере, идее, пока вы обусловлены и приложены ко всему, вы будете иметь проблему секса. Только когда мышление свободно от опасения, есть бездонное и неистощимое чувство, и только тогда эта проблема занимает свое обычное место. Тогда вы можете иметь дело с этим просто и эффективно. Тогда это не является проблемой. Так, целомудрие прекращает быть проблемой там, где есть любовь. Тогда жизнь – не проблема. Жизнь – это исполнение желаний, которыми живут полностью в обилии любви, и такая революция поможет создать новый мир.
Коломбо, 2-я Публичная беседа,
Остров Цейлон,
1 января 1950. Собрание сочинений,
издание VI, стр. 56–7

Дисциплинированное, подавленное сердце не может знать, какова любовь.

Те, кто пытаются быть холостяками, чтобы достигнуть Бога, являются нецеломудренными, поскольку они ищут результат или выгоду и, таким образом, меняют окончание, результат на секс, который является спасением. Их сердца без любви, и не может быть никакой чистоты, а чистое сердце одно может найти действительность. Дисциплинированное, подавленное сердце не может знать, какова любовь. Оно не может знать любовь, если поймано в привычке, в ощущениях – религиозных, физических, психологических или одушевленных. Идеалист является имитатором и потому не может знать любви. Он не может быть щедрым, отдать себя полностью без мысли о себе. Только когда мышление и сердце не обременены опасениями, рутиной привычек, когда есть великодушие и сострадание, есть и любовь. Такая любовь является целомудренной.
Бомбей, 5-я Публичная беседа,
15 февраля 1948. Собрание сочинений,
издание IV, стp. 177

Мы никогда не говорили, что любовь и секс – две отдельные вещи. Мы говорили, что любовь цела и не была разбита.

Тем утром река искрила серебром, поскольку было облачно и холодно. Листья были покрыты пылью, и всюду был ее тонкий слой – в комнате, на веранде и на стуле. Становилось еще холоднее. Должно быть, шел снег в Гималаях. Можно было почувствовать пронизывающий ветер с севера, и даже птицы знали об этом. Но река тем утром имела странное собственное движение. Она, казалось, не беспокоилась ветром, она казалась почти неподвижной и имела то бесконечное качество, которое все воды, кажется, имеют. Насколько красивым это было! Неудивительно, что люди сделали ее священной рекой. Вы могли бы сидеть там, на той веранде, и задумчиво наблюдать бесконечно за ней. Вы не мечтали. Ваши мысли не были ни в каком направлении – они просто отсутствовали.
И поскольку вы видели свет на той реке, так или иначе, казалось, теряли себя, и поскольку закрыли свои глаза, возникло проникновение в пустоту, которая была полна благословения. Это было счастьем.
Он снова прибыл тем утром с молодым человеком. Он был монахом и говорил о дисциплине, Библии и власти традиций. Его лицо было недавно вымыто, как и его одежды. Молодой человек казался довольно возбужденным. Он шел с монахом, который был, вероятно, его наставником, и ждал его, чтобы заговорить первым. Он смотрел на реку, но думал о других вещах. Теперь санаши сказал, «Я прибыл снова, но на сей раз говорить о любви и чувственности. Мы, кто взял обет безбрачия, имеем свои чувственные проблемы. Обет – это только средство сопротивления нашим желаниям, не поддающимся контролю. Я уже старик, и эти желания больше не жгут меня. Прежде, чем я взял обет, я был женат. Моя жена умерла, и я оставил свой дом и прошел период муки, невыносимых биологических побуждений. Я боролся с ними день и ночь. Это было очень трудное время, полное одиночества, расстройства, опасения относительно безумия и невротических вспышек. И даже теперь я не смею думать об этом слишком много. И этот молодой человек шел со мной, потому что я думаю, что проходил ту же самую проблему. Он хочет бросить мир и взять обет бедности и целомудрия, как я. Я говорил с ним в течение многих недель, и я думал, что могло бы быть стоящим, если бы мы могли говорить об этой проблеме с вами – этой проблеме секса и любви. Я надеюсь, что вы не возражаете, если мы говорим весьма искренне».
Если мы собираемся поинтересоваться данным вопросом, сначала, если мы можем предложить его, не начинайте исследовать с позиций, поз или принципов, поскольку это отстранит вас от исследования. Если вы будете против секса или если вы настоите, что он является необходимым для жизни, является частью проживания, то любое такое предположение предотвратит реальное восприятие. Мы должны убрать любое заключение, и таким образом свободно смотреть и исследовать.
Дождь теперь уже накрапывал, и птицы стали тихими, поскольку он только усиливался, и листья снова будут свежими и зелеными, полными света и цвета.
Был запах дождя и странной тишины, которая прибывает прежде, чем набегает шторм.
Так что мы имеем две проблемы – любовь и секс. Одни из них является абстрактной идеей, а другая – фактическим ежедневным биологическим фактом убеждения – фактом, который существует и не может отрицаться. Позвольте нам сначала узнать, что такое любовь не как абстрактная идея, а фактически. Что это? Это просто чувственное восхищение, воспитанное мыслью как удовольствие, воспоминание о опыте, который дает большое восхищение или сексуальное удовольствие? Действительно ли это – красота заката, тонкого листа, которого вы касаетесь или видите, или запах цветка, который вы чувствуете? Является ли любовь удовольствием или желанием? Или не одним из них? Должна ли любовь делиться на священное и светское? Или она что-то неделимое, целое, которое не может быть разбито мыслью? Может ли она существовать без цели? Или она возникает только из-за цели? Или она возникает потому, что вы видите лицо женщины, – любовь, когда появляются ощущения, желания, удовольствия, которым мысль дает непрерывность? Или любовь является состоянием в вас, которое отвечает на красоту, как на нежность? Может быть, любовь – это что-то выращенное мыслью так, чтобы ее цель стала важной, и является ли она совершенно несвязанной с мыслью и поэтому независимой и свободной? Не понимая это слово и его значение, мы будем замучены, станем невротическими в сексе или будем порабощены этим.
Любовь не должна быть разбита на фрагменты мыслью. Когда мысль разбивает ее на фрагменты – как безличное, личное, чувственное, духовное, мою страну и вашу страну, моего Бога и вашего Бога, тогда это больше не любовь, тогда это что-то полностью другое – продукт памяти, пропаганды, удобства и комфорта.
Действительно ли секс является продуктом мысли? Секс – это удовольствие, восхищение, товарищеские отношения, нежность, вовлеченная в него – действительно ли это воспоминание, усиленное мыслью? В половом акте есть бескорыстие, самозабвение, ощущение небытия опасения, беспокойства, заботы жизни. Запоминая такое состояние нежности и бескорыстия, и требуя его повторения, вы «пережевываете» его, – «как это было», до следующего случая. Является ли это нежностью или просто воспоминанием чего-то, что уже закончилось и чем через повторение вы надеетесь обладать снова? Разве повторение имеет какой-то приятный разрушительный процесс?
Молодой человек внезапно обрел речь: «Секс это биологическое убеждение, как вы сами сказали, и если он является разрушительным, тогда еда не одинаково разрушительна, потому что она также биологическое убеждение?»
Если вы едите, когда кто-то голоден, – это одно дело. Если вы голодны, и мысль говорит: «я должна попробовать этот или тот тип пищи» – тогда это мысль, и то, что является разрушительным повторением.
«В сексе как вы узнаете то, что является биологическим убеждением, как голод, и что является психологическим требованием, как жадность?» – спросил молодой человек.
Почему вы разделяете биологическое убеждение и психологическое требование? И есть еще один вопрос, отличающийся в целом – почему вы отделяете секс от наблюдения красоты горы или очарования цветка? Почему вы даете такую огромную важность одному и полностью пренебрегаете другим?
«Если секс является чем-то отличным от любви, как вы, кажется, сказали, существует ли необходимость делать что-нибудь для секса?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №18  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:26 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
» – спросил молодой человек. Мы никогда не говорили, что любовь и секс – две отдельных вещи. Мы сказали, что любовь целая, не разбитая, и мысль по своей природе является фрагментарной. Когда мысль доминирует, очевидно, нет никакой любви. Человек вообще знает – возможно, что только и знает, – что секс мысли является «пережевыванием жвачки» удовольствия и его повторения. Поэтому мы должны спросить: существует ли какой-нибудь вид секса, который не имеет мысли или желания?
Санаши слушал все это с тихим вниманием. Теперь он сказал: «Я сопротивлялся этому, я взял обет против этого, потому что традицией, разумом я видел, что нужно иметь энергию для религиозной посвященной жизни. Но теперь я вижу, что мое сопротивление забрало много энергии. Я потратил больше времени на сопротивление, и потратил на него впустую больше энергии, чем я когда-либо тратил впустую на сам секс. Поэтому я понимаю теперь то, что вы сказали – конфликт любого вида является тратой энергии. Конфликт и борьба намного сильнее ослабляют, чем наблюдение лица женщины или даже, возможно, чем сам секс».
Есть ли любовь без желания, без удовольствия? Есть ли любовь, которая является целой без мысли, вступающей в нее? Является ли секс чем-то прошедшим, или это что-то каждый раз новое? Мысль, очевидно, стара, так что мы всегда противопоставляем старое и новое. Мы задаем вопросы о старом, и мы хотим ответа в терминах старого. Так, когда мы спрашиваем, существует ли секс без целого механизма действия мысли и работы, разве это не означает, что мы не отошли от прошлого? Мы столь обусловлены им, что не чувствуем своего пути в новое. Мы сказали, что любовь цела, и всегда нова – нова не в противоположность старому, поскольку оно снова – старое. Любое утверждение, что существует секс без желания, совершенно бесполезно, но если вы следовали за значением мысли, тогда, возможно, вы натолкнетесь на другое. Если вы потребуете иметь свое удовольствие любой ценой, тогда «любить» перестанет существовать.
Молодой человек сказал: «Это биологическое убеждение, о котором вы говорили, точно такое требование, хотя оно может отличаться от мысли, может порождать мысли».
открыть спойлер
«Возможно, я смогу ответить своему молодому другу, – сказал санаши, – поскольку я прошел через все это. Я обучал себя в течение многих лет не смотреть на женщину. Я безжалостно управлял биологическим требованием. Биологическое убеждение не порождает мысли. Мысль захватывает его, использует, порождает образы, картины из этого убеждения, а затем убеждение становится рабом мысли. Это мысль, которая так часто порождает убеждение. Как уже было сказано, я начинаю видеть необычную природу нашего собственного обмана и непорядочности. В нас есть много лицемерия. Мы никогда не можем видеть вещи такими, какие они есть, а всего лишь создаем иллюзии о них. То, что вы говорите нам, сэр, должно смотреть на все ясными глазами, без памяти о прошлом. Вы повторяли это так часто в своих беседах. Тогда жизнь не становится проблемой. В моей старости я только начинаю понимать это».
Молодой человек выглядел не совсем удовлетворенным. Он хотел жизни, соответствующей его терминам, согласно формуле, которую он тщательно строил.
Это то, почему очень важно знать себя, – не согласно какой-то формуле или наставнику. Это постоянное альтернативное понимание заканчивает все иллюзии и лицемерие.
Теперь уже шел ливень, а воздух был тем же, и были слышны только звуки дождя на крыше и листьях.
«Второй пингвин»
Читателя Кришнамурти,
стр. 72–7

Усилие, которое ушло в подавление, в контроль, в опровержение вашего желания, искажает ваше мышление.

Большинство из нас тратят свою жизнь на усилия и борьбу. Усилие, борьба, стремление являются разложением энергии. Человек в течение своего исторического периода говорил, что для того чтобы найти сущность бытия или Бога – независимо от имени, которое можно дать этому, – вы должны оставаться холостяком, то есть вы берете обет безбрачия и подавляете, управляете, сражаетесь с самим собой всю свою жизнь, храня свой обет. Посмотрите на трату энергии! Это также трата энергии на потворствование. И она имеет гораздо большее значение, чем когда вы подавляете. Усилие, которое перешло в подавление, в контроль, в опровержение вашего желания, искажает ваше мышление. Пожалуйста, послушайте. Понаблюдайте за этим в самих себе и понаблюдайте в людях вокруг вас. Понаблюдайте за этой тратой энергии, за сражением. Не значение секса, не фактический акт, а идеалы, образы, удовольствие – постоянная мысль о них является тратой энергии. И большинство людей тратит впустую свою энергию или через опровержение, или через обет безбрачия, или в бесконечных размышлениях об этом.
Бомбей, 7-я Публичная беседа,
3 марта 1965. Собрание сочинений,
издание XV, стр. 89–90

Если существует беспорядок в моей жизни в отношении секса, то и остальная часть моей жизни находится в беспорядке. Так что я должен спрашивать, не как привести одну часть в порядок, а почему разломал жизнь в такое множество различных фрагментов…

Собеседник: Много лет назад, когда я впервые заинтересовался так называемой религиозной жизнью, я принял волевое решение отказаться от секса вообще. Я соблюдал свой обет строго, потому что считал его существенным требованием соей жизни, и жил со всей жесткой строгостью монашеского холостяка. Теперь я вижу, что такое пуританское соответствие, в которое вовлечены подавление и насилие, глупо, но все же я не хочу возвратиться к своей старой жизни. Как я должен действовать теперь в отношении секса?
Кришнамурти: Почему вы не знаете, что сделать, когда возникает желание? Я скажу вам, почему. Потому, что ваше твердое решение находится все еще в действии. Все религии принуждали нас отрицать секс, подавлять его, говоря что он – пустая трата энергии, а вы должны иметь энергию, чтобы верить в Бога. Но такой вид строгости – резкого подавления биологической потребности, создает зверское насилие по отношению ко всем нашим прекрасным инстинктам. Этот вид резкой строгости является большей тратой энергии, чем снисходительность в сексе.
Почему вы превратили секс в проблему? Действительно ли не имеет значения, ложитесь ли вы спать с кем-то или нет. Продолжите это или пропустите, но не делайте из этого проблемы. Проблема прибывает от постоянной озабоченности. Действительно, интересная вещь получается, ложимся ли мы или не ложимся ли спать с кем-то, не столь важно, а важно – почему мы имеем все эти фрагменты в своей жизни. С одной стороны есть секс со всеми его озабоченностями, а с другой – некоторый другой вид суматохи. А в общем – борьба после того или этого. И в каждой стороне есть непрерывная болтовня мышления. Существует так много проблем, которыми энергия растрачена впустую.
Если часть моей жизни находится в беспорядке, то и вся моя жизнь находится в беспорядке. Если есть беспорядок в моей жизни в отношении секса, то остальная часть моей жизни находится в беспорядке. Так что я должен спрашивать, не что делать с одной стороной, а почему я разломал жизнь на множество различных фрагментов, которые находятся в беспорядке в пределах себя, и которые все противоречат друг другу. Что я могу сделать, когда я вижу так много фрагментов? Как я могу иметь дело с ними всеми? Я имею эти фрагменты, потому что нет внутренной целостности. Если я вхожу во все это, не вызывая еще одного фрагмента, если иду в самый конец каждого фрагмента, то в этом понимании, которое наблюдается, нет никакой фрагментации. Каждый фрагмент это отдельное удовольствие. Я должен спросить себя, собираюсь ли я оставаться в какой-то противной небольшой комнате удовольствия всю свою жизнь. Войдите в рабство каждого удовольствия, каждого фрагмента, и скажите самому себе, своему Богу: «Я завишу, я – раб ко всем этим небольшим сторонам – это все в моей жизни». Оставайтесь с этим и посмотрите, что случится.
Встречая жизнь, стр. 61—2
Когда мы видим всю полноту – что делаем из любви, секса, самоснисходительности, принятия обетов против этого – когда мы видим эту целую картину не как идею, а как фактический акт, тогда любовь, секс и целомудрие становятся одним. Они не являются отдельными. Существует разделение в отношениях, которые развращают. Секс может быть таким же целомудренным, как синее небо без облаков. Но облака притягивают и темнеет с мыслями. Мысли говорят: «Это является целомудренным, и это есть снисходительность», «Этим нужно управлять» и «В этом я позволю себе идти». Так, мысль является ядом, не любовью, не целомудрием, не сексом.
То, что является невинным, независимо от того, что оно делает, является всегда целомудренным, а невиновность не является продуктом мысли.
Беседы, стр. 12—13

VI. Брак

Каждый должен узнать, как жить с другим… без какого-либо чувства борьбы, адаптации или приспособления.

Кришнамурти: Когда два человека живут вместе, действительно ли это сексуальная, биологическая деятельность объединения или же любовь в их жизни, беспокойство друг о друге? Возможно, вы знаете этот ответ лучше, чем говорящий.
Собеседник: Нужно ли жениться по любви? Каковы физические отношения между мужчиной и женщиной?
Кришнамурти: Я не знаю, вы должны знать. Какой это странный вопрос, не так ли? Нужно ли жениться в любви? Что вы говорите? Если говорящий задаст этот вопрос вам, что вы ответите: действительно ли необходимо жениться? Что было бы вашим ответом? Ваш ответ, вероятно, был бы следующим: сделайте то, что хотите сделать, почему вы беспокоите меня этим, вам решать.
Но вы видите, что вопрос действительно намного сложнее, чем кажется. Все мы хотим товарищеских отношений, все мы хотим сексуальных отношений, биологическую потребность. И также мы хотим кого-то, на кого можем положиться, в ком можем найти безопасность, в ком есть ощущение комфорта, поддержки. Поскольку большинство из нас не может существовать одинокими, на своих собственных ногах, мы говорим: я должен жениться, или: я буду иметь друга, или: независимо от того, кто это, я должен иметь кого-то, с кем могу быть дома. Мы никогда не находимся дома с кем-то, потому что живем в своих собственных мыслях, проблемах, амбициях и так далее. Мы испуганы одиночеством. Поскольку жизнь очень одинока, очень, очень сложна и неприятна, каждый нуждается в ком-то, с кем можно обсудить различные вещи. Кроме того, когда вы женитесь, вы имеете сексуальные отношения, детей и так далее. В этих отношениях между мужчиной и женщиной, если нет никакой любви, вы используете ее, она использует вас, вы эксплуатируете ее, а она – вас. Это факт.
Как сказал собеседник, что является физическими отношениями между мужчиной и женщиной. Разве вы не знаете? Вам решать, господа. Но действительно вступать в эту целую сложную проблему совместного проживания – не только двух людей, а и жить вместе со всем человечеством, с вашим соседом, боссом, служащим (если вы имеете служащего), с вашими отцом и матерью, с детьми – это все очень сложно. Совместное проживание, как семья, дает вам определенную безопасность, и так вы развиваете семью до группы, общества, государства и нации. И от этого до нации, которая возражает против другой нации, и так всегда существуют разделение, конфликт и войны.
Так что каждый должен узнать, как жить с другим без какого-либо конфликта, без чувства борьбы, адаптации, приспособления. Это требует большого интеллекта и честности. Но мы женимся только из-за сексуальных, биологических требований.
Бомбей, 9 февраля 1984
Собеседник: Большинство из нас женаты или вовлечены в близкие отношения, начавшиеся по всем неправильным причинам, которые вы так правильно описали. Могут ли такой брак или такие отношения когда-либо перерасти в действительно положительную форму? (Смех)
Кришнамурти: Вы бедные парни! Теперь, как мы понимаем этот вопрос? Что означает быть связанным с другим? Вы можете быть связаны очень близко, глубоко, физически, но связываемся ли мы когда-либо в психологическом отношении, изнутри?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №19  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:26 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Не романтично, не сентиментально, а чувствуя, что связан? Слово «отношение» означает находиться в контакте, иметь ощущение цельности с другим, не как отдельные объекты, пребывающие вместе, и ощущение себя целым, а сами отношения вызывают такие чувства, это ощущение того, что ты не отделен. Это действительно весьма важный вопрос, потому что большинство наших жизней так ужасно изолированы, так тщательно структурированы, чтобы мы не были потревожены в психологическом отношении. И такие отношения неизбежно вызовут конфликт, волнение и невротическое поведение, которое имеет каждый. Для начала давайте проясним вместе, что мы подразумеваем под отношениями – не только значение данного слова, устное значение, а значение, которое лежит позади слова, позади отношений двух людей.
Что означает быть связанным? Связываемся ли мы когда-либо в глубоком смысле этого слова? Могут ли существовать безмятежные отношения, похожие на глубину моря? Могут ли существовать отношения, если каждый из нас преследует свой собственный особый путь, особое желание, амбиции? Могут быть такие отношения с другим, если все вышеназванное существует? Вы говорите: «Как же они не могут существовать? Разве выполнение этого не является необходимым для каждого из нас, чтобы расцвести друг с другом?» Что означает чувство разобщенности? Если каждый из нас говорит, что мы помогаем друг другу расцвести, воспитаться, выполнять, быть счастливыми вместе, то каждый все еще поддерживает изолированный дух. Теперь, почему мышление или мозг, человеческое лицо всегда цепляются за сепаратизм?

открыть спойлер
Пожалуйста, это очень, очень серьезный вопрос: почему люди на протяжении всей своей истории поддерживают чувства изоляции, сепаратизма, разделения? Вы – католик, а я – протестант. Вы принадлежите той группе, а я – другой. Я надеваю фиолетовую или желтую одежду или гирлянду вокруг себя, и мы поддерживаем это – мы говорим об отношениях, любви и всем остальном. Почему? Пожалуйста, мы взаимодействуем, исследуя вместе. Почему мы делаем так? Действительно ли это является сознательным и преднамеренным или несознательным, традицией, нашим образованием? Целая религиозная структура утверждает, что вы являетесь отдельными душами. Является ли мысль сама по себе раздельной? Вы понимаете? Я думаю, что являюсь отдельным от вас. Я думаю, что мое поведение должно быть отдельным от вашего, потому что иначе есть опасение, что мы станем автоматами, зомби, подражая друг другу. Действительно ли мысль является причиной сепаратизма в жизни? Пожалуйста, исследуйте вместе данную тему. Мысль разделила мир на нации. Вы являетесь британцем, кто-то – немцем, я – француз, а вы – русский. Это разделение создано мыслью. И мысль предполагает, что в таком сепаратизме, в таком разобщении есть безопасность, т. е. принадлежность к обществу, к той же самой группе, веря в того же самого гуру, веря в ту же самую одежду, которую каждый носит согласно указам гуру, где каждый чувствует себя безопасным, или, по крайней мере, имеет иллюзию безопасности.
Итак, что мы спрашиваем: это удовольствие, радостное желание, которое является также движением мысли, которая отделяет нас? Правильно? Таким образом, является ли мысль когда-либо полной, целой? Мысль основана на знании, которое является обширным накопленным опытом человека или в научном, технологическом мире, или в психологическом отношении. Мы накопили большое знание – внешнее и внутренее. И мысль является результатом этого знания как память, знания, опыт. Так, знание никогда не может быть полным о чем-нибудь – о Боге, о нирване, о небесах, о науке, о чем-нибудь. Знание должно всегда идти с тенью невежества. Пожалуйста, рассмотрим данный факт вместе. Когда мысль вступает в область отношений, она должна создавать разделение, потому что мысль сама по себе фрагментирована, ограничена – правильно?
Так, если я имею такое качество мышления, мысли или ощущения, что отношения являются расцветом, движением, то это не статическое состояние, а живое существо, вы не можете выкинуть его в корзину и спросить, что это, и не убегать от этого. Тогда мы можем спросить: что такое брак? Правильно? Или что не брак. Можно жить с кем-то сексуально, как компаньоны, держась за руки, разговаривая, и идти к регистратору, или пройти католическую или протестантскую церемонию и связаться вместе, или я могу жить с кем-то без того, чтобы стать женатым. С кем-то я взял клятву ответственности. С другим я этого не делаю. С кем-то я юридически женат, тогда разделение или развод становятся довольно трудными. С другим это довольно просто, каждый из нас говорит: «до свидания», и мы расходимся в различных направлениях. И именно так чаще всего происходит в мире. Мы не осуждаем. Пожалуйста, мы только смотрим на эту целую проблему: ответственность и чувство огромного бремени детей. И там юридически вы привязаны. С другим вы не связаны, вы можете иметь детей, но всегда есть открытая дверь.
Теперь, являются ли все отношения в обоих случаях простой формой привлекательности, биологическими ответами с обеих сторон, любопытством, чувством желания быть с другим, который может быть результатом не осознанного опасения относительного одиночества, традицией, которая установила такую привычку? В обоих случаях это может стать привычкой, и в обоих случаях есть опасение относительно потери, обладания, сексуальной эксплуатации друг друга. Что же является важным в обоих случаях? Пожалуйста, мы размышляем вместе. Я не говорю вам, что является, а что нет. Что является важным, необходимым в обоих случаях? Ответственность, это основа – правильно? Я ответственен за людей, с которыми живу. Я ответственен не только за свою жену, но и за то, что происходит в мире. Я ответственен в попытке предотвращать убийства людей. Я ответственен в попытке предотвратить убийства. Я ответственен. Я ответственен в борьбе с насилием. Правильно?
Существует ли моя ответственность только за кого-то и за мою семью, моих детей, которая стала традицией? На Западе, семейные узы терют свою значимость. Тогда как на Востоке, семья все еще остается центром. Это чрезвычайно важно. Для семьи они сделают все, что угодно, даже если речь идет лишь о дальних родственниках, они будут держаться вместе, помогать друг другу, сохраняя связи друг с другом. Но здесь это постепенно исчезает.
Вы видите, господа, когда вы входите в данную проблему, она становится необычно сложной и необычно жизненной. Если я имею детей, если я люблю их, я чувствую себя ответственным – ответственным за их жизни, а они должны быть ответственными за меня для своей жизни. Я должен видеть, что они получили хорошее образование, не угнетены войной.
Так все это подразумевается в данном вопросе. Исследуя глубоко, каждый видит, что если он не имеет такое качество любви, все остальное становится бессмысленным. И если я пытаюсь не быть эгоистичным, не быть изолированным и имею ощущение глубокой привязанности, в котором нет никакого приложения, никакого владения, нет преследования удовольствий, а моя жена чувствует противоположное, тогда мы имеем полностью другую проблему. Вы понимаете меня? Проблема в том, что я сделаю? Оставлю ее, убегу, разведусь. Я могу, если она настаивает. Это – не вопрос, на который можно ответить несколькими утверждениями, но он требует большого внутреннего расследования с обеих сторон. И в том вопросе, в исследовании, если нет никакой любви, нет и никакого интеллектуального действия. Где есть любовь, там есть наш собственный интеллект, наша собственная ответственность.
Парк Броквуд, Англия,
2 сентября 1982

Когда вы любите вашу жену… вы не властвуете.

В этой стране муж является боссом. Он есть закон, владелец, потому что он является экономически господствующим и именно он говорит, каковы обязанности жены. Так как жена не является властной и в экономическом отношении зависима, все, что она говорит, не есть обязанности. Мы можем приблизиться к проблеме с точки зрения мужа или жены. Если же мы приближаемся к проблеме жены, то видим: из-за того, что она не свободна материально, её образование ограничено, её мыслительные способности могут быть невысокими. Общество наложило на нее формы и способы поведения, определяемые мужчинами. Поэтому она принимает то, что называют правами мужа. И поскольку он является господином, будучи материально свободным и имеющим возможность зарабатывать, он устанавливает закон. Естественно, где брак является вопросом контракта, нет никакого предела его осложнениям. Тогда есть обязанность – бюрократическое слово, которое не имеет никакого значения в отношениях. Когда кто-то устанавливает правила и начинает рассматривать обязанности и права мужа и жены, нет никакого конца этому. Конечно же, такие отношения являются ужасными, не так ли? Когда муж требует свои права и настаивает на наличие сознательной жены, независимо от того, что это может означать, тогда их отношения, очевидно, составляют просто деловой контракт. Очень важно понять данный вопрос, и, конечно же, должен быть различный подход к нему. Пока отношения основаны на контракте, на деньгах, на владении, власти или господстве, они неизбежно становятся вопросом прав и обязанностей. Можно видеть чрезвычайную сложность отношений, когда они являются результатом контракта – определением, что правильно, а что нет, что является обязанностью. Если я – жена, а вы настаиваете на определенных действиях, не будучи независимыми, естественно, я должен уступить вашим пожеланиям, вашей связке узд. Вы налагаете на жену определенные инструкции, права и обязанности, и поэтому отношения становятся просто вопросом контракта со всеми его сложностями.
Теперь, существует ли другой подход к этой проблеме? Когда есть любовь, нет никаких обязанностей. Когда вы любите свою жену, вы все с ней разделяете – свою собственность, свои неприятности, беспокойства, радости. Вы не господствуете. Вы не являетесь мужчиной (а она – женщиной), чтобы быть использованным и брошенным в сторону, своего рода машиной размножения для продолжения вашего имени. Когда есть любовь, слово обязанность исчезает. Это человек, не имеющий любви в своем сердце, говорит о правах и обязанностях, в этой стране права и обязанности заняли место любви. Правила стали более важными, чем теплота привязанности. Когда существует любовь, проблема проста. Когда нет никакой любви, проблема становится сложной. Когда мужчина любит свою жену и своих детей, он, возможно, никогда не сможет мыслить в терминах обязанностей и прав. Господа, исследуйте свои собственные сердца и умы. Я знаю, что вы смеетесь над тем, что является одной из уловок беспечного, чтобы смеяться над чем-то и отодвигать это в сторону. Ваша жена не разделяет вашу ответственность, ваша жена не разделяет вашу собственность, она не имеет половины из всего того, что имеете вы, потому что вы ставите женщину ниже себя, чтобы хранить и использовать сексуально, когда вам будет удобно, когда ваш аппетит потребует этого. Так, вы изобрели слова «права» и «обязанности». И когда женщины протестуют, вы бросаете в них эти слова. Общество, которое придерживается прав и обязанностей, статично и не имеет будущего. Если вы действительно будете исследовать свои сердца и умы, то обнаружите, что не имеете никакой любви.
Для возникновения нового общества, новой культуры, очевидно, не может быть доминирования мужчины или женщины. Господство существует из-за внутренней бедности. Будучи в психологическом отношении бедными, мы хотим доминировать, ругать служащего, жену или мужа. Конечно же, это является чувством привязанности, той теплотой любви, которая одна может создать новое государство, новую культуру. Развитие сердца – это не процесс мышления. Мышление не может вырастить сердце, но когда понимается процесс мышления, тогда возникает любовь. Любовь – это не просто слово. Слово не является вещью. Слово «любовь» не означает любовь. Когда мы используем это слово и пытаемся вырастить любовь, тогда это просто процесс мышления. Любовь не может быть развита, но когда мы понимаем, что слово не является вещью, тогда мышление, с его законами и инструкциями, с его правами и обязанностями, прекращает вмешиваться, и только тогда возникает возможность создания новой культуры, новой надежды и нового мира.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №20  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:27 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Пуна, 3-я Публичная беседа,
Индия, 12 сентября 1948
Собрание сочинений, издание.
V, стр. 87–8

Брак как привычка, как культивирование обычного удовольствия, является фактором ухудшения, потому что в привычке нет никакой любви.

Это только для очень немногих, чья любовь в брачных отношениях имеет значение и потому является неразрушимой. Тогда это не просто привычка или удобство, и притом это не основано на биологической, сексуальной потребности. Если в той любви, которая является безоговорочной, соединены личности, то в таких отношениях есть защита, есть надежда.
Но большинство из вас не связано брачными узами. Чтобы соединить отдельные личности, вы должны узнать себя, и она должна узнать себя. Это означает любить. Но нет никакой любви, которая является очевидным фактом. Любовь является не просто вознаграждением, не просто привычкой: это безоговорочно. Вы не рассматриваете своего мужа или жену таким образом, не так ли? Вы живете в своей изоляции, а она – в своей, и вы устанавливаете свои привычки к уверенному сексуальному удовольствию. Что происходит с мужчиной, который имеет обеспечивающий доход? Конечно же, он портится. Разве вы не заметили это? Понаблюдайте за таким мужчиной, и вы скоро увидите, как быстро его мышление деградирует. Он может занимать высокое положение, иметь отличную репутацию, но полная радость жизни покинет его.
Точно также, когда вы состоите в браке, в котором имеете постоянный источник удовольствия, привычки без понимания, без любви, вы вынуждены жить в этом состоянии. Я не говорю, что вы должны сделать, но смотрите сначала на проблему. Вы думаете, это правильно? Сказанное не означает, что вы должны бросать свою жену и преследовать кого-то еще. Что же означают такие отношения? Конечно, любить означает быть в общине с кем-то, но каким образом вы являетесь в общине со своей женой кроме, как физически? Каким образом знаете ее, кроме как физически? Она знает вас?

открыть спойлер
Вы не изолированы друг от друга, каждый преследует свои собственные интересы, амбиции и потребности, каждый ищет от другого вознаграждения, экономической или психологической безопасности? Такие отношения не являются отношениями во всем – это взаимно самоприлагающий процесс психологической, биологической и экономической потребности – и, как очевидный результат, возникают конфликт, страдание, нытье, опасения, ревность и так далее.
Итак, брак как привычка, как культивирование обычного удовольствия является фактором испорченности, потому что нет никакой любви в привычке. Любовь не обычна. Любовь – это что-то радостное, творческое, новое. Поэтому привычка является обратной противопложностью любви, и вы ловитесь в привычке, и, естественно, ваши обычные отношения с партнером становятся мертвыми. Итак, мы возвращаемся снова к фундаментальной проблеме, которая является тем, что преобразование общества зависит от вас, а не от законодательства. Законодательство может только заставить работать эти привычки или соответствия. Поэтому вы как ответственный человек, должны сделать что-то в отношениях – вы должны действовать, и вы можете действовать только тогда, когда есть пробуждение вашего мышления и сердца. Я вижу, как некоторые из вас кивают своими головами соглашаясь со мной, но очевидно, что вы не хотите взять ответственность за преобразование, за изменение. Вы не хотите дрогнуть перед переворотом обнаружения, чтобы жить справедливо. И проблема продолжается. Вы продолжаете ссориться, и, наконец, умираете, и когда вы умираете, кто-то плачет – не за вами, а от собственного одиночества. Вы продолжаете жить не изменяясь, и думаете, что являетесь людьми, способными к законодательству, к занятию высоких положений, к разговорам о Боге, обнаружению способов прекращения войны и так далее. Ни одна из этих вещей не важна, потому что вы не решили ни одной из фундаментальных проблем.
Нью-Дели, 3-я Публичная беседа,
Индия, 19 декабря 1948.
Собрание сочинений,
издание V, стр. 175–6
Собеседник: Если два человека живут в конфликте и боли, они должны решить свои проблемы или их отношения должны закончиться? Иметь хорошие отношения – не является ли это для обоих необходимостью измениться?
Кришнамурти: Я надеюсь, что вопрос ясен. Какова причина отношений, несущих боль, конфликты и проблемы, которые возникают? В чем корень зла? Чтобы ответить на эти вопросы, давайте поразмышляем вместе. Я бы мог вам ответить в двух словах, но вместе мы рассмотрим детально все волнующие вас вопросы. Это вопрос касается всех людей, находятся ли они на Востоке, здесь или в Америке. Эта проблема действительно касается большинства из нас. Очевидно, два человека, мужчина и женщина, не могут жить вместе без конфликта, без боли, без ощущения неравенства, без того чувства, что они глубоко не связаны друг с другом. Каждый может спросить – почему так происходит? Этому может быть множество причин: секс, характер, противоположные чувства, религиозные амбиции. Могут существовать многие причины для нехватки гармонии в отношениях. Но что является действительно источником, глубиной этого источника, который рождает конфликт в каждом из нас? Я думаю, что этот вопрос важен для каждого, и задается не из праздного любопытства, а для того чтобы понять первопричину, истину происходящего, быть терпеливым в решении проблем. Позволять самому вопросу брать начало, развиваться и двигаться. Я полагаю, что вместе мы справимся с этой проблемой.
Я спрашиваю себя, почему, если я женат на женщине другой веры, то это основной конфликт между нами? Я могу дать поверхностный ответ: потому что она – католичка, а я – протестант, или то, или это. Но это только поверхностные причины, но я хочу узнать то, что является глубоким корнем или глубоким источником конфликта между двумя людьми. Я поставил вопрос и жду его развития, выявления всей запутанности в вопросе и чего этот вопрос принесет. Для этого я должен иметь немного терпения, наблюдать и осознавать, что вопрос начал развиваться правильно? Поскольку он развивается, я начинаю видеть ответ. Не то, чтобы я хочу получить ответ, а сам вопрос начинает разворачиваться, показывать мне необычную сложность того, что возможна ложь между двумя людьми как друг другу, а, возможно, и привлекая ее друг для друга. Когда люди очень молоды, то сексуально увлечены, и позже, когда они становятся взрослее, надоедают друг другу и постепенно уходят от этой скуки к другому человеку, добиваясь развода – вы знаете всю остальную часть этого. Но уходя от одного человека, находят эту же самую проблему – с другим. Так что я должен иметь терпение. Словом «терпение» я хочу не позволять времени работать. Я не знаю, поняли ли вы вопрос терпения и нетерпения.
Большинство из нас довольно нетерпеливы. Мы хотим, чтобы на наш вопрос ответили немедленно, или же мы хотим уйти из этого немедленно, оперировать немедленно. Так что мы довольно нетерпеливы, чтобы продолжать это. Нетерпение не дает человеку глубину понимания проблемы. Принимая во внимание, что если я имею терпение, которое не имеет времени, я не желаю решать проблему. Я наблюдаю, чувствую ее, позволяю ей развиваться и расти. Так, из того терпения я начинаю узнавать глубину ответа. Правильно? Позвольте нам сделать это вместе теперь. Мы терпим, не желая немедленного ответа, и поэтому наши умы, умственные способности открыты, чтобы смотреть, знать о проблеме и ее сложностях. Правильно? Мы пытаемся – нет, я не хочу использовать слово «попытка» – мы проникаем в проблему того, почему два человека никогда не могут казаться живущими вместе без конфликта. Каков корень этого конфликта? Каковы мои отношения с ней или с кем-то? Действительно ли это поверхностно? Таким образом, сексуальная привлекательность, любопытство, волнение – являются ли они все поверхностными сенсорными ответами? Правильно? Так что я понимаю, что эти ответы поверхностны, и пока я пробую найти ответ поверхностно, я никогда не буду в состоянии увидеть глубину проблемы. Так я свободен от поверхностных ответов и проблем, которые создают поверхностные ответы, и попыток решить эти проблемы поверхностно? Я не знаю, следите ли вы за этим?
Я заметил, что не ищу ответ поверхностно. Поэтому я спрашиваю, каков же корень проблемы. Образование? Это то с помощью чего, будучи мужчиной, я хочу доминировать над другим, хочу обладать другим? Привязываю ли я к себе так глубоко, что не хочу отпустить? И я вижу, что существование привязанным приписанным, неизменно вызовет искажение – искажение в чувствах, что я являюсь ревнивым, беспокоюсь и испуган? Каждый знает очень хорошо все последствия привязанности. Являются ли они причиной? Или причина находится намного глубже? Прежде всего, мы отметили поверхностную, а затем эмоциональную привязанность, эмоциональную, сентиментальную и романтичную зависимость. Если я отказываюсь от них, то существует ли еще более глубокая проблема, вовлеченная в это? Вы понимаете? Мы двигаемся от поверхностного все ниже и более глубоко, чтобы суметь узнать для самих себя, в чем причина зла. Я надеюсь, что вы поймете меня.
Теперь – как я нахожу корень этого? Как вы находите корень этого? Вы желаете ответа, желаете найти причину, и поэтому прилагаете огромные усилия? Или вы хотите найти ответ своим мышлением, а ваш мозг молчит? Это выглядит, как если оно не волновало, не было бы деятельностью желания. Это только наблюдение. Делаем ли это мы вместе, только наблюдая, чтобы увидеть то, что является глубоким корнем, основой конфликта между двумя людьми? Или это чувство индивидуального разделения? Рассмотрите, войдите в него очень осторожно, пожалуйста. Это индивидуальное понятие, являюсь ли я отдельным от другого в основном? Биологически мы различны, но существует чувство закоренелого индивидуального разделяющего действия. Это и является корнем? Или же существует еще более глубокий корень, более глубокий слой – вы понимаете? Интересно, следуете ли вы за всем этим? Мы находимся вместе в этом? Сначала сенсорные ответы, чувственные ответы, а затем эмоциональные, романтичные, сентиментальные ответы, затем привязанность – со всей ее извращенностью? Или это что-то глубоко обусловленное, и тогда мозг говорит: «Я – человек, и он или она является человеком, и мы – отдельные объекты, каждый должен реализовать себя своим собственным способом, и является ли поэтому разделение основным»? Так ли это? Действительно ли это является основным? Или я был обучен тому, что я – человек и она – также человек и должна реализовать себя своим собственным способом, и мы должны быть одинаковыми? Так что мы уже начали с самого начала в этих двух отдельных направлениях. Они могут идти параллельно вместе, но никогда не встретятся. Как две железнодорожные линии, которые никогда не встречаются. И все, что я делаю, пробует встретиться, пытается жить гармонично, борясь: «О любимая, ты такая хорошая» – вы следуете? – повторяя и повторяя, но никогда не встречаясь. Правильно?
Так если это является причиной – и очевидно, что это и есть причина, – корень есть то, что возможно ли раздельное существование людей? Или это иллюзия – что я кормил, заботился, совмещал без какой-либо обоснованности? Если нет никакой обоснованности, я должен быть уверен, абсолютно, безвозвратно уверен, что это иллюзия, и должен спросить, может ли мозг покончить с иллюзией и понять, что мы все подобны в психологическом отношении. Вы следите за моей мыслью?
Мое сознание – это сознание остальной части человечества. Хотя биологически мы отличаемся, в психологическом отношении наше сознание не уходит от этого. Посмотрите, что происходит. Если два неподвижных объекта встречаются, возникает конфликт. Я не знаю, видите ли вы. Но если вы неподвижны, леди, а я подвижен, я, естественно, уступаю тому, который является неподвижным. Правильно? Интересно, понимаете ли вы это. Это очень просто.
Так что проблема тогда разрешается, если вы имеете реальное понимание отношений – без образа, в который мы вошли предварительно. Тогда благодаря своему присутствию, своей живучести, активности она начнет преобразовывать меня, помогать мне.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №21  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:28 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Это и есть ответ.
Саанен, Швейцария, 31 июля 1981.
В отношениях, стр. 5–9

Можете ли вы не ошибаться в любви и не иметь притягивающих отношений?

Собеседник: Действительно ли возможно для мужчины и женщины совместно жить, иметь секс и детей безо всей суматохи, горечи и конфликта, свойственного таким отношениям? Действительно ли это возможно – быть свободным в каждой из сторон? Я не подразумеваю под свободой то, что муж или жена должна постоянно иметь дела с кем-то еще. Люди обычно объединяются и женятся, потому что влюбляются, и в этом есть желание, выбор, удовольствие, собственничество и огромный драйв. Сама природа этого вытекает из начала, заполненного семенами конфликта.
Кришнамурти: Так ли? Нуждаетесь ли в этом? Я очень озадачен. Разве вы не ошибаетесь в любви и не имеете притягивающих отношений? Я люблю кого-то, и она любит меня, и мы женаты – это абсолютно прямо, просто и вообще нет никакого конфликта. (Когда я говорю, что мы женимся, я мог бы точно также сказать, что мы решаем жить вместе – не позволяйте попадаться в словесные ловушки.) Разве нельзя иметь хорошие отношения без того, что на самом деле обязательно следует после? Разве два человека, интеллектуальных и чувствительных не могут быть влюблены настолько, чтобы возникла свобода и отсутствовали предпосылки, порождающие конфликт? Конфликт не возникает в чувстве влюбленности. Чувство влюбленности – это крайность без конфликта. Нет никакой потери энергии в том, чтобы быть влюбленным. Потеря энергии приходится на то, что следует за ней – ревность, ошибки, подозрения, сомнения, опасения относительно потери любви, постоянное требование для уверенности и безопасности. Конечно же, вы должны иметь возможность состоять в сексуальных отношениях с партнером, которого любите без кошмаров, которые обычно следуют. Конечно же, это так.
Встречая жизнь, стр. 63–4

VII. Что такое любовь?

Я понимаю, что любовь не может существовать, когда есть ревность. Любовь не может существовать, когда есть привязанность. Теперь – действительно ли это возможно для меня – стать свободным от ревности и привязанности? Я знаю, что не люблю. Это – факт. Я не собираюсь обманывать себя, не собираюсь притворяться своей жене, что люблю ее. Я не знаю, какова любовь. Но действительно знаю, что я ревнив и ужасно привязан к ней и что в привязанности есть опасение, есть ревность, беспокойство, есть ощущение зависимости. Мне не нравится зависеть, но я завишу, потому что одинок. Стрессы окружают меня везде – в офисе, на фабрике, и я прихожу домой и хочу ощущать комфорт и товарищеские отношения, уйти от проблем. Теперь я спрашиваю себя: как мне освободиться от этой привязанности? Я беру данное, как пример.
открыть спойлер
Сначала я хочу убежать от вопроса. Я не знаю, как все это закончится с моей женой. Когда я действительно отделюсь от нее, мои отношения с ней могут измениться. Она могла бы быть привязанной ко мне, я мог бы не быть привязанным к ней или любой другой женщине. Но я собираюсь исследовать. Поэтому не буду убегать от того, что, я воображаю, что могло бы стать последствием полной свободы от всей привязанности. Я не знаю, какова любовь, но вижу очень ясно, определенно, без любого сомнения, что привязанность к своей жене означает ревность, владение, опасение, беспокойство, а я хочу свободы от всего этого. Так что я начинаю спрашивать. Я ищу метод и ловлюсь в системе. Наставник говорит: «я помогу тебе отделиться, сделай это и это, практикуй это и это». Я принимаю то, что он говорит, потому что вижу важность собственной свободы. А он обещает мне, что, если я выполню то, что он говорит, я буду вознагражден. Но я вижу этот путь, который ищу для награды. Вижу, насколько же я глупый, желая быть свободным и получая привязанность к награде.
Я не хочу быть привязанным, и все же привязан к идее, что кто-то, какая-то книга или какой-то метод вознаградят меня свободой от привязанности. Так награда становится привязанностью. Так что я говорю: «Смотрите, что я сделал, будьте осторожны, не станьте пойманными в той западне». Является ли это женщиной, методом или идеей, это все еще привязанность. Теперь я очень осторожен, поскольку я узнал кое-что. Что не нужно обменивать привязанность на что-то еще, что все еще является привязанностью.
Я спрашиваю себя: «Что я должен сделать, чтобы освободиться от привязанности?» Что является моим поводом в желании быть свободным от привязанности? Не то ли, что я хочу достигнуть состояния, где нет никакой привязанности, никаких опасений? И я внезапно понимаю, что повод дает направление и что направление диктует мою свободу. Почему возникают поводы? Что это такое? Повод —это надежда или желание достигнуть чего-то. Я вижу, что привязан к поводу. Не только моя жена, не только моя идея, метод, но и мой повод стали моей привязанностью! Так что я все время функционирую в пределах области привязанности – жена, метод и повод, чтобы достигнуть чего-то в будущем. Ко всему этому я привязан. Я вижу, что это – чрезвычайно сложная вещь. Я не понимал, что быть свободным от привязанности подразумевало все это. Теперь я вижу это так ясно, как вижу на карте главные дороги, проселочные дороги и деревни, я вижу это очень ясно. Тогда я говорю самому себе: «Теперь, действительно ли у меня есть возможность быть свободным от большой привязанности, которую я имею к своей жене, и также от награды, которой я собираюсь добиться от моего повода?» Ко всему этому я привязан. Почему? Может, я являюсь очень-очень одиноким и поэтому стремлюсь убежать от того чувства изоляции, обращаясь к женщине, идее, поводу – как если бы я должен был держаться за что-то? Я вижу, что это так: я одинок и через привязанность стремлюсь к чему-то.
Так, я интересуюсь пониманием, почему я одинок, поскольку вижу, что это то, что делает меня привязанным. Мое одиночество вынудило меня убегать через привязанность к тому или к этому, и я вижу, что пока я одинок, результат всегда будет такой же. Что означает быть одиноким? Как это появляется? Действительно ли инстинктивно, унаследовано или же это вызвано моей ежедневной деятельностью? Если это инстинкт, если это унаследовано, то это часть моей судьбы. Я не виноват. Но, поскольку не принимая этого, я подвергаю сомнению, вопрос остается открытым. Я наблюдаю и не пытаюсь найти интеллектуальный ответ. Я не пробую сказать одиночеству, что оно должно делать или чем оно является. Чтобы вступить с собою в диалог, я наблюдаю за ним. Существуют часы – полностью для одиночества, чтобы выразить себя. Они не будут показывать себя, если я убегу, если испуган, если сопротивляюсь этому. Так что я только наблюдаю. Я наблюдаю это так, чтобы никакая мысль не вмешивалась. Наблюдение намного важнее входящих мыслей. И из-за того, что вся моя энергия занята наблюдением одиночества, мысли вообще не приходят. Мышлению бросают вызов, и оно должно ответить. Будучи оспариваемым, оно находится в кризисе. В кризисе вы имеете большую энергию и эти остатки энергии, не вмешанные мыслью. Это вызов, которому необходимо ответить.
Я начал диалог с самим собой. Я спросил себя, что является этой странной вещью, названной любовью. Все говорят об этом, пишут романтичные поэмы, картины, занимаются сексом. Я спрашиваю: «Существует ли такая вещь, как любовь?» И вижу, что она не существует, когда есть ревность, ненависть, опасение. Поэтому я не интересуюсь больше любовью. Я обеспокоен тем, что есть: мое опасение, моя привязанность. Почему я привязан? Я вижу, что одна из причин – я не говорю, что это целая причина – в том, что я являюсь отчаянно одиноким, изолированным. Чем старше я становлюсь, тем большая изолированность возникает. Так что я только наблюдаю. Это вызов, чтобы узнавать, и из-за этого вся энергия заключается в том, чтобы ответить. Это просто. Если есть катастрофы, несчастные случаи, это является вызовом, и у меня есть энергия встретить его. Я не должен спрашивать: «Как я получаю эту энергию?» Когда дом горит, я владею энергией перемещаться, необычную энергию. Я не бездельничаю и говорю: «Хорошо, я должен получить эту энергию», а затем жду. Весь дом будет сожжен к тому времени.
Так, существует огромная энергия для ответа на вопрос: почему там возникает одиночество? Я отклонил идеи, гипотезы и теории, что это унаследовано и является инстинктивным. Все то, что не означает для меня ничего. Одиночество — то, что. Почему возникает это одиночество, через которое каждый человек, если он знает об этом, проходит – поверхностно или более глубоко? Почему оно возникает? может быть, мышление выполняет что-то, что вызывает его? Я отклонил теории относительно инстинкта и наследования, и я спрашиваю: может быть, мышление или сам мозг обеспечивает это одиночество, эту полную изоляцию? Может, это делает движение мысли? Может быть, мысль в моей ежедневной жизни создает чувство изоляции? В офисе я изолирую себя, потому что хочу стать главным исполнителем, поэтому мысль работает все время, изолируя это. Я вижу, что мысль все время работает, чтобы сделать себя выше, мысль работает в соответствии с этой изоляцией.
Так, возникает проблема: почему мысль делает это? Действительно ли это природа мысли, чтобы работать для себя? Действительно ли это природа мысли, чтобы создать изоляцию? Образование вызывает эту изоляцию. Оно дает мне определенную карьеру, определенную специализацию и изоляцию. Мысль, будучи фрагментарной, будучи ограниченной и связанной временем, создает эту изоляцию. В этом ограничении, она нашла безопасность, говоря: «Я имею особую карьеру в своей жизни. Я – профессор. Я совершенно безопасен». Так что тогда мое беспокойство в вопросе: почему мысль делает это? Может, из-за своей природы? Независимо от того, что делает мысль, должно быть ограничение.
Теперь проблема: может ли мысль понять, что, независимо от того, что она делает, ограничено, фрагментировано и поэтому изолированно, и что независимо от того, что она делает, возникнет? Это очень важный пункт: может ли мысль сама понять свои собственные ограничения? Или я сообщаю ей, что она ограничена? Это, как я вижу, является очень важным для понимания. Это – реальная сущность вопроса. Если мысль осознает, что она ограничена, то нет никакого сопротивления, никакого конфликта. Но если я говорю ей, что она ограничена, тогда я становлюсь отдельным от ограничения. Тогда я изо всех сил пытаюсь преодолеть ограничение. Из-за этого возникают конфликт и насилие, а не любовь.
Так понимает ли мысль себя, что она ограничена? Я должен узнать. Мне бросают вызов. Поскольку мне бросают вызов, я обладаю большой энергией. Посмотрите на это по-другому: понимает ли сознание, что его содержание самостоятельно? Или это то, что я услышал от другого: «Сознание – это его содержание, которое составляет сознание»? Поэтому, я говорю: «Да, это так». Вы видите различие между двумя высказываниями? Последнее, созданное мыслью, наложено «мной». Если я налагаю что-либо на мысль, возникает конфликт. Это похоже на тираническое наложение правительства на кого-либо, но здесь правительство – то, что я создал.
Так, я спрашиваю себя: поняла ли мысль свои собственные ограничения? Или она притворяется чем-то необычным, благородным, божественным? – что не имеет смысла, потому что мысль основана на памяти. Я вижу, что должна быть ясность в этой точке: то, что не имеет никакого внешнего наложения влияния на мысль, говорит, что она ограничена. Тогда из-за того, что нет никакого наложения, нет и никакого конфликта. Это просто понимание о его ограниченности. Это понимание, что она не зависит от того, что ее создает – вероисповедание Бога – ограниченное, дрянное, мелкое – даже притом, что она создала изумительные соборы по всей Европе, которым поклоняются.
Так, в моей беседе с самим собой возникло открытие, что одиночество создано мыслью. Мысль теперь поняла себя, что она ограничена и не может решить проблему одиночества. Поскольку она не может решить проблему одиночества, существует ли одиночество? Мысль создала это чувство одиночества, эту пустоту, потому что она ограничена, фрагментарна, разделена.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №22  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:29 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
И когда она понимает это, одиночество исчезает. И поэтому возникает свобода от привязанности. Я не сделал ничего. Я наблюдал за привязанностью, что подразумевается под ней – жадность, опасение, одиночество – и, прослеживая за этим, наблюдая, не анализируя, а только смотря, смотря и смотря, прихожу к открытию, что мысль сделала все это. Мысль – из-за того, что фрагментарна, – создала эту привязанность. Когда она понимает это, привязанность исчезает. Не надо предпринимать вообще никаких усилий; в настоящий момент есть усилие, и конфликт снова возвратился.
В любви нет никакой привязанности. Если есть привязанность, то нет никакой любви. Получилось удаление главного фактора через отрицание привязанности. Я знаю то, что это означает в моей ежедневной жизни: никакие воспоминания о чем-либо, о моей жене, подруге или о моем соседе не травмируют меня. Никакая привязанность к любому образу не создаст мыслей о ней – как она измывалась надо мной, как она дала мне комфорт, какое я имел сексуальное удовольствие. Все эти различные вещи, из которых движение мысли создало образы, привязанность к этим образам прошла.
И есть другие факторы – должен ли я все это исследовать шаг за шагом, один за другим? Или все уже закончилось? Должен ли следовать мысли, должен ли исследовать, как исследовал привязанность, опасение, удовольствие и желание комфорта? Я вижу, что не должен проводить исследование всех этих различных факторов. Я вижу это в одном взгляде, и я ухватил его.
Так через отрицание того, что не является любовью, появляется любовь. Я не должен спрашивать, чем любовь является. Я не должен бежать за ней. Если я побегу за ней, получится не любовь, а награда. Я отрицал. Я закончил, в том вопросе, медленно, тщательно, без искажений, без иллюзии всего того, что является не этим – а другим.
Парк Броквуд, Англия,
30 августа 1977 Диалог с собой,
стр. 3–9

VIII. Любовь в отношениях

Любовь в отношениях – это процесс очищения, поскольку она указывает пути сама.

открыть спойлер
Как легко разрушить то, что мы любим! Как быстро возникает барьер между нами – слово, жест, улыбка! Здоровье, настроение и желание бросают тень, и то, что было ярким, становится унылым и обременительным. Через использование мы изнашиваем себя, и то, что было острым и ясным, становится утомительным и запутанным. Через постоянное трение, надежду и расстройство то, что было красивым и простым, становится ужасным и выжидающим. Отношения сложны и трудны, и немногие могут выйти из них невредимыми. Хотя мы хотели бы, чтобы они были статическими, устойчивыми, непрерывными, отношения – это движение, процесс, который должен быть глубоко и полностью понят и не вынужден соответствовать внутренним или внешним моделям. Соответствие, которое является социальной структурой, теряет свой вес и власть только тогда, когда есть любовь. Любовь в отношениях – это процесс очищения, поскольку она указывает пути сама. Без этого открытия отношения имеют небольшое значение.
Но как мы боремся против этого открытия! Борьба принимает множество форм: господство или подобострастие, боязнь или надежда, ревность или принятие и так далее. Трудность состоит в том, что мы не любим. А если мы действительно любим, то хотим, чтобы это функционировало особым способом, мы не даем любви свободу. Мы любим своими умами, а не сердцами. Мышление может измениться, а любовь не может. Мышление может сделать себя неуязвимым, а любовь не может. Мышление может всегда быть ничьим, быть исключительным, стать личным или безличным. Любовь не должна сравниваться и страховаться. Наша трудность лежит в том, что мы называем любовью, которая является реальностью мышления. Мы заполняем свои сердца продуктами мышления и так держим их пустыми и выжидающими. Это то мышление, которое цепляется, является завистливым, которое держит и разрушает. Наша жизнь находится во власти физических центров и мышления. Мы не любим и позволяем ей быть одной, но жаждем, чтобы быть любимым. Мы даем, чтобы получить то, что является великодушием мышления, а не сердца. Мышление ищет уверенность, безопасность. И может любовь стать уверенной благодаря мышлению? Может ли мышление, являющееся сущностью времени, поймать любовь, которая будет ее собственной вечностью?
Но даже любовь в сердце имеет свои собственные уловки, поскольку мы так развратили наше сердце, что оно колеблется и путается. Это то, что делает жизнь такой болезненной и утомительной. В одно мгновение мы думаем, что имеем любовь, а в другое – что она потеряна: возникает неуловимая сила – не мышления, источники которого не могут быть понятыми. Эта сила снова разрушается мышлением, поскольку в сражении мышление оказывается неизменным победителем. Этот конфликт в пределах самих себя не должен решаться хитрым мышлением или колеблющимся сердцем. Не существует никакого средства, никакого способа, чтобы закончить этот конфликт. Сам поиск средства – другое убеждение мышления стать владельцем, убрать конфликт, чтобы стать мирным, иметь любовь, становиться кем-то.
Самая большая наша трудность состоит в том, чтобы широко и глубоко знать, что нет никакого средства, любить, как желательный результат мышления. Когда мы понимаем это действительно и глубоко, тогда появляется возможность получения того, чего не имеет этот мир. Не контактируя с чем-то, делайте это, не может быть никакого длительного счастья в отношениях. Если вы получили это благословение, а я нет, естественно, вы и я будем находиться в конфликте. Вы не можете быть в конфликте, а я буду. И в своей боли и горе я отключал себя. Горе столь же исключительно, как удовольствие, и пока есть любовь, которая не будет моим созданием, отношения являются болью. Если есть благословение этой любви, вы не можете, но любите меня, независимо от меня, для тогда вы не формируете любовь согласно моему поведению.
Независимо от уловок мышление может играть. Вы и я являемся отдельными. Хотя и можем быть в контакте друг с другом в некоторых случаях, интеграция будет не с вами, а в пределах меня самого. Это объединение не вызвано мышлением, Оно возникает только, когда мышление совершенно тихо, достигнув конца его собственной привязи. Только тогда и только там нет боли в отношениях.
Комментарии жизни, Серия I, стр. 40–2

Вы не можете думать о любви.

Если вы наблюдаете за тем, что делает нас разобщенными в наших отношениях, то понимаете, что это размышление, вычисление, оценка, взвешивание, приспособление к самим себе. И единственная вещь, которая освобождает нас от этого, – любовь, которая не является процессом мысли. Вы не можете думать о любви. Вы можете думать о человеке, которого любите, но не можете думать о любви.
Банарас, 3-я Публичная беседа,
Индия, 6 февраля 1949.
Собрание сочинений, издание.
V, стp. 197

Мы не знаем, что такое любовь…

Мы не знаем, что такое любовь: мы знаем удовольствие, жажду, удовольствие и мимолетное счастье, которое полностью закрыто мыслью, горем. Мы не знаем, что значит «любить». Любовь – это не память, любовь – это не слово, любовь – это не непрерывность того, что подарило вам удовольствие. Вы можете иметь отношения, можете сказать: «Я люблю свою жену». Но вы не любите. Если вы любите свою жену, не существует никакой ревности, никакого господства, никакой привязанности.
Мы не знаем, что такое любовь, потому что не знаем того, чем является красота – красота заката, крик ребенка, быстрое движение птицы в небе, все изящные цвета неба. Вы полностью нечувствительны ко всему этому, поэтому также нечувствительны и к жизни.
Бомбей, 5-я Публичная беседа,
23 февраля 1964 Собрание сочинений,
издание. XIV, стp. 153

Является ли любовь постоянной?

Опыт удовольствия заставляет нас требовать большего, и больше является убеждением быть безопасным в своих удовольствиях. Если мы любим кого-то, то хотим быть уверенными, что любовь взаимна, и стремимся установить отношения, которые, по крайней мере, надеемся, будут постоянными. Все наше общество основано на таких отношениях. Но существует ли что-нибудь, что является постоянным? Есть ли? Действительно ли любовь постоянна? Наше постоянное желание состоит в том, чтобы сделать чувство постоянным, не так ли? И то, что не может стать постоянным, что является любовью, обходит нас стороной.
Лондон, 4-я Публичная беседа,
9 мая 1961 Собрание сочинений,
издание XII, стp. 134

Состояние любви не имеет прошлого или будущего.

Интересно, рассматривали ли вы когда-либо природу любви? Любовь – это одно, а влюбленность – другое. Любовь не имеет никакого времени. Вы не можете сказать: «Я любил» – это не имеет никакого смысла. Тогда любовь мертва, вы не любите: состояние любви не имеет прошлого или будущего. Точно так же знание – это одна вещь, а движение знания – другая. Знание связывает, а движение знания не связывает.
Только чувствуйте свой путь в это, не принимайте или отрицайте его. Вы видите, знание имеет качество времени. Оно является связанным со временем, тогда как движение знания бесконечно. Если я хочу знать природу любви, размышления, смерти, я ничего не могу принять или отрицать. Мое мышление должно находиться в состоянии не сомнения, а вопроса – что значит, что это не имеет никакой неволи к прошлому. Мышление, которое находится в движении знания, свободно из времени, потому что нет никакого скопления.
Бомбей, 3-я Публичная беседа,
30 декабря 1959. Собрание сочинений,
издание XI, стp. 269

Нет никакого разделения между мужчиной и женщиной, когда вы любите кого-то.

Любовь не имеет мышления, но с тех пор как мы вырастили мышление, мы используем это слово «любовь», чтобы захватить область мышления. Конечно же, любовь не имеет никакого отношения к мышлению, она не является продуктом мышления. Любовь полностью независима от вычисления, от мысли. Когда нет никакой любви, тогда структура брака как объединения становится потребностью. Когда существует любовь, секс не является проблемой – это нехватка любви, которая превращает его в проблему. Разве вы не знаете? Когда вы любите кого-то действительно сильно – не с любовью разума, а действительно от всего сердца, – вы разделяете с ним или с ней все, что имеете, – не только ваше тело, а все. При неприятностях вы просите её о помощи, и она помогает вам. Нет никакого разделения между мужчиной и женщиной, когда вы любите кого-то, а есть сексуальная проблема, когда вы не знаете этой любви. Мы знаем только любовь разума. Мысль произвела ее, и продукт мысли все еще остается мыслью, а не любовью.
Пуна, Индия, 4-я Публичная беседа,
19 сентября 1948. Собрание сочинений,
издание V, стp. 99

Любовь возникает, когда мы понимаем полный процесс непосредственно самих себя.

Собеседник: Вы говорили об отношениях, основанных на использовании кого-то для собственного вознаграждения, и часто намекали на состояние, названное любовью. Что вы подразумеваете под любовью?
Кришнамурти: Мы знаем, каковы наши отношения: взаимное вознаграждение и использование, хотя мы «одеваем» это, называя любовью. В использовании есть нежность и охрана того, что используется. Мы охраняем свою границу, свои книги, свою собственность. Точно так же мы осторожны в охране своих жен, своих семей, нашего общества, потому что без них мы стали бы одинокими, потерянными. Без ребенка родитель чувствует себя одиноким. Каким не стали вы, будет ваш ребенок, так что ребенок становится инструментом вашего тщеславия. Мы знаем отношения потребности и использования. Мы нуждаемся в почтальоне, а он нуждается в нас, и все же мы не говорим, что любим его. Но мы говорим, что любим своих жен и детей даже притом, что используем их для своего личного вознаграждения и желаем жертвовать ими за тщеславие, чтобы назваться патриотами. Мы знаем этот процесс очень хорошо, и, очевидно, он не может быть любовью. Любовь, которая использует, эксплуатирует, а затем чувствует себя виноватой, не может быть любовью, потому что она не является частью мышления.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №23  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:30 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Теперь позвольте нам поэкспериментировать и найти то, чем же является любовь – обнаружить – не просто устно, а фактически испытав это состояние. Когда вы используете меня как наставника, а я использую вас, как учеников, возникает взаимная эксплуатация. Точно также, когда вы используете жену и детей для своей поддержки, появляется эксплуатация. Конечно же, это не любовь. Когда есть использование, должно быть и владение. Владение неизменно рождает опасение, а с опасением приходит ревность, зависть и подозрение. Когда есть использование, не может быть любви, поскольку любовь не является чем-то от мышления. Думать о человеке не означает любить его. Вы думаете о человеке только, когда его нет рядом, когда он мертв, когда он ушел, или когда он не дает вам того, чего вы хотите. Тогда ваш внутренний недостаток устанавливает процесс движения мышления. Когда этот человек находится рядом с вами, вы не думаете о нем. Думать о нем, когда он рядом, означает быть взволнованным, так что вы считаете его само собой разумеющимся – он там. Привычка – это средство упущения и существования в мире так, чтобы вас не тревожили. Так, использование должно неизменно привести к неуязвимости, а это – не любовь.
Что это за такое состояние, когда использование, которое является процессом мышления как средства покрытия внутренних недостатков, положительных или отрицательных – не существует? Что это за состояние, когда нет никакого чувства вознаграждения? Поиск вознаграждения – это сама природа мышления. Секс – это восприятие, которое создано и нарисовано мышлением, и затем мышление действует или не действует. Восприятие – это мысленный процесс, который не является любовью. Когда мышление становится доминирующим и важен процесс мысли, нет никакой любви. Этот процесс использования, размышления, воображения, объединения, привязанности и отклонения – все это дым, и когда нет дыма, загорается пламя любви. Иногда мы действительно имеем это пламя – богатое, полное, совершенное. Но дым возвращается, потому что мы не можем жить долго с пламенем, которое не имеет никакого чувства близости, единственного или множества, личного или безличного. Большинство из нас иногда чувствовали запах любви и ее уязвимости. Но дым использования, привычки, ревности, владения, контракта и нарушение контракта – все это стало важным для нас, и поэтому нет пламени любви. Когда есть дым, нет пламени, но когда мы понимаем правду использования, возникает пламя.

открыть спойлер
Мы используем другого, потому что являемся внутри бедными, недостаточными, мелкими, маленькими, одинокими, и мы надеемся, что при использовании другого мы можем убежать. Точно также мы используем Бога как средство спасения. Любовь к Богу не является любовью к правде. Вы не можете любить правду. Любовь правды – это только средство пользования для того, чтобы получить что-то еще, что вы знаете, и поэтому всегда есть личное опасение, что вы можете потерять что-то, что знаете.
Вы будете знать любовь, когда мнение свободно от его поиска, вознаграждения и спасения. Сначала мышление должно дойти полностью до конца. Мышление – результат мысли, а мысль – просто путь, средство для окончания. Когда жизнь является просто переходом к чему-то, как там может быть любовь? Любовь возникает, когда мышление естественно молчит, – (не заставили молчать), когда оно различает ложное как ложное, а истинное – как истинное. Когда мышление молчит, независимо от того, что происходит с действием любви, тогда это – не действие знания. Знание – это простой опыт, а опыт – не любовь. Опыт не может знать любви. Любовь возникает, когда мы понимаем полный процесс самих себя, а понимание себя непосредственно есть начало мудрости.
Мадрас, 3-я Публичная беседа,
5 февраля 1950. Собрание сочинений,
издание VI, стр. 42–3

Вы расцветаете только в отношениях.

Вы расцветаете только в отношениях. Вы расцветаете только в любви – не в утверждении. Но наши сердца иссушены. Мы заполнили свои сердца мышлением, и так мы обращаемся к другим, чтобы заполнить свои умы их созданиями. Так как мы не имеем никакой любви, мы пробуем найти это с учителем или с кем-то еще. Любовь – это то, что не может быть найденным. Вы не можете купить ее, не можете жертвовать собой для нее. Любовь возникает только тогда, когда сам отсутствуешь. И пока вы ищете вознаграждение, спасение, отказываясь понять свой беспорядок в отношениях, вы просто подчеркиваете себя и поэтому отрицаете любовь.
Банарас, 2-я Публичная беседа,
23 января 1949. Собрание сочинений,
издание V, стp. 194

В мгновение, когда я осознаю, что люблю, возникают самостоятельные действия. Но этоуже не любовь.

Теперь наш вопрос, конечно же, таков: действительно ли возможно для мышления испытывать, иметь это состояние – не на мгновение, не в редкие моменты, а – я бы не стал использовать слова «постоянно» или «навсегда», потому что это будет подразумевать время, – чтобы иметь данное состояние, находиться в нем без зависимости от времени? Конечно, это – важное открытие, которое будет сделано каждым из нас, потому что оно является дверью, открывающей путь к любви. Все другие двери являются действиями себя. Там, где есть действие себя, нет никакой любви – любовь не имеет времени. Вы не можете практиковать любовь. Если вы делаете это, то это просто сознательная деятельность «меня», которая надеется через проживание получать результат.
Итак, любовь не имеет времени. Вы не сможете натолкнуться на нее через любое сознательное усилие, через любую дисциплину, через идентификацию, которые являются процессом времени. Мышление, осознавая только процесс времени, не может признать любовь. Любовь – это единственная вещь, которая является новой, вечно новой. С тех пор как большинство из нас воспитали мышление, которое является процессом времени, результатом времени, мы не знаем, что такое любовь. Мы говорим о любви. Мы говорим, что любим людей, любим своих детей, жен, соседа. Мы говорим, что любим природу. В мгновение, когда я осознаю, что люблю, возникают самостоятельные действия. Но это уже не любовь.
Данный процесс мышления должен быть понят только через отношения – отношения с природой, с людьми, со своим собственным воплощением, со всем. Фактически жизнь – это только отношения. Хотя мы можем попытаться изолировать себя от отношений, но не можем существовать без них. Хотя отношения и являются болью, от которой мы пытаемся убежать через изоляцию, становясь отшельником и кем-то другим, но не можем сделать этого. Такие методы являются признаком самостоятельной деятельности. Видя целую картину, зная об этом целом процессе времени как о сознании без какого-либо выбора, решительного, целеустремленного намерения, без желания какого-либо результата, вы будете видеть, что данный процесс времени заканчивается добровольно, а не вынужденно и не в результате желания.
Мадрас, 12-я Публичная беседа,
10 февраля 1952. Собрание сочинений,
издание VI, стр. 322–3

Когда вы любите, нет ни «вас», ни «меня».

Только когда разум молчит, должна пониматься любовь, но состояние тишины не является тем, что можно воспитать. Воспитание – это все еще действие мышления, дисциплина – все еще продукт мышления, а мышление дисциплинирует, управляет, порабощает. Мышление, которому сопротивляются, объясняют, не может знать любви. Вы можете читать, можете слушать то, что говорится о любви, но это не будет любовью. Только когда вы убираете части мышления, только когда ваши сердца свободны от частей мышления, появится любовь. Тогда вы будете знать, что это должна быть любовь без разделения, без расстояния, без времени, без опасения. Любовь не знает никакой иерархии, есть только любовь. Есть многие и единственный, исключительный, только когда вы не любите. Когда вы любите, нет ни «вас», ни «меня», в этом состоянии есть только пламя без дыма.
Бомбей, 5-я Публичная беседа,
12 марта 1950. Собрание сочинений,
издание VI, стp. 133

Может ли мышление натолкнуться на любовь без дисциплины, без мысли, без осуществления, без какой-либо книги, какого-либо учителя?

В неистовом, покинутом мире нет никакой любви, потому что удовольствие и желание играют самые большие роли. И все же без любви ваша ежедневная жизнь не имеет никакого значения. Вы не можете иметь любви, если нет никакой красоты. Красота – это не то, что вы видите – не красивое дерево, красивая картина, красивое здание или красавица. Красота существует только, когда ваше сердце и мышление знают, что такое любовь. Без любви и чувства красоты нет никакого достоинства, и вы знаете достаточно хорошо – все, что сделаете, чтобы улучшить общество, накормить бедных, будет только создавать больше вреда, поскольку без любви есть только уродство и бедность в вашем собственном сердце и мышлении. Но когда есть любовь и красота, независимо от того, что вы делаете, независимо от того, в какой последовательности – это правильно. Если вы знаете, как любить, то можете делать то, что вам нравится, потому что это решит все остальные проблемы.
Так, мы достигаем конечной точки: мышление может натолкнуться на любовь без дисциплины, без мысли, без осуществления, без какой-либо книги, какого-то учителя или наставника – может натолкнуться, как кто-то замечает вдруг прекрасный закат?
Мне кажется, что одна вещь абсолютно необходима, это – страсть без повода, которая не является результатом некоторого обязательства или привязанности, страсть, которая не является жаждой. Человек, который не знает, что такое страсть, никогда не будет знать любви, потому что она может возникнуть только, когда есть полное самозабвение.
Мышление, которое ищет, не является страстным, и чтобы натолкнуться на любовь, не ища ее, есть единственный способ найти – натолкнуться на нее бессознательно и не как на результат какого-то усилия или опыта. Такая любовь, которую вы найдете, не имеет времени. Такая любовь является и личной, и безличной, и единственной, и множественной. Как цветок, который имеет запах, вы можете почувствовать запах или пройти мимо. Этот цветок существует для каждого и для того, кто прилагает усилия, чтобы вдохнуть его глубоко и смотреть на него с восхищением. Находится ли человек близко к саду или очень далеко, для цветка все равно, потому что он полон тех запахов и поэтому он разделяет их с каждым.
Любовь это то, что является новым, свежим, живым. Она не имеет вчера и завтра. Она находится вне суматохи мыслей. Это только невинное мышление, которое знает что такое любовь может жить в мире, который не является невинным. Чтобы найти любовь, которую человек искал бесконечно через жертвы, вероисповедание, отношения, через секс, через все формы удовольствия и боли, необходимо найти себя. Тогда она не будет иметь никакой противоположности, никакого конфликта.
Вы можете спросить: «Если я найду такую любовь, что случится с моей женой, моими детьми, моей семьей? Они должны быть в безопасности». Когда вы задаете такой вопрос, вы никогда не бываете за пределами мысли, сознания. Когда вы побываете вне этой области, вы никогда не будете больше задавать такой вопрос, потому что тогда будете знать, что такое любовь, в которой нет никакой мысли и поэтому никакого времени. Вы можете читать это, гипнотизируясь и очаровываясь, но чтобы фактически выйти за пределы мысли и времени – что значит выйти за пределы горя, – необходимо знать, что есть другое измерение, названное любовью.
Но вы не знаете, как прибыть в этот необычный источник – так что же вы делаете? Если не знаете, что сделать, вы не делаете ничего, не так ли? Абсолютно ничего. Тогда внутри себя вы молчите. Вы понимаете что это означает? Это означает, что вы не ищете, не желаете, не преследуете. Нет никакого центра вообще. Тогда есть любовь.
Свобода от знания, стр. 86–7

Существует ли подход к факту без отдельного повода?

Позвольте нам рассмотреть вопрос, чем являются интеллектуальные отношения – не отношения мысли со своим образом.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №24  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:30 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
Наши умственные способности являются механическими. Механическими в смысле, что они являются повторными, никогда не свободны, борются в пределах той же самой области, думая, что этот выбор есть свобода, перемещаясь от одного угла к другому в той же самой области, которая является выбором, и думая, что выбор является свободой, которая является просто той же самой вещью. Мозг, который развился через время, традицию, образование, через соответствие, регулирование, стал механическим. Могут быть части мозга, которые являются свободными, но никто не знает об этом, так что не утверждайте этого. Не говорите: «Да, есть часть меня, которая является свободной». Это бессмысленно. Фактически осталось то, что мозг стал механическим, традиционным, повторным и что он имеет свое собственное коварство, свою собственную способность к регулированию, к различению. Но он всегда находится в пределах ограниченной области и фрагментирован. Мысль не имеет своего места в физических клетках мозга.
Мозг стал механическим, как иллюстрированный, когда я говорю: «Я – христианин» или «Я – не христианин. Я – индус. Я верю. Я имею веру. Я не имею веры», – это все механический, повторный процесс, реакция на другую реакцию и так далее. Человеческий мозг, будучи обусловленным, имеет свой собственный искусственный, механический интеллект, как компьютер. Мы храним это выражение — механический интеллект. (Миллиарды и сотни миллиардов долларов тратятся, чтобы узнать, может ли компьютер работать точно так же, как мозг.) Мысль, которая рождается из памяти, знания, сохраненного в мозгу, является механической. Она может иметь способности изобретать, но это все еще механическое изобретение, полностью отличается от создания. Мысль пытается обнаружить другой образ жизни или другой общественный строй. Но любое открытие общественного строя мыслью все еще находится в пределах области беспорядка. Мы спрашиваем: существует ли интеллект, который не имеет никаких причин и может действовать в наших отношениях? Не существует механического состояния отношений, которое существует сейчас.

открыть спойлер
Наши отношения являются механическими. Кто-то имеет определенные биологические убеждения, и кто-то выполняет их. Кто-то требует определенных удобств, определенных товарищеских отношений, потому что он одинок или угнетен и, если держаться за другого, возможно, эта депрессия исчезнет. Но в отношениях с другим – близким или нет всегда существуют причина, повод или основание, от которых устанавливаются отношения, являющиеся механическими. Это произошло за тысячелетия. Кажется, всегда есть конфликт между женщиной и мужчиной, постоянное сражение, преследование его или её собственной линии, никогда не пересекающихся, как две железнодорожные линии. Эти отношения всегда ограничиваются, потому что возникают из деятельности мысли, которая непосредственно ограничена.
Везде, где есть ограничение, должен быть и конфликт. В любой форме объединения один принадлежит этой группе, а другой принадлежит другой группе, где есть одиночество и изоляция. Где есть изоляция, там должен быть и конфликт. Это – закон, не изобретенный говорящим, – это так очевидно. Мысль находится в ограничении и поэтому изолирует себя. Из-за этого в отношениях, где есть деятельность мысли, должен возникать конфликт. Посмотрите на актуальность этого. Посмотрите на действительность этого факта, не как идеи, а как чего-то, что происходит в активной ежедневной жизни – разводы, ссоры, ненависть друг к другу, ревность. Вы знаете страдание от всего этого. Жена травмирует вас, ревнует, и вы ревнуете, а это является всеми механическими реакциями, повторной деятельностью мысли в отношениях, обеспечивая конфликт. Таков этот факт.
Теперь как вы имеете дело с ним? Вот факт: вы ссоритесь с вашей женой. Она ненавидит вас, и также возникает ваш механический ответ – вы ненавидите. Вы обнаруживаете, что это воспоминание о вещах, которые сохранились в мозгу, продолжаясь, день за днем. Все ваше размышление – это процесс изоляции, и она также находится в изоляции. Ни один из вас не раскроет правды изоляции. Теперь, как вы смотрите на тот факт? Что вы должны сделать с тем фактом? Каков же ваш ответ? Оказываетесь ли вы перед этим фактом с поводом, причиной? Будьте осторожны, не говорите: «Моя жена ненавидит меня», – и задушите это, даже если также ненавидите ее, не любите ее, не хотите быть с нею, потому что вы оба изолированы. Вы честолюбивы к одному, а она честолюбива к чему-то еще. Так, ваши отношения работают в изоляции. Подходите ли вы к факту с причиной, с основанием, которые являются всеми поводами? Или же вы приближаетесь к этому без повода, без причины? Когда вы приближаетесь к этому без причины, что тогда происходит? Посмотрите. Пожалуйста, не приходите к какому-то твердому заключению. Понаблюдайте за этим в самом себе. Предварительно вы приблизились к проблеме механически с поводом, с какой-то причиной, основанием, после чего действуете. Теперь же, вы видите глупость такого действия, потому что это – результат мысли.
Итак, существует ли подход к факту без отдельного повода? Таким образом, вы не имеете никакого повода, а она все же может иметь повод. Тогда, если вы не имеете никакого повода, как вы смотрите на факт? Факт не отличается от вас: Вы – это факт. Вы – это амбиция, Вы – это ненависть, вы зависите от кого-то – это Вы. Есть наблюдение факта, который является самостоятельным, без любого вида причины, повода. Это возможно? Если вы не делаете этого, то живете постоянно в конфликте. И вы можете сказать, что это – образ жизни. Если вы признаете, что как образ жизни, это становится вашим бизнесом, вашим удовольствием. Ваш мозг, традиция и привычка говорят вам, что это является неизбежным. Но когда вы видите нелепость такого принятия, тогда вы должны и увидеть, что весь этот тяжелый труд – это вы сами. Вы сами враг, а не она. Вы встретили врага и обнаружили, что это вы сами.
Так, вы можете понаблюдать за этим целым движением «меня», себя и традиционным взглядом – разобщены ли вы? Взгляд становится глупостью, когда вы исследуете всю область сознания человечества. Вы прибыли в точку в понимании, что такое интеллект. Мы сказали, что интеллект существует без причины, поскольку и любовь существует без причины. Если любовь имеет причину, это уже не любовь, очевидно. Если вы интеллектуальны так, чтобы правительство наняло вас, – это не интеллект, это способность. Интеллект не имеет никакой причины. Поэтому разберитесь, смотрите ли вы на себя с причиной. Смотрите ли вы на этот факт: как вы думаете, работаете, чувствуете изоляцию, и эта изоляция должна постоянно порождать конфликт? Эта изоляция – вы сами. Вы – враг. Когда вы смотрите на себя без повода, существует ли «личность»? – личность как причина и эффект, личность, как результат времени, которое является движением от причины к эффекту? Когда вы смотрите на себя, смотрите на этот факт без причины – существует окончание чего-то и начало другого, абсолютно нового.
Саанен, Швейцария,
15 июля 1982. Пламя внимания,
стр. 98–101

IX. Быть связанным означает полный отказ от «себя»

Я часто задаюсь вопросом, почему мы идем на встречи, чтобы слушать других, почему хотим обсуждать вещи вместе и почему мы вообще имеем проблемы. Люди во всем мире, кажется, имеют много таких многократных проблем. И мы идем на встречи, как они, надеясь выбрать некоторую идею, формулу, образ жизни, который мог бы, возможно, быть немного полезным или помочь нам преодолевать наше множество трудностей, сложную проблему проживания. И все же, хотя человек жил в течение миллионов лет, он все еще борется, всегда нащупывая после этого что-то похожее на счастье, действительность или ненарушенное мышление. В этом мире можно жить искренне, счастливо, нормально. И все же странно, мы кажемся достигнувшими хоть одного из этих фактов, которые могли бы полностью длительно удовлетворять нас. И теперь мы встречаемся уже четвертый раз, и интересно, почему встречаемся и разговариваем друг с другом вообще? Было так много пропаганды, так много людей говорили, как мы должны жить, что мы должны делать, как должны думать. Они изобрели множество теорий – что должно государство сделать, каким общество должно быть. И богословы во всем мире утверждают неподвижную догму или веру, вокруг которой они строят фантастические мифы и теории. И через пропаганду бесконечного потока слов, мы сформированы, наши умы обусловлены, и постепенно мы теряем все чувства.
Для нас чрезвычайно важен интеллект, мысль является существенной – мысль, которая может работать логически, нормально, разумно. Но интересно, имеет ли вообще мысль какое-то место в отношениях? Именно это мы собираемся обсудить вместе этим вечером. Мы отметили, что должны задать фундаментальные, существенные вопросы. В наших прошлых трех встречах здесь мы оказались перед огромным вопросом, на который мужчина искал ответ: каковы отношения человека, который пойман в этой суматохе, в этом бесконечном страдании (с трепетом случайного счастья), чем являются его отношения для огромной действительности – если вообще отношения действительно существуют? Мы разобрались с этим.
Возможно, этим вечером мы сможем рассмотреть не интеллектуально, а фактически – своими сердцами, своими умами, свей целостностью – мы можем преуспеть в том, что уделили полное внимание вопросу человеческих отношений с людьми, и не только отношениям с другим, а также и отношениями к Природе, Вселенной, к каждому живому существу. Но поскольку мы увидели, что общество делает нас, мы делаем себя более механическими, поверхностными, черствыми, безразличными. Продолжается резня на Дальнем Востоке, а мы относительно безмятежны. Мы стали очень богатыми, но это богатство разрушает нас, потому что мы становимся безразличными и ленивыми, становимся механическими, поверхностными и теряем близкие отношения со всеми людьми, со всеми живыми существами. И, как мне кажется, очень важно задать такой вопрос: что такое отношения, существуют ли вообще какие-либо отношения, какое место в этих отношениях занимают любовь, мысли и удовольствие?
Как было отмечено, мы собираемся рассмотреть данный вопрос не интеллектом, потому что это подразумевает фрагментарность. Мы разбили жизнь на интеллект и эмоции, мы имеем отраслевое существование, со специалистом в области науки, с художником, автором, священником, и обычными непрофессионалами типа вас и меня! Мы разбиты на нации, на классы, разделения, которые становятся более широкими и глубокими. Давайте рассмотрим вопрос отношений, которые являются действительно необычно важными. Потому чтобы жить, необходимо иметь отношения. И для рассмотрения этого вопроса отношений мы спросим, что значит жить.
Какова наша жизнь, которая нуждается в глубоких отношениях с другим, будь то жена, муж, дети, семейство, сообщество, или кто-то другой? При рассмотрении, мы не можем иметь дело с этим вопросом фрагмента, потому что, если берем одну секцию, одну часть всего существования и пробуем решить одну часть, тогда вообще нет никакого выхода. Но, возможно, мы будем в состоянии понять и жить по-другому, если сможем иметь дело с этим вопросом отношений полностью, не во фрагментах – не как человек и сообщество или человек, выступающий против сообщества, людей и общества, человека и религии, – поскольку все они фрагментированы. Они все разобщены. Мы всегда пытаемся решить свои проблемы, понимая только небольшой фрагмент всего процесса существования.
Я надеюсь также на отдых от наших жизней, смотрю на жизнь не во фрагментах, как католик, протестант, специалист Дзэн или после особого наставника, Мастера, которые являются, как нелепые дети. Мы имеем огромную проблему – понимать существование, понимать, как жить. И, как мы сказали, проживание есть отношения. Нет никакого проживания, если мы не связаны. И большинство из нас, не будучи связанными, в более глубоком смысле слова, пытаются соотнести себя с чем-то – с нацией, с особой системой или философией, специфической догмой или верой. Это то, что продолжается во всем мире:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Сообщение №25  СообщениеДобавлено: 31 май 2013, 21:31 
Аватара пользователя
Не в сети

Зарегистрирован: 18 окт 2012, 11:11
Сообщения: 1530
Имя: Владимир
Пол: мужской
Страна: Украина
Город: Николаев
соотнесение каждого человека с чем-то – с семьей или с собой. И я не знаю, что означает «соотносить с собой».
Это фрагментарное, раздельное существование неизбежно приводит к различным формам насилия. Если мы могли бы уделить наше внимание этому вопросу отношений, тогда смогли бы, возможно, решить социальные неравенства, несправедливость, безнравственность, и ужасающую респектабельность вещи, которую человек вырастил. Быть представительным значит быть морально соответствующим тому, что является действительно чрезвычайно безнравственным.
Так существуют ли какие-либо отношения вообще? Отношения подразумевают быть в контакте, в прикосновении, глубоко, существенно, с природой, с другим человеком – чтобы быть связанными, не кровью или как часть семьи, как муж и жена, а жесткими отношениями. Чтобы узнать природу этого вопроса, мы должны рассмотреть другую проблему, являющуюся целым механизмом построения образов, соединения их, создания идеи, символа, в которых живет человек. Большинство из нас имеет образы о самих себе – что мы думаем о себе, какими мы должны быть, свои образы и образы других. Мы имеем эти образы в отношениях. Вы имеете образ о говорящем, а поскольку говорящий не знает вас, он не имеет никакого вашего образа. Но если вы знаете кого-то очень глубоко, то уже построили образ, эта близость подразумевает образ этого человека, который вы имеете – жена имеет образ мужа, а муж имеет ее образ. Существует образ общества и образы, которые каждый имеет о Боге, правде, обо всем.
Как эти образы возникают? И если существуют фактически образы каждого, тогда как могут возникать любые реальные отношения? Отношения подразумевают быть в контакте друг с другом глубоко, основательно. Из этих глубоких отношений может получаться сотрудничество, совместная работа, выполнение чего-либо вместе. Но если есть образ – у меня есть ваш образ, а у вас есть мой – какие отношения могут существовать, кроме отношений, идеи, символа или определенной памяти, которая становится образом? Имеют ли эти образы отношения, и, если это возможно, что является отношениями? Может ли здесь быть любовь в прямом смысле этого слова – не в соответствии со священниками, богословами, коммунистами, или другим человеком, а фактически качеством чувства любви, – когда отношения являются просто концептуальными, образными, не фактическими? Могут быть только отношения между людьми, когда мы принимаем то, что, а не что должно быть. Мы всегда живем в мире формул, понятий, которые являются образами мысли. Так может ли мысль, интеллект вызвать правильные отношения? Может ли мышление, мозг со всеми своими самозащитными инструментами, созданными в течение миллионов лет, – может ли такой мозг, который является целой реакцией памяти и мысли, вызывать правильные отношения между людьми? Какое место занимает образ, мысль в отношениях? Имеют ли они вообще место?
открыть спойлер
Интересно, задаете ли вы эти вопросы самим себе, когда смотрите на каштановые деревья с их цветами, похожими на белые свечи напротив синего неба. Какие отношения существуют между вами и природой, какие отношения конкретно вы получили – не эмоционально, не сентиментально, что является вашим отношением к таким вещам? И если вы утратили отношения с такими вещами в природе, как можете быть связаны с человеком? Чем больше мы живем в городах, тем меньше имеем каких-либо отношений с природой. Вы выходите на прогулку в воскресенье, смотрите на деревья и говорите: «Как прекрасно» и возвращаетесь к своей рутинной жизни, живя в рядах ящиков, которые называются зданиями и квартирами. Вы теряете связь с природой. Вы можете видеть это фактом, что идете в музей и проводите все утро, рассматривая картины, абстракции того, что является. И это показывает, что вы действительно полностью потеряли свой контакт, свои отношения с природой: картины, концерты, статуи – все стало ужасно важным, а вы никогда не взглянете на дерево, птицу, изумительный свет облаков.
Итак, что же является отношениями? Имеем ли мы вообще какие-либо отношения с другими? Являемся ли мы столь привязанными, самозащищенными, что наши отношения стали просто поверхностными, чувственными, радостными? Поскольку, после всего, если мы исследуем себя очень глубоко и очень спокойно – не согласно Фрейду, Джангу или другому эксперту, а фактически смотрим на самих себя, какие мы есть, тогда, возможно, сможем узнать, как изолируем себя ежедневно, как строим вокруг самих себя стену сопротивления, опасения. Смотреть на себя более важно и более фундаментально, чем рассматривать себя в соответствии со специалистами.
Если вы посмотрите на себя согласно Джангу, Фрейду, Будде или кому-то еще, вы увидите через другие глаза. И вы делаете это все время. Мы не имеем собственных глаз, чтобы смотреть, и поэтому теряем красоту взгляда.
Так что, когда смотрите на самих себя, разве вы не находите, что ваши ежедневные действия – ваши мысли, амбиции, требования, агрессии, постоянная тоска быть любимым и любить, постоянный зуд опасения, муки изоляции – не вызывают ли они необычную разделенность и фундаментальную изоляцию? И когда есть эта глубокая изоляция, как вы можете быть связаны с кем-то еще – с тем другим человеком, который также изолирует себя через свои амбиции, жадность, алчность, требование господства, владения, власти и всего остального? Итак, существуют два объекта, называемых людьми, живущие в своей собственной изоляции и воспитывающие детей, но все это – изоляция. И взаимодействие между двумя изолированными объектами становится механическим. Они должны немного взаимодействовать, чтобы жить, иметь семью, ходить в офис или на фабрику и работать там, но они всегда остаются изолированными объектами, с их верованиями и догмами, их нациями… Вы знаете все эти картины, которые человек построил вокруг себя, чтобы отделить себя от других. Эта изоляция по существу является фактором того, чтобы не быть связанным. И в этих изолированных так называемых отношениях удовольствия становятся самыми важными.
В мире вы можете увидеть, как удовольствие становится все большим требованием, настойчивостью, потому что все удовольствия, если наблюдаете тщательно, являются процессом изоляции. И кто-то должен рассмотреть этот вопрос удовольствия в контексте отношений. Удовольствие – это продукт мысли, не так ли? Удовольствия были тем, что вы испытали вчера – красотой, чувственным восприятием или сексуальным чувственным волнением. Вы думаете об этом, строите образ того удовольствия, которое испытали вчера. И мысль также поддерживает, подпитывает то, что было названо приятным вчера. Таким образом мысль требует продолжения этого удовольствия сегодня. Вы больше думаете о том опыте, который имели, который дал восхищение в настоящее время. Мысль дает ему продолжение как приятному и желанному. И какое отношение имеет это к фундаментальному вопросу человеческого существования, которое касается того, как мы связаны? Если наши отношения являются результатом сексуального удовольствия или удовольствия семьи, собственности, господства, контроля, опасения относительно того, чтобы не быть защищенным, не имея внутри безопасности? И поэтому, всегда ищем удовольствие – тогда какое место занимает удовольствие в отношениях? Требование удовольствий действительно разрушает все отношения, будь они сексуальными или любого другого вида. И если мы наблюдаем ясно, все наши так называемые моральные ценности основаны на удовольствии, хотя мы совмещаем их со справедливо звучащей этикой нашего представительного общества.
Итак, когда мы спрашиваем себя, когда смотрим на себя глубоко, мы видим эту деятельность самоизоляции, «меня», «я», «эго», строим сопротивление вокруг себя, и это сопротивление является «мной». Такая изоляция создает фрагменты, фрагментарный взгляд мыслителя и мысли. Так какое же место занимает удовольствие, которое является результатом памяти, давая хлеб насущный и питание мыслям – мыслям, всегда являющимися старыми, которые никогда не свободны? Что имеет такая мысль, которая сосредотачивает свое существование в удовольствии, чтобы работать с отношениями? Действительно, пожалуйста, задайте себе этот вопрос, не слушайте говорящего, – он ушел в завтра, а вы должны жить своей собственной жизнью. Так что говорящий незначителен. То, что является важным, должно задавать эти вопросы непосредственно вам. И чтобы задавать такие вопросы, вы должны быть достаточно серьезными, должны быть полностью посвящены поиску. Потому что только в том случае, когда вы серьезны, только когда глубоки, существенны, искренни, тогда жизнь открывается, имеет значение и красоту. Вы должны задать себе вопрос: не является ли это фактом, что вы живете в образах, в формулах, в изолированных фрагментах?
Не является ли это той изоляций, может ли опасение – со своей болью и удовольствием, результатом мысли – узнать данную изоляцию? Тогда этот образ пытается сопоставить себя с чем-то постоянным: Богом, правдой, нацией, флагом и остальным.
Так, если мысль стара – и она всегда будет старой и поэтому никогда свободной – как она может понять отношения? Отношения находятся всегда в настоящем – в настоящем проживания, а не в мертвом прошлом памяти, воспоминаниях удовольствий и боли. Отношения являются активными теперь. Быть связанным подразумевает только это. Когда вы смотрите на кого-то глазами, которые полны привязанности, любви, возникают непосредственно отношения. Когда вы можете смотреть на облака глазами, которые видят их впервые, тогда возникают глубокие отношения. Но если вмешивается мысль, тогда такие отношения принадлежат образу. И тогда человек спрашивает: что является любовью? Удовольствие – любовь? Желание – любовь? Действительно ли любовь – это память о многих вещах, которые были созданы, сохранены относительно вашей жены, вашего мужа, соседа, общества, сообщества, вашего Бога – можно ли сказать, что есть любовь?
Если любовь является продуктом мысли, как у большинства людей, тогда эта любовь застрахована, поймана в сети ревности, зависти, желания господствовать, чтобы обладать и принадлежать, тоски, желания быть любимым и любить. Может ли любовь быть такой для кого-то и для многих? Если я люблю одного, то разрушаю ли любовь к другому? И так, как у большинства из нас, любовь является удовольствием, товарищескими отношениями, комфортом, уединением и ощущением того, что защищен в семье, то является ли это действительно любовью? Может человек, связанный со своей семьей, любить своего соседа? Вы можете говорить о любви теоретически. Подойти к церкви и любить Бога независимо оттого, что это может означать, а на следующий день идти в офис и уничтожать своего соседа, потому что вы конкурируете с ним и хотите его работу, его имущество и хотите быть лучше, сравнивая себя с ним. Когда вся ваша деятельность продолжается в вас с утра до ночи, даже когда спите, через ваши сны, можете ли вы быть связанным? Или отношения полностью другие?
Отношения могут существовать, только когда есть полный отказ от самого себя. Когда нет «я», тогда вы связаны. В этом вообще нет никакого разделения. Вероятно, человек не чувствовал того полного опровержения – не интеллектуального, а фактического – полного прекращения «меня». И, возможно, это является тем, что большинство из нас ищет, сексуально или через сопоставление с чем-то большим. Но, опять же, процесс сопоставления с чем-то большим является продуктом мысли. А мысль стара – подобно «мне», «эго», «я» – это вчера, это всегда старо. Тогда возникает вопрос: как возможно допустить полный изоляции процесс, который основывается на «мне»? Как это может быть? Вы понимаете вопрос? Кто я, чья деятельность в повседневной жизни является опасением, беспокойством, отчаянием, горем, беспорядком и надеждой? Как могу быть «я», который отделяет себя от других – через сопоставление с Богом, со своим созданием условий, обществом, социальной и моральной деятельностью, с государством? Как это умертвить, стереть – так, чтобы человек мог быть связанным? Поскольку, если мы не связаны, мы будем жить в состоянии войны друг с другом.

Не может быть никакого убийства друг друга, потому что это становится слишком опасным, исключая далекие страны. Как нам жить, чтобы не было никакого разделения, так, чтобы мы действительно могли взаимодействовать?
Нужно стремиться сделать так, чтобы в мире не было бедности, жить счастливо, жить с восхищением вместо мук и опасений, строить полностью другой вид общества, этики, которая является, прежде всего этикой. Но это возможно только, если вся этика нынешнего общества будет полностью отвергнута, иди если остановить постоянное нарастание процесса изоляции. Мы говорим обо «мне» и «моем», а «другой» остается вне стены, где «мне» и «мое» являются стороной этой стены. Так как может эта сущность сопротивления, которое является «мной», – как она может быть полностью отпущена? Поскольку это действительно самый фундаментальный вопрос во всех отношениях, каждый видит, что отношения между образами не являются отношениями вовсе, и что когда такие отношения существуют, должен возникать конфликт, когда мы должны быть друг у друга в горле.
Когда вы рассматриваете этот вопрос для себя, вы неизбежно скажете: «должен ли я жить в вакууме, в состоянии пустоты?» Я удивлюсь, если вы когда-то знали, что должно существовать мышление, которое является полностью пустым. Вы жили в месте, которое создано «мной», которое является очень маленьким местом. Место, являющееся «я», процесс самоизоляции, построены между одним человеком и другим, это все пространство, которое мы знаем – место между собой и окружающим – граница, которую построила мысль. И в этом месте мы живем, в этом месте существует разделение. Вы говорите: «Если я позволю себе идти или если я оставлю центр «меня», то буду жить в вакууме». Но когда-нибудь вы действительно отпускали «себя» фактически так, чтобы не было «я» вообще? Вы когда-нибудь жили в таком мире, уходили на работу в таком духе, жили со своей женой или мужем? Если жили таким образом, вы будете знать, что есть состояние отношений, в которых «я» не существует, которые не являются Утопией – не вещью снов или мистики, не бессмысленным опытом, а чем-то, что может быть фактически сделано, чтобы жить в измерении, где есть отношения со всеми людьми.
Но это может быть только тогда, когда мы понимаем, что такое любовь. И чтобы быть, чтобы жить в этом состоянии, нужно понять удовольствие мысли и всего его механизма. Тогда весь сложный механизм, который каждый строил для себя, вокруг себя, может быть замечен с одного взгляда, человек не должен пройти весь этот пункт аналитического процесса. Весь анализ является фрагментарным, и поэтому никто не отвечает через ту дверь.
Существует огромная сложная проблема существования, со всеми ее опасениями, неприятностями, надеждами, мимолетным счастьем и радостью, но анализ не решит ее. Что необходимо сделать, чтобы принять все это стремительно, целиком. Вы узнаете и поймете что-то только если увидите – не длительным, обученным взглядом, взглядом художника, ученого или человека, который знает, как смотреть – но полным внимания. А затем вы увидите, что находитесь вне этого. Тогда вы находитесь вне времени. Время останавливается, и поэтому горе заканчивается. Человек, который находится в горе или опасении, не является связанным. Как может человек, преследующий власть, иметь отношения? Он может иметь семью, спать со своей женой, но он не связан. Человек, который конкурирует с другим, не имеет вообще никаких отношений. И вся наша социальная структура с ее аморальностью, базируется на этом. Быть существенным, по существу – связанным, значит закончить «меня», которое порождает разделение и горе.
Париж, 25 апреля 1968.
Беседы в Европе 1968,
стр. 78—88


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 25 ]  На страницу Пред.  1, 2

Текущее время: 26 сен 2018, 06:39

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Вы не можете начинать темыВы не можете отвечать на сообщенияВы не можете редактировать свои сообщенияВы не можете удалять свои сообщенияВы не можете добавлять вложения
Перейти:  

 

 

 

cron